Я — Тимур властитель вселенной - Марсель Брион

Или прямо напасть на него, и невзирая на тяжелые потери, уничтожить его. Или же обойти его кругом и выйдя на него с тыла, вести бой в местности с невыгодными для него условиями. Чтобы получить представление о силе противника, я велел, чтобы мои воины сделали вид, что атакуют его, без намерения сделать это на самом деле. Три пятитысячных отряда моих воинов сделали вид, что собираются наступать по обоим флангам и по центру. В центральном направлении метательные машины врага обрушили на моих воинов такой град камней, что те вынуждены были остановиться. Позади каждой из катапульт, противник воздвиг горы камней, а его воины, став в цепочку, передавали тяжелые камни из рук в руки, заряжали ими метательную машину, которая незамедлительно выбрасывала очередной камень-снаряд. Каждый из тех огромных камней выводил из строя, а то и убивал одного из моих конников. На правом фланге против нас наступали вражеские колесницы, и должен заметить, что они оказались поистине смертоносным средством. Каждую колесницу тащили четыре лошади, две из которых впрягались в «дишли» (т. е. дышло) колесницы, а две остальные привязывались с «йан» (т. е. сбоку). Для тех, кто незнаком с устройством боевой колесницы поясню, что «дишли» — это лошади, что впрягаются непосредственно в дышло повозки, а «йан» — это те, что располагаются по обе стороны от лошадей «дишли». По обе стороны от обеих лошадей «йан» укрепляются горизонтальные жерди, выступающие несколько вперед от самих лошадей. Эти жерди усеяны заточенными наконечниками и режущими лезвиями. Когда колесница приводится в движение, эти лезвия, укрепленные впереди, на удалении от несущих их лошадей, протыкают и убивают наших лошадей и всадников. Между несущими повозку лошадями и лезвиями была установлена защита в виде деревянной перегородки, которая мешала нам поражать тех лошадей стрелами. Возчики тех колесниц также были защищены еще одной деревянной стенкой и поэтому мы и их не могли пронзить стрелами. Боевые колесницы Багдада хоть и были грозным оружием, однако имели один недостаток: они очень скоро бывали вынуждены останавливаться, так как лезвия, погружавшиеся в попадавшихся им навстречу лошадей и воинов продолжали волочь эти трупы, пока их не набиралось столько, что они мешали дальнейшему движению колесницы. В таких случаях возницы были вынуждены подавать колесницу назад, чтобы стряхнуть с тех лезвий тела лошадей и людей, после чего колесница была готова к повторному боевому применению. Именно в такие моменты остановки мои всадники имели возможность атаковать несущих лошадей сбоку, уничтожать их чтобы тем самым обездвижить повозку.

Однако выполнение такой задачи требовало определенных жертв с нашей стороны, ибо колесницы были бы вынуждены останавливаться лишь после того как ее лезвия будет нанизано определенное количество наших воинов. Между тем, я вовсе не хотел нести потери в битве, исход которой пока что был неясным для меня.

На левом фланге моих наступавших конников встретила такая туча стрел, что часть моих воинов и лошадей вскоре были уничтожены.

Проверка в виде вышеописанных атак показала, что мы имеем дело с достаточно сильным противником, хорошо подготовившимся к защите, и что лобовая атака на такого противника приведет к уничтожению моего войска, поэтому я решил обойти врага кругом.

Для такого обхода я счел необходимым совершить длительный марш в северном направлении, чтобы он подумал, что я решил отказаться от намерения вести наступления на Багдад. Я велел военачальникам передать воинам, чтобы те спешно готовились к долгому маршу, который будет длиться беспрерывно в течении нескольких дней и ночей. Временем выступления я определил полночь и именно в тот момент мои дозоры оторвались от врага. Войско мое двинулось в путь, в целях предосторожности я отдалился от берегов реки Деджлэ ибо если бы я двигался вдоль ее берегов, я бы все время оставался на виду у врага. Мы двигались без передышки пять дней и ночей пока не дошли до стены (вала) Бахт-уль-Наср. В более поздние времена, когда я пришел на землю Шам (современная Сирия — Переводчик), я встретился с группой ученых среди которых было несколько монахов, представляющих несторианскую веру, от которых я услышал много занимательного о вале Бах-уль-Наср.

(Пояснение: Несторианство — это одна из сект в христианстве, и последователи этого течения признают своим главой Нестора, бывшего выходца из Сирии, который в 420 г. от рождества Христова стал епископом Константинополя (сегодняшнего Стамбула). Обсуждение особенностей несторианского учения выходит за рамки задач повествования о деяних Тимурленга, поэтому мы ограничимся лишь коротким пояснением о том, что несторианцы признают Христа в двух ипостасях, в виде человеческой личности и в виде божественной. Тогда как католицизм утверждает, что Христос есть лишь в одной ипостаси, которая выше человеческой личности и является лишь божественной и считает его сыном божьим — Переводчик.)

Прежде чем изложить здесь то, что мне разъяснили несторианские священники, должен пояснить, что стена Бахт-уль-Наср представляет собой вал, построенный в свое время знаменитым царем Бахт-уль-Насром между реками Деджлэ и Евфрат. Один конец этого вала на востоке упирается в реку Даджлэ, противоположный оканчивается на западе, упираясь в реку Евфрат. Таким образом, эта стена отгораживает государство Междуречье с севера и вал тот был возведен Бахт-уль-Насром, чтобы воспрепятствовать нападениям на Междуречье со стороны племен, обитавших в горах на севере от той страны.

Прибыв в страну Шам и встретившись там с несторианскими священниками для беседы, они, знавшие греческий язык и изучавшие греческую историю, разъяснили мне, что в старину вал Бахт-уль-Наср называли Вавилонской стеной. Тогда в Междуречье существовал город Вавилон, который был столицей той страны. Вавилон был расположен на берегу реки Евфрат, не как Багдад, что расположен на берегу Деджлэ.

Несторианские священники поведали мне, что они читали в книгах о греческой истории, что в Иране тогда правил царь Сирус (я не знаю царя с таким именем, ибо имя это упоминается лишь в «Шах-наме» Фирдоуси, а не в персидской исторической литературе). И этот царь Сирус напав на Вавилон преодолел ту Вавилонскую стену и захватил столицу того государства и осовободил евреев, находившихся в вавилонском плену.

Согласно тому, что поведали мне в Сирии несторианские священники, некий греческий историк Херодос (т. е. Геродот — Марсель Ерион), писал в своей книге, Сирус, для того, чтобы одолеть Вавилонскую стену, повернул воды Евфрата, что текли в сторону города Вавилон (именно то, что я думал сделать, в Исфагане с рекой Зайендэ-руд). Отведя воды реки Евфрат, Сирус перешел по осушенному руслу, миновав таким образом Вавилонскую стену, захватил тот город. Тем не менее несторианские священники утверждали, что Геродот ошибался, спутал Вавилонскую стену, то есть вал