Ветхий Завет. Курс лекций. Часть I - Николай Соколов

Бедствия, между тем, превзошли все ожидания. В условиях того климата даже небольшая засуха — уже бедствие. А за несколько лет выгорает все, что только можно: луга, источники пересыхают. Ахав вынужден был покинуть свой дом и отправиться вместе со своей свитой для пропитания своих лошадей, своего скота. А Илия тем временем жил и в пустыне и затем в Сарепте Сидонской, наконец силы народа истощились и они стали понимать, что над землей тяготеет проклятие. В это время Ахаву объявляют: «Илия здесь».

Сколько же времени продолжалась эта засуха? Дело в том, что хроника царей в 3 и 4 книгах Царств иногда искажается. Там употребляются две меры отсчета. Согласно одной из них, что год смерти царя считается дважды. Целиком зачисляется год царствования умершего и целиком царство его преемника. Это объясняется тем, что по представлению евреев время было неразделимо. Не было года или дня, который можно было считать абстрактным, не считая начало нового года. Даже если 12 месяцев меньше истекали после нового года, они считались не за один год, а за два. Поэтому продолжительность голода, которая во времена Илии считается тремя годами, возможно, не более 19–20-ти месяцев.

Если в этих местах дождь не выпадает 3 месяца, то это считается национальным бедствием. Если эта засуха длится год или полтора, то люди начинают испытывать страшнейшие муки и приходят в отчаяние. Илия встречается с Ахавом. И пошел Илия, чтобы показаться Ахаву.

«Когда Ахав увидел Илию, он сказал: Ты ли это, смущающий Израиля? И сказал Илия: не я смущаю Израиля, а ты и дом отца твоего тем, что вы презрели повеления Господни и идете вслед Ваалу; теперь пошли и собери ко мне всего Израиля на гору Кармил, и четыреста пятьдесят пророков Вааловых, и четыреста пророков дубравных, питающихся от стола Иезавели»

(3 Цар 18:17–19).

В этом резком ответе — весь Илия со всей решимостью сражаться до конца за правду. Он не колеблясь бросает вызов Ахаву и предлагает собрать прорицателей Ваала, чтобы они показали силу своего бога. Воздвигаются два жертвенника: один Ваалу, другой Богу Израилеву, и на чей жертвенник снизойдет огонь с неба, тот будет истинный бог. Это великое состязание состоялось на горных склонах Кармила. Толпы народа, собранные Ахавом, окружили Илию и слушали каждое его слово. Прошли времена, когда они смотрели на нововведения царя и сами курили фимиам перед идолами.

«Долго ли вы будете хромать на оба колена? — сказал Илия, обращаясь к народу, — если Яхве есть Бог, то последуйте ему, а если Ваал, то ему последуйте». Это было решительное, окончательное осуждение религиозного синкретизма, двубожия. И так было повсеместно в Израиле и так, может быть, осталось потом в Самарии. В смущении народ хранил молчание, чувствуя свою вину. Страшный голод заронил в сердца сомнения относительно могущества Ваала и его жрецов.

«Я один остался пророк Господень», — говорил Илия, напоминая народу о том, что никто не вступился за тех, кого преследовали до этого, потому что всех тех, кто исповедывал истинного Бога, предавали смерти, Иезавель истребляла пророков Господних и Авдий взял сто пророков и скрывал их в пещерах и питал их хлебом и водой. Авдий — это начальник дворца Ахава, так что не все были полностью развращены, а были люди честные, которые помогали спастись пророкам.

И вот Илия берет двух тельцов. Говорит, чтобы выбрали себе одного тельца, рассекли его, положили на дрова, но огня не подкладывали. А он приготовит другого тельца, положит его на дрова, и огня подкладывать не будет. «Призовите вы имя бога вашего, а я при{49}зову имя Бога моего». И взяли пророки Вааловы тельца, который был, приготовили его, призвали имя Ваала. От утра до полудня говоря: «Ваале, услыши нас», они скакали у жертвенника, который сделали. Но не было ни голоса, ни ответа.

«В полдень Илия стал смеяться над ними и говорил: кричите громким голосом, ибо он бог; может быть он задумался, или занят чем-то, или в дороге, а может быть и спит, так он проснется! И они стали кричать громким голосом и кололи себя по своему обыкновению ножами и копьями, так что кровь лилась по ним. Прошел полдень, а они все еще бесновались до самого времени вечернего жертвоприношения; но не было ни голоса, ни ответа, ни слуха. И сказал Илия пророкам Ваала: теперь отойдите, чтоб и я совершил свое жертвоприношение. И они отошли и умолкли. Тогда Илия сказал всему народу: подойдите ко мне»

(3 Цар 18:27–30