"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

— Дурак… — всхлипнув, Маруся тут же прыгнула ко мне, и прижала голову к груди: — Я никогда и ни за что бы не подумала на тебя! Даже спрашивать бы не стала… А, насчёт записки — я более, чем на сто процентов уверена, что ты просто неправильно понял. Уже есть подозрения… Ну, кроме меня… кто эта странная личность?

— Не знаю. Но сегодня планирую во всем разобраться.

— Тебе помочь?

— Нет. Я не буду втягивать тебя в неприятности. А теперь… — я нежно провел рукой по щеке Маруси и посмотрел ей в глаза: — Не плачь! Я просто спросил.

— Ты выглядел таким холодным и злым… Я уж думала, что ты хочешь выбросить меня из своей жизни…

— Просто уточнил. Не волнуйся, я тебя не брошу…

— Угу… Лжец! Как только я уеду на практику — сразу свалишь…

— Мы будем созваниваться.

— Угу… — Маруся сперва обиженно нахохлилась, но затем поняла, что это дело бесполезное, поэтому просто уткнулась мне лбом в щеку: — Тортик покушай… Я его всё утро пекла для тебя.

— Спасибо… — что-то на душе стало немного неловко: — Может быть, я всё же переборщил?

— Ты всегда «немного борщишь» Марк. И самое главное — ты бы всё равно не понял, из-за чего я чуть не заплакала.

— Потому что я злобно выглядел?

— Нет. — хитро улыбнулась она.

— Потому что испугалась, что я перестану с тобой общаться?

— Да, нет же! Ну… Подумай?

— Разум девушки — темный лес. Говори, давай!

— На то, что ты обозвал меня «дочкой». Ни одной девушке не будет приятно, когда её лю… ценный молодой человек обзывает её сестричкой или дочкой. Марк дурачок! — Маруся резко вскочила, и показав мне язык, радостно выбежала из квартиры. От её детской непосредственности опять стало очень тепло на душе. Всё же, я рад, что судьба связала меня с четой Карповых. Хорошие они.

Зайдя на кухню, я реально увидел клубничный торт. Заточив половину, хотел взять остатки с собой в участок, но потом понял, что таким делиться нельзя. Такое и самому в сладость…

Вытащив металлическую кружку, я распахнул окно и быстро спалил записку, а пепел смыл в раковину. Всё, теперь улик нет.

Сделав подделку из белого стикера, я максимально помял её и спрятал в пакетик с номером. Теперь нужно отнести её Патрикеевичу, чтобы положил на место. Профессионально скрываем следы преступления…

Выйдя из дома, я быстрым шагом направился в участок. Солнечный день понедельника, как бы тонко намекал на то, что выходные были безбожно просраны из-за бешенного японского отморозка. Хотя, чего уж там? Все оперативно постарались.

В гараже меня уже поджидала кучка вигилантов и помощников:

— Марк! Расскажи, как убил бодикадо?!

— Как ты это сделал?!

— А правда, что у него были навороченные доспехи, как в аниме?

— Марк, у тебя есть суперсила?!

Честно, сейчас мне не хотелось с ними разбираться, поэтому я ответил что-то невнятное, и направился в зону архива. Сперва ребята не отставали от меня, но выплывшая, словно «BMW» на перекрестке, Критика тут же спугнула их.

— Как здоровье? — нехотя спросила она, даже не посмотрев на меня.

— Более-менее. Говорят, ты приходила в госпиталь, чтобы добить меня? — усмехнувшись, произнес я.

— Да, было дело.

— Но я до сих пор живой.

— Жалко стало. Хотела спросить, как ты убил бодикадо. Узнаю и точно убью. И, это… — она подошла почти в плотную ко мне и тихо прошептала: — Как закончишь свои дела, приходи к своей развалюхе. Разговор есть.

— Хорошо. — со стороны выглядело, будто мы щебетали, словно влюбленные пташки, и как только Критика отошла, все парни, что стояли вокруг показали мне лайк. Тьфу ты!

Патрикеевич занимал должность главного архивариуса в нашем участке. Все вещдоки проходили строго через него. Очень повезло, что я человек добрый, поэтому уже неоднократно выручал старого коллекционера различными «плюшками». Теперь настал час расплаты!

Зайдя в Архив, я проверил, чтобы позади меня никого не было, и спустился к окошку. Выглядело место выдачи и приема очень забавно. Огромный металлический круг, больше похожий на срез железнодорожной цистерны, и малюсенькое оконце с решетками. Так и хотелось, чтобы кто-нибудь произнес таким хриплым голос знаменитое — «Ты бы ещё консервных банок насобирал!»

