Поток жизни. Том 1. - Фелинидский комиссар

стукнула ребром ладони мне по голове, — а ну говори давай, что в виду имел.

- Я знаю девять видов сварных швов.

- Чего? — от неожиданного ответа у Айрис расширились глаза, — и как я в этом твоем знании должна была бы убедиться?

- Хе-хе-хе-хе, — я скорчил лицо Хоакина Феникса из мема, только без сигареты, — тебе не понять этого пока что.

- Знаешь… иногда ты бываешь ну очень странным.

- Что поделать, уж такой вот я.

- Так что там про колыбельные? Я бы их послушала, просто из интереса.

- Кхм, кхм, — я слегка прокашлялся:

«Мой драгоценный, мой маленький, положи свою головку.

Мой дорогой, мой сонный, пора ложиться спать.

Мой драгоценный, мой любимый, не плачь.

Мой заветный, мой уставший, пора идти спать.

Просто положи свою головку и приласкай меня —

Просто закрой глаза и усни сладчайшим сном, ведь в моих любящих объятьях

Ты — в безопасности, словно ты всегда будешь в такой тишине, мой дорогой, и сне.

И в своих снах ты будешь порхать на крыльях ангелов,

Это произойдёт, когда звёзды коснуться лица Бога...

И если тебе нужно проснуться, мой драгоценный, мой маленький,

Я поцелую твою нежную щёчку

И под улыбающейся луной

Я отправлю тебя вновь ко сну».

(«My precious one» — Celine Dion)

- Или вот еще… — я прервался, услышав тихие всхлипы. Поворачиваю голову и вижу слезы, текущие из прикрытых глаз Айрис. Не понял, хотя… Вот какой же я еблан. Петь о материнской любви к ребенку девушке, у которой родная мать на глазах умерла. А отца она видела только в далеком-далеком детстве. С каждым разом я пробиваю новое дно. Нет чтобы каких-нибудь Телепузиков спеть, нет, мне обязательно нужно повыделываться. От смачного леща самому себе меня останавливало только то, что я не один. Без лишних слов — ибо обпизделся уже за сегодня по полной, я приобнял девушку. Айрис лишь прислонилась головой к моему плечу. Так и просидели пару минут.

- Извини, что так внезапно… просто…

- Тебе не надо извиняться.

- Х-хорошо, тогда я… пойду?

- Угу, конечно.

Девушка встала с кровати и, вытирая на ходу глаза, вышла из комнаты. А я улегся на кровать лицом к стене. Самое тупое чмо на Земле, то есть на Гайе. Это я. Засыпал я под всевозможные ругательства, обращенные к самому себе.

***

- Вы мне можете помочь? Моя мама нуждается в докторе! — девочка лет шести с каштановыми волосами и в джинсовом сарафане затрясла очередного прохожего за штанину. Тот отвел взгляд в сторону и пошел дальше. Кто бы помог ему самому?

- Пожалуйста! Моей маме нужна помощь! — малышка подбежала к следующему человеку. Он тоже не сказал ничего в ответ, лишь высвободился от ее хватки и растворился во тьме.

- Кто-нибудь! Пожалуйста! — устав от переживаний, бессмысленного поиска помощи и холодности окружающих, девочка опустилась на колени, испачкав в дорожной грязи свои голые коленки, — ну хоть кто-нибудь?