"Великая река". Компиляция. Книги 1-8 - Токацин .

— Что?! Обсидиан?! — казалось, сейчас он вспыхнет и взорвётся от ярости. — Кусок чёрного стекла ты мне притащил?! Да я тебе его скормлю, ты, мзога! Ты лазил по разбитым печам? Где сердолик, где красные агаты, где кей-руда?! Где костяной пепел, сожри тебя червяк?!

Он снова замахнулся ногой, но удар не достиг цели — на затылок южанина опустилась тяжёлая рука второго норца, подошедшего незаметно. Даже Фрисс не сразу увидел, откуда норси взялся — истрёпанная шкура Квэнгина на его плечах сливалась с чёрным базальтом стен. Вот только волосы на солнце отливали багрянцем…

— Хэ! — коротко выдохнул ушибленный южанин, хватаясь за голову и резко разворачиваясь к пришельцу. Крыса тащилась за ним, вяло перебирая лапами. Речник увидел в её пасти крепко примотанную палку. Под ухом тонко пискнул Тингиша.

— Нгози, жри тебя червяк! Следи за руками! — отступив на шаг, южанин недобро оскалился.

— Следи за ногами! — рявкнул на него второй, поудобнее перехватив дубинку. — У нас вторая крыса дохнет, а ещё ничего не найдено. Где ты собрался взять новых?!

За стеной форнского дома, просевшего под весом ветвей Арлакса, послышался писк и шорох, и из пролома выбрался третий южанин в травяных обмотках, волоча за собой ещё одного Призывателя. Эта крыса шла сама, вздрагивая и обнюхивая землю. Фрисс видел, что глина и пепел на её боках смешаны с запёкшейся кровью.

— Зингва! — повернулся к пришельцу красноволосый Нгози. — Что у тебя?

Зингва бросил ему кубышку, в которой что-то брякало. Заглянув внутрь, Нгози нахмурился.

— И всё? Это всё за целое утро?!

Зингва отшатнулся, срывая с пояса палицу. На ладонях Нгози вспыхнул красный огонь. Южане шарахнулись друг от друга и замерли в тени развалин. Красноволосый опомнился первым.

— Квалухуди! Ченга, что говорит твоя крыса? Ты нашёл погребальные печи? Нашёл пепел?

Первый из южан дёрнул ремень, пытаясь поставить Призывателя на лапы, но тот только пискнул.

— Нет здесь печей! Я говорил — надо искать там, где бабочки! В круглых домах с костями! Это знак от коатеков — там лежат мертвецы! Ты, Нгози, тут самый умный?!

— Квамзога! — оскалился красноволосый. — Длинный язык, Ченга, — много выйдет похлёбки! Ты, Зингва, видел печи? Видел горелые кости?

Второй наклонился и сорвал повязку с морды Призывателя. Крыса раскрыла пасть и вывесила язык. Зингва заставил её подняться на задние лапы, и она стояла так, пошатываясь из стороны в сторону.

— Там нет костей. Там был чистый огонь, — пробормотал Призыватель. — Я не буду искать. Отпустите.

— Мзога! — южанин с силой дёрнул ремешок. Подскочив на локоть вверх, крыса шмякнулась обратно и завалилась набок. Зингва открыл рот, чтобы что-то сказать, но только заорал от боли, когда раскалённая ладонь Нгози опустилась на его макушку.

— Вы оба только на суп и годны! — поморщился красноволосый. — Вы не заслужили и капли солнечного огня. Великий змей очень щедр — он заметил даже таких, как вы! Будь моя воля…

— Хэ! Твоя воля?! — подпрыгнул на месте Ченга, держась подальше от огненных рук южанина. — От тебя пользы, как от дохлой крысы! Где твой Мвесигва, где его хвалёное зелье?! Я, Ченга Токатхари, дал тебе прекрасный корабль, — где твои снадобья, где обещанная сила?!

— Квалухуди! — Нгози подбросил на ладони огненный шар. Багровые полосы выступали на его запястьях — как будто по венам вместо крови текло пламя, и они светились под кожей.

— Ты не удержишь силу — у тебя тело слизняка! — скривился он. — Ты получил малую каплю — ты уже весь в пятнах. Это сила для тех, кто прочен, как эти камни, — так ищите, ищите их кости, ищите похоронный пепел! Мвесигва нагонит нас через день или два, будет вам зелье!

Ченга и Зингва вздрогнули, покосились на багровые вены Нгози, потом — на собственные запястья.

— Мвесигва струсил, отступил, — пробормотал Зингва, окидывая растерянным взглядом руины. — Он думает — нас распознали. Побережник не испугался бы камней, но он мёртв. У слизняков из Мвакидживе теперь его тело. Они увидят пятна и всё поймут. Квалухуди, я хочу быстро искать и быстро уходить. Эти камни — они смотрят на меня!

— Укка-укка, — закивал второй южанин, поглаживая ладони. — Тут всё смотрит на нас. Коатеки знают, что мы ходим в их домах. Скоро они разозлятся — и вынут из нас кости живьём! Даже ты, Нгози, ничего им не сделаешь!

Зингва согласно кивнул и с гневным воплем подхватил выпавший ремешок — крыса, увидев, что о ней забыли, незаметно доползла уже до угла дома, но рывок вернул её на место. Зингва оскалился.

— А-ай, квалухуди, — сквозь стиснутые зубы протянул Нгози и влепил два огненных шара в мостовую — так, что южане едва успели отпрыгнуть. — Какой хороший был бы суп… Что ты несёшь, Зингва?! Побережник сгорел, не удержал силу, стал золой — что по его телу узнают болотные людишки?! А ты, Ченга, чего надышался в подвалах? Зачем ты сам туда полез, когда тебе дали крысу?! Здесь нет коатеков — давным-давно нет, ни одного коатека, только мёртвые камни! Кто смотрит на тебя, кусок падали?!

— Хэ?! — ладонь Ченги раскалилась докрасна и с шипением впечаталась в сплетённую из коры броню Нгози. Красноволосый ударил его кулаком в лицо. Зингва подобрал поводок второй крысы и потащил Призывателей в разрушенный дом, криво усмехаясь и чмокая губами. Затолкав крыс в плетёную клетку, он сел сверху и уставился на драку немигающими жёлтыми глазами. Фрисс резко выдохнул — Кикора от волнения расцарапала ему палец.

— Нет коатеков?! — глаза Тингиши возмущённо расширились, он смотрел на Речника в упор, встопорщив усы. — Водяной Стрелок, ты его слышал?!

Фрисс покачал головой, протискиваясь сквозь кусты. Он старался ползти потише, но ветки предательски хрустели под ним.

— Водяной Стрелок, — Кикора сунула нос ему в ухо, — ты же коатек, тебе же тут повинуются кости и камни! Ради всех богов, покажи этим тварям, где место таких, как они! Подними все эти руины!

Призыватели смотрели на Речника с надеждой. Он тихо вздохнул.

— Я тут ничего поднять не могу, — прошептал он. — Нецис мог бы — но сейчас полдень…

Раскалённое докрасна солнце полыхало на полнеба, и тени таяли под ним, а кожа южан-уачедзи загоралась изнутри багрянцем. Они уже не дрались — стояли поодаль и вполголоса проклинали друг друга. По лицу Ченги текла кровь, плащ Нгози, прожжённый во многих местах, дымился. «Нецис легко справился бы,» — покачал головой Фрисс. «Он — чародей. А мне что делать?»

— Ты — Водяной Стрелок, — прошептал Тингиша, хватаясь за руку Речника. — Видишь, там наши родичи?..

— Ещё как вижу, — еле слышно ответил Фрисс, поминая про себя тёмных богов. Он ждал, что уачедзи отойдут от клетки, а ещё лучше — зайдут за обломок стены, откуда пламя до неё не дотянется, но они зачем-то выволокли её на мостовую и сгрудились вокруг, проклиная друг друга последними словами и время от времени пиная прутья.

— Их трое. Будет много огня, — прошептал Фрисс, переползая через очередной корень. — Одного убью — двое выжгут всё. Вы спрячетесь, я отобьюсь, а пленники сгорят. Как же их вытащить, Река моя Праматерь…

— Укк! — Тингиша крепко сжал пальцы Речника и вильнул хвостом. — Их трое? И нас трое. Рази их, Водяной Стрелок. Кикора, за мной!

— А-а! — Фрисс вскинул руку, но поймал только одну крысу — вторая стрелой вылетела из кустов и промчалась по мостовой, одним прыжком взлетела на клетку и вцепилась зубами в прутья. Речник помянул тёмных богов вслух и вырвался из цепкой хватки кустарника, придерживая за шиворот Кикору. Пронзительный визг метнулся над развалинами — Тингиша, крепко ухваченный за лапу, болтался в воздухе.

— Мзога! Это откуда взя… — удивлённый Зингва не успел договорить — крыса впилась зубами в его руку. От боли они закричали вместе: Зингва — сжимая Призывателя раскалённой рукой, Тингиша — высунув обожжённый язык и пустив чёрную слюну. Запахло палёным.

— Лаканха! — крикнул Речник и вскинул руку. Пальцы его указывали на грудь Зингвы — и южанин с булькающим воплем оседал на разрушенную стену, и вода, смешиваясь с кровью, тугими струйками била из дыры между рёбер.