Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

явно сломанного носа. Весь свитер уже был в кровище. Ещё и порван. И, кажется, это явно неигровая вещь, а обычный свитер.

Значит, мужик не прокачан. Иначе давно бы уже приоделся. Да и его падение указывает на то, что ловкости у него не так, чтобы и много…

Я сделал шаг вперёд и присел перед мужиком на корточки:

— Ты о чём? Куда тебя забирать?

Тот поднял на меня удивлённое лицо:

— А ты разве не от Седого?

Что? Опять, этот урод!?

Я покачал головой:

— Нет.

Мужик улыбнулся, открывая перепачканные в крови зубы:

— Тогда, ты отчаянный! Тут, на машине только люди Седого ездят.

Вдруг, из подъезда слева выбежала миниатюрная девочка, лет десяти — в белом платьице… И, наскочив на меня, как коршун на бегемота, стала колотить своими ручками мне по спине:

— А ну, иди отсюда, пока я тебе не показала! Не трогай моего папочку!

Мужик крикнул:

— Даша! Не бей дядю.

Девочка бить перестала, но, шмыгнув носом, насупилась:

— А, чего это он!?

И показала на кровавые «сопли» отца.

— Да, это я сам упал…

— Опять!?

Мне кажется, или мужик немного покраснел?

Кстати…

Глянул его имя.

Давитель

Хм. Наверное, это не имя, а, всё-таки, ник.

Давитель как-то неуклюже пожал плечами (даже не подозревал, что так можно, в принципе), затем, чуть улыбнулся:

— Ну, да…

Девочка потрясла своим небольшим кулачком в воздухе:

— Да, что ж ты у меня такой непутёвый!? Опять тебя зелёнкой мазать?

Мужик улыбнулся шире:

— Не надо. Само заживёт. — Он замер на пару мгновений. — Через двадцать пять минут…

Хм, что-то долго. За это время, можно и палец отрастить, не то, что сломанный нос восстановить. Что-то не то…

Блин!

Я чуть себя по лбу не ударил.

Для нормального восстановления нужны же источники белков, жиров и углеводов. То есть, еда! А, мужик… тощий, не то слово.

Скосил взгляд на его дочь. Да, на ней платьице тоже висит. Уж не знаю, как часто они едят… Но то, что недоедают — это точно.

Я кивнул мужику:

— У меня есть кое-что к чаю. Сейчас схожу до машины и вернусь. Вы к чаю-то пригласите?

Блин! Чего я несу? У меня ж только молоко и варенье из макдака! А мы не англичане, чтоб чай с молоком хлестать. Хотя, варенье, вроде, подходит…

А ещё, из дома я с собой прихватил две банки тушёнки в качестве НЗ. Тоже — такое себе угощение к чаю. Но, думаю, они будут не против и без чая навернуть по банке мяса.

Пока я размышлял, мужик кивнул мне утвердительно на моё предложение.

* * *

Я припарковал машину рядом с подъездом, вышел на улицу и осмотрелся вокруг.

Никого.

И даже никаких следов.

Неужто, сбежали?

А, не, вон, на окне справа от подъезда отодвинулась штора, и показался нос малявки.

Она тут же исчезла, и, через двадцать секунд, её отец приоткрыл дверь в подъезд, и махнул мне приглашающе рукой.

Я поднял вверх палец, и залез обратно в машину.

Итак, одна или две пачки молока?

А, ладно, беру три.

А вот, варенья и два пакета хватит.

В любом случае, это, всё лишь, на один перекус. Так что, думаю, будет достаточно.

Пихнув в рюкзак, к двум банкам тушняка, ещё и провиант из макдака, я закрыл машину.

* * *

Дааа… А живут они не богато.

Не, чистенько, аккуратненько… Ремонт хоть и не советский, но видно, что, как минимум, двадцатилетней давности. Обои уже выцвели, паркет требует циклёвки и лакировки, мебель потёртая.

Мужик несколько неловко протянул мне в коридоре свою руку раскрытой ладонью вперёд, и буркнул:

— Святослав.

Я пожал руку:

— Константин.

Хозяин квартиры кивнул в сторону кухни:

— Ну… Пошли на кухню. Расскажешь за чаем, что тебе от меня было нужно.

Пройдя по коридору с дверьми в ванную комнату и туалет, мы попали на кухню, где суетилась Даша. Она в расставленные на столе три чашки с водой распихивала пакетики с чаем.

Ничего себе, у них и горячая вода есть, походу. Я как про чай сказал — не подумал, что с этим напряжёнка сейчас… Сам-то привык жить в доме со всеми удобствами.

Глянул по сторонам.

А, да… у них прямо на газовой плите стояла портативная комфорка для газовых баллонов.

Молодец, мужик, подсуетился. Раздобыл где-то.

Я же, расстегнув рюкзак, начал выкладывать из него на стол пакеты с молоком.

Девочка затихла, провожая их взглядом. Затем, громко сглотнула, и подняла на меня свои огромные глазищи:

— Можно?

Я улыбнулся и кивнул в ответ.

Даша метнулась к большому ящику над раковиной, выудила из него ещё одну кружку и поставила её на стол.

Затем, метнулась — теперь уже, за ножницами, и, через двадцать секунд, уже жадно глотала молоко из кружки.

Допив, она со стуком положила кружку на стол и закатила глаза:

— Обожаю молоко!

Я лишь улыбнулся, и, вытащив из рюкзака пакет с вареньем, водрузил его на стол.

— Тут ещё и варенье есть.

— Варенье!? — Даша расширила глаза. — Да сегодня, просто, праздник какой-то!

Достав ещё и две банки тушёнки, тоже положил их на стол:

— А это — на десерт.

Девочка скептически осмотрела банки с тушёнкой, и авторитетно заявила:

— Не, на десерт — лучше, варенье!

Святослав, встав из-за стола, прошёлся к холодильнику и, достав оттуда пакет с разномастными сухарями, присоединил его к горке моих продуктов.

В самом же холодильнике (точнее, в шкафу, так как, электричества не было), кроме этого пакета, я больше ничего не увидел.

Глава 15

Мелкая стрескала пол банки тушёнки, выдула целый литр молока и умяла на десерт полный пакет варенья. Она вымазывала сладость сухарями. Потом, оценив, сколько сухарей она уже съела, отодвинула их от себя подальше, на середину стола, и принялась вымазывать остатки варенья пальцем.

В общем, через пять минут, Даша оставила после себя чистейший пакет от варенья, пустую упаковку от молока, и, откинувшись на спинку стула, поблагодарила за вкусный обед. К чашке чая она даже не притронулась.

Святослав улыбнулся своей дочке:

— Иди в комнату, поиграй. А мы с дядей поговорим.

Она кивнула отцу и посмотрела на меня:

— Ещё раз, спасибо за угощение!

Я улыбнулся:

— На здоровье.

Девочка погладила своё надувшееся пузо, серьёзно кивнула, и, встав со стула, вышла из кухни.

Только она вышла, Святослав перевёл взгляд на меня:

— Спасибо, что накормил дочь.

— Пожалуйста.

Глянул на его лицо.

Кровь больше не текла, да и то, что натекло, Святослав отмыл,