— Приветствую. — Патрикеевич, седовласый пухленький дядька в помятой рубашке, всегда добродушно улыбался, словно был рад видеть всех и каждого: — Зачем пожаловал, дружище?

— Вчера забегал Бальник. Брал одну бумажонку.

— Да… Было дело. — кивнул архивариус.

— Можешь положить на место? — я протянул пакет.

— Без проблем.

— Благодарю. И да… Пометки не ставь, что по данной улике были транши. Окей?

— Не переживай. Не поставлю! — кивнул Патрикеевич, и приняв бумажку, сразу же понес в хранилище.

Хороший мужик! Всё понимает без слов.

Следующим на очереди был заход в кабинет Дунаевской. Нужно взять задание, да уточнить по поводу актуальности рапорта про миссию в поезде.

— Здрасть… — я открыл дверь и заглянул внутрь: — Могу зайти?

— О! Конечно. — Женщина-Пила была сама на себя не похожа. При одном лишь взгляде на меня сразу же расцвела, как восточная лилия…

— Хотел уточнить по поводу заданий на сегодня. Есть что-нибудь?

— Дорогуша, Васильев распорядился, чтобы сегодня вы просто патрулировали город. А завтра надо будет проверить один адресок. Говорят, там незаконно выращивают чечевицу. — голос Дунаевской был максимально мягким и ласковым. А ещё она смотрела на меня, как лиса на кролика… Дичь, какая-то.

— Хорошо… — неуверенно ответил я: — А что насчёт рапорта по субботнему заданию? Что-то писать или не надо?

— Ничего не надо, Дорогуша. — мило улыбнулась она: — Не напрягайся.

— Ладно… Тогда я могу идти?

— Погоди. — Женщина-Пила вышла из-за стола, и приобняв меня за талию, проникновенно посмотрела в глаза: — Олеся всё рассказала… Да, я понимаю твои чувства, милый… Но прости. Я вынуждена отказать. Это невозможно… Моё сердце принадлежит другому. Но ты не огорчайся! Ты ещё молод… У тебя вся жизнь впереди.

— А… Эм… Ага… — я с полнейшим непониманием смотрел на Дунаевскую.

Получена ачивка: «Женщина, как вино…»

+ 3 000 к успеху у дам бальзаковского возраста

— Иди… Не мучай себя. Иди. — драматично оттолкнув меня, прошептала администраторша. ТВОЮ МАТЬ!!! Я не знаю, что произошло, но Критика будет отшлепана!

Кивнув, я поспешил выйти из кабинета, и чуть ли не бегом направился в сторону гаража. Эта красноволосая сучка уже поджидала меня в Волжанке.

— Я не понял. — остервенело хлопнув дверью, произнес я: — Какого черта происходит?! Что ты сказала Дунаевской?! Она вела себя, как типичная шлюха из конца девяностых годов!!!

— В смысле? Так ты же сам сказал, что влюблен в неё! Отец мне все мозги прокипятил, и сказал, что пока я не дам аргументированного ответа, почему не хочу быть с тобой — он не отстанет. А потом ты сказал по громкой связи, что хочешь расцеловать Пилу… Ну, я и подумала, что самым лучшим вариантом будет — соединить ваши одинокие сердца. Поговорив с Дунаевской, я узнала, что она не может ответить тебе взаимность. Она видит, как ты страдаешь, но не можешь с ней поговорить из-за страха быть отвергнутым. В общем, пошёл по звезде мой гениальный план… Но, ты это… Держись, там. Понимаю, быть отвергнутым тяжело. Но время лечит. Встретишь ещё кого-нибудь.

— Критика, ты что… ОХРЕНЕЛА?!?!?! Какой, к черту «встретишь кого-нибудь»?! Ещё раз… Я повторяю — ЕЩЁ ХОТЬ ОДИН РАЗ ты полезешь не в своё дело… Я клянусь — ты узнаешь, что такое ад на Земле! Тьфу… В смысле — на Марсе!

— А чего не так-то?

— Я Дунаевскую терпеть не могу… Это просто была шутка!!! Тупая твоя башка…

— С такими вещами не шутят, Сэведж. Как я и думала — ты всего лишь никчемная скотина, для которой любовь ничего не значит.

— Я тебя сейчас личиком об торпеду приложу. — тяжко выдохнув, я посмотрел на потолок. Спокойнее, Марк. Никто не рискнет распускать слухи о человеке, который голыми руками победил бодикадо… Никто ничего не скажет. Всё будет хорошо.