Метель. Дилогия (СИ) - Головнин Вячеслав Владимирович

Бригадир, расселявший студентов по домам, был прикреплён к Сашиной группе, он же распределял работу и следил за графиком рабочего дня. Трактора и машины тоже были в зоне его ответственности.

Со студентами были и преподаватели, по одному на каждую группу. Их называли кураторами. Был такой куратор и у группы 362. Собственно, он был не преподавателем, а аспирантом. Но держался от студентов обособленно, не панибратствовал с ними, держал дистанцию. Требовал, чтобы называли его по имени и отчеству.

Он следил за трудовой дисциплиной в группе, решал бытовые и производственные вопросы, связанные с бухгалтерией и нарядами на выполнение работ. Связь с институтом тоже была на нём. Он должен был регулярно звонить в деканат и докладывать о текущем положении дел. В поле выходил редко. Придёт, постоит, посмотрит кто как работает, что-то пометит в своём блокнотике и уйдёт. Ни к кому не подойдёт, ни с кем не пообщается. Замечаний никому не делал, но и вопросов не задавал, ни с кем ближе познакомиться не стремился.

Насмотревшись на мучения девчонок, Саша решил помочь своим одногруппникам магией. Сначала он хотел ограничиться магемой коррекции тела, но подумав, решил не жадничать и выдать всем по школьному пакету, давно переработанному и обновлённому, который он кратко называл пакетом ТПИ (тело, память, интеллект).

С тех пор прошла почти неделя и результаты не замедлили сказаться. Все работали дружно, без «перекуров». Кстати, все парни, кроме Саши курили. Курили также две девочки, которые скрывали этот факт. Саша применил простое заклинание из целительских техник и одно из ментальной магии, после чего курить бросили все. Никаких «ломок». Просто организм более не нуждался в никотине, а то, в чём нуждался, он вырабатывал сам.

В силу молодости, сама привычка курить, то есть совершать определённые действия, связанные с процессом курения, ещё не успела перерасти в непреодолимую тягу. Небольшое ментальное воздействие помогло курильщикам и курильщицам забыть об этих своих привычках.

Вот с Бертой Арнольдовной в этом плане было сложнее. Саша не стал грубо вмешиваться в её психику и позволил ей держать в зубах пустой мундштук и время от времени его сосать, имитируя процесс курения. Потребности в никотине у неё тоже не было, но привычки остались. Бороться с этим оказалось гораздо сложнее. Саша решил вернуться к этому попозже, когда освоит ментальную магию более основательно, нежели сейчас.

***

Объявили перерыв на обед, и Вера тяжело выпрямилась. Прошло уже полторы недели, как они тут. В первые дни было особенно тяжело, сейчас уже полегче, постепенно организм привыкает к новым нагрузкам.

Она посмотрела на своего напарника, Сашу Смирнова. Красивый, немногословный, дисциплинированный мальчик, он ей давно нравился, пожалуй, что с первого курса. Куда скажут идти работать, туда и идёт, без пререканий и ворчания.

Как-то незаметно для неё самой он стал работать с ней в паре. Относил её наполненное ведро на общую кучу картофеля, вместе со своим. Пока он ходил освобождать ведра, она успевала собрать небольшую кучку клубней. Вскоре они стали наполнять вместе сначала одно ведро, затем другое. Переносил вёдра только Саша и Вера стала меньше уставать, а производительность у них стала выше, и они стали обгонять соседей. Глядя на них, также стали делать и другие пары. Но так как другие пары были в основном девчачьи, то их всё равно никто обогнать не сумел.

Как само собой разумеющееся, они и на обед стали вместе ходить, и в столовой за одним столом обедали. Так незаметно и подружились.

Сегодня после обеда неожиданно пошёл дождь. Студенты были около столовой и в поле выйти не успели, за исключением нескольких девчонок, которые сейчас сломя голову мчались обратно. Группа просидела под навесом ещё с полчаса, пока не пришёл бригадир и всех распустил по домам.

Саша сначала проводил до дома Веру и только потом пошёл домой. До Вериного дома они шли, накрывшись её плащом. Потом он шёл под ним же обратно, дав обещание вернуть, как только закончится дождь.

«Хорошая девочка, эта Вера», - думал Саша.

Он уже успел привязаться к ней. Тяжело всё время быть одному. Так не хватает рядом живой души, с которой можно обсудить текущие проблемы, да и просто помолчать вместе.

Конечно, Сашу постоянно окружали люди. Он не находился в вакууме, но разница в два года со своими однокурсниками сказывалась. Парни считали его салагой и не брали его в свою компанию. Девушки не рассматривали его всерьёз, как кандидата в мужья и не хотели тратить на него своё время. А найти себе подругу где-нибудь на стороне у Саши просто не было времени. Учиться сразу в двух вузах, это вам не веники вязать. Это, не считая виртуальной учёбы в магической академии. Была у него там подружка, Кира, но она давно уже окончила академию и выпустилась в звании бакалавра. А новых подружек он там не завёл.

Пубертатный период у него в общем-то прошёл и, кроме того, ему здорово в этом отношении помогала магия, легко и без последствий гася нежелательные возбуждения и гормональные обострения. Соответствующее плетение давно было разработано студиозусами академии магии. Оно снижало уровень тестостерона в крови и хорошо прочищало мозги.

Саша взобрался на чердак сарая, в котором он пока продолжал жить и залез в своё гнездо, которое он тут свил. За прошедшее время всех парней, кроме него потихоньку расселили. Бригадир пообещал ему, что в ближайшее воскресенье найдут жилье и ему. А пока он принёс два овчинных тулупа, из которых Саша соорудил себе спальное место. Устроившись поуютнее, Саша не заметил, как уснул.

Проснулся Саша от того, что его целовали прямо в губы. Ещё не проснувшись, Саша ответил на эти поцелуи. Он узнал Веру по запаху, ему не нужно было открывать глаза, чтобы убедиться в этом. Однако, он не хотел, чтобы их отношения заходили слишком далеко и отстранился, свалив её с себя. Однако, Вера уже вошла во вкус и распалилась. Пришлось обратиться к магии. Через минуту Вера слезла с него и, налившись краской, как спелая морковка, стала что-то объяснять и признаваться в любви.

С трудом Саше удалось успокоить её и убедить, что ничего страшного у неё с ним не произошло, что они по-прежнему друзья, но любовниками им становиться пока рано.

- Вера, ты мне очень нравишься, но ты не учитываешь одно обстоятельство. На сегодняшний день мне всего 16 лет. И то, что ты сейчас пытаешься сделать, если не тянет на статью уголовного кодекса, то с высоким званием комсомолки оно явно несовместимо. Я, конечно, никому о нашей сегодняшней встрече не скажу и, если ты дождёшься моего 18-тилетия, то у нас с тобой может получиться семья. С другой стороны, ты должна понимать, что, если мы с тобой начнём сейчас встречаться как любовники, то рано или поздно нас застукают и тогда будет большой скандал, после чего нас выгонят из института. Поэтому, пока я предлагаю тебе свою дружбу, просто дружбу.

Вера слушала его и не верила.

- Свидетельство о рождении покажешь? - спросила она.

- Вернёмся в Москву – покажу.

Неожиданно Вера вновь заплакала и всхлипывая, сквозь слезы, она торопливо, проглатывая слова объяснялась ему в любви. Пришлось Саше утешать её и идти провожать до дому.

Вечером, лёжа в тёплой комнате, Вера быстро согрелась и заснула. И уже находясь на грани сна и бодрствования, она подумала, что будет последней дурой, если не сделает хотя бы попытки дождаться его. Ведь он запросто мог воспользоваться ситуацией и лишить её девичества без всяких обязательств, со своей стороны. Мог воспользоваться, но не воспользовался. Вариант, что она ему не понравилась, Вера даже не рассматривала, поскольку это ей в голову не приходило. Ведь выбрал же он её в партнёры по работе. Разве он сделал бы это, если бы она ему не нравилась?

Саша, вернувшись к себе, тоже пока не спал. Он крутил перед своим внутренним взором Верино лицо и думал на тему его улучшения. Физиономия у неё была самая, что ни есть классическая ярославско-рязанская, приделанная к довольно крупному телу с не менее крупными формами. Ясно, в каком направлении нужно было работать. Кость у неё широкая, поэтому худеть ей бессмысленно. Нужно её вытянуть сантиметров на 5-7 и придать лицу некую индивидуальность, которая бы сразу бросалась в глаза. А что, если её череп чуть-чуть вытянуть, сделать лицо продолговатым, скулы чуток приподнять, а глаза сделать слегка раскосыми, миндалевидными.