Возрожденный Дракон - Роберт Джордан

— Спасибо, мать. — Мэт выжал из себя слабый смешок. — Вообще-то я немного удивлен: отчего это мой отец не приехал хотя бы взглянуть на меня? Уж он-то обязательно должен был приехать! — Мэт не стал бы убеждать кого-то в точности своих наблюдений, но ему и впрямь показалось, будто Амерлин, перед тем как ему ответить, помедлила в некотором сомнении.

— Он приезжал, — проговорила она. — С ним беседовала Лиане.

— Тогда мы не знали, — немедленно вмешалась в разговор Хранительница, — где ты находился, Мэт! Так я ему и сказала, вот он и отбыл, не дожидаясь, пока снег завалит пути. А чтобы дорога до дома оказалась для путника полегче, я дала ему немного золота.

— Без сомнения, — добавила Амерлин, — в этакой неувязке он будет страшно рад твоему письму, Мэт. И матушка твоя, разумеется, тоже обрадуется. Как только напишешь письмо, отдай его мне, я сама побеспокоюсь о том, чтобы оно дошло до адресата.

Ну что ж, и об отце его они сказали правду. И все же Мэту оставалось спросить их еще кое о ком. А вот про отца Ранда они ни словом не обмолвились! Может, просто-напросто не догадались, насколько меня это интересует, а вернее всего, потому что… Нет, не знаю я почему, да спалит меня Свет! С этими Айз Седай — кто может вызнать хоть что-то во всех подробностях?

— Но я путешествовал не в одиночестве, мать, а с другом. С Рандом ал'Тором. Вы его, конечно же, помните. Вы мне, думаю, скажете, здоров ли он, да? Держу пари, его па так же беспокоится о своем сыне, как и мой!

— Насколько мне известно, — отвечала Амерлин бестревожно, — твой друг здоров, но о каких подробностях его жизни могу я говорить? Видела я его лишь единожды, тогда же, когда и с тобой впервые я встретилась. Было это в Фал Дара. — Она обратилась к Хранительнице: — Думаю, нашему Исцеленному не повредит небольшой ломтик пирога, Лиане. И нужно чем-нибудь промочить горло, если уж он завел все эти разговоры. Не побеспокоиться ли ты о том, чтобы все это было ему принесено?

И с бормотанием «Как прикажешь, мать!» — высокая Айз Седай покинула комнату.

Вновь повернувшись к Мэту, Амерлин уже улыбалась, однако глаза ее источали голубой холод.

— Существуют вещи, говорить о которых для тебя опасно даже при моей Лиане. Язык, хлопающий, как парус, погубил больше людей, чем убили их внезапные шторма!

— Неужели опасно, мать? — Он почувствовал, как неожиданно во рту у него стало сухо, но желание облизать губы Мэт в себе подавил. Много ли о Ранде известно ей, о Свет? Было бы лучше, если б Морейн не хранила при себе столько всяких тайн! — Но мне не известно ничего, что может быть опасно, мать! И вряд ли я могу вспомнить и половину того, что знаю.

— Но про Рог ты помнишь?

— Что за рог, мать?

Амерлин уже поднялась во весь свой рост и склонилась над Мэтом так быстро, что он и заметить не успел ее движения.

— Ты играешь со мной в детские игры, мальчик мой, но я заставлю тебя заплакать и позвать свою мамочку на помощь! Ни у меня, ни у тебя нет времени размениваться на игрушки! Ну, я снова тебя спрашиваю: помнишь?

Прежде чем дать ей ответ, Мэту пришлось поглубже спрятаться под одеяло и перевести дух. Наконец он вымолвил:

— Да, мать, я помню…

Ему показалось, будто она уже немного успокоилась, и Мэт легонько повел плечами. Он чувствовал себя так, будто ему неожиданно позволили убрать голову с плахи.

— Хорошо. Это хорошо, Мэт! — Она опять медлительно присела, продолжая его изучать. — Ты связан с Рогом, это тебе известно?

Потрясенный, Мэт безмолвно, одними губами, повторил слово «связан», и Амерлин кивнула.

— Не думала я, что ты об этом извещен. Ты был первым, кто вострубил в Рог Валир после того, как он был найден. Для тебя Рог подымет из могилы павших героев! Но для любого другого сей Рог останется всего лишь бесполезной дуделкой — до тех пор, пока ты жив…

Мэт вдохнул воздух всей грудью.

— Пока я жив, — повторил он голосом, лишенным всякого чувства, и Амерлин ему кивнула. — Но вы могли позволить мне умереть. — И вновь она кивнула. — После чего Рог можно было передать любому другому человеку, чтобы он по вашей воле в него вострубил, то есть работал на вас. — И снова кивок. — Кровь и пепел! Так вы хотите, чтобы я трубил в Рог для исполнения ваших целей! В час Последней Битвы я предназначен вами призвать из могилы всех героев, и они станут на вашей стороне биться с Темным! Кровь и проклятый тлен!

Она оперлась локтем о ручку кресла и положила подбородок на ладонь. Амерлин не сводила глаз с Мэта.

— Ты, по-моему, готов уже предпочесть обратное?

Мэт нахмурил брови, силясь припомнить, каков смысл сего речения — «предпочесть обратное». Так если кто-то другой должен будет затрубить в Рог…

— Так вы желаете, — спросил он, — чтобы в Рог затрубил я? Да, я буду трубить в этот Рог. Ведь я и не говорил, будто не стану трубить в него, верно?

— Ты напоминаешь мне моего дядюшку Хуана, — молвила Амерлин, вновь вздохнув, но теперь уже очень раздраженно. — Дядюшку никто не мог прижать к стене и заставить что-то сделать. Он вроде тебя любил азартные игры и больше предавался развлечениям, чем трудился. Но погиб он знаешь как? Выносил детей из горящего дома — и погиб! Не хотел уходить из здания, пока там еще кто-то оставался. Похож ты на него, Мэт, или нет? Будешь ли ты рваться в дом, где вовсю пылает огонь?

Встретиться с ней взглядами Мэт не мог: он изучал собственные пальцы.

— Я не герой! — выдохнул он. — Просто делаю то, что должен сделать, но я не герой…

— Большинство из тех людей, коих мы именуем героями, делали только то, что они должны были делать. Полагаю, этого будет вполне достаточно. Покамест. Ты никому, кроме меня, не должен рассказывать ничего о Роге, сын мой! О том, что ты с ним связан, тоже молчи, ни слова!

Покамест, подумал он. Вот все, чего им не хватало, — получить то, чего им до зарезу надо! Сейчас или чуть позже, неважно!

— Проклятье, я не намерен говорить каждо… — Она подняла бровь, и Мэт заставил собственный голос вновь звучать спокойно. — Не хочу никому говорить! Хочу, чтобы никто ни о чем не знал. Но по какой причине вы намерены держать это дело в полном секрете? Или вы не доверяете своим Айз Седай?

Какое-то время Мэт был уверен, что зашел слишком далеко. Лицо Амерлин стало подобно камню, а взглядом она могла бы перерубать топорища.

— Когда бы в моей воле было сделать все так, чтобы о нашем разговоре знали лишь я и ты! — Голос ее звучал бесстрастно. — Поверь мне, я так бы и поступила! Чем больше людей о чем-либо знают, тем шире распространяются эти сведения, пусть даже и с добрыми намерениями. Большинство людей в мире считают, что Рог Валир — это только легенда, а те, кто знает чуть больше, пока еще ожидают, когда найдет сей Рог кто-нибудь из участников Охоты. Однако в Шайол Гул знают, что Рог уже найден, а это значит, что о находке Рога известно по крайней мере нескольким Друзьям Тьмы. Впрочем, им неизвестно, где сейчас находится он, и, да озарит нас Свет, им неведомо, что в него протрубил ты. Неужели ты сам желаешь, чтобы тебя преследовали Друзья Тьмы? Чтобы на тебя напали Полулюди или иные Отродья Тени? Им необходим Рог! Знать об этом ты обязан. Рог может работать для Тени, а может служить сияющему Свету. Но чтобы Рог сработал на них, они должны захватить тебя в плен или погубить. Ты хочешь так рискнуть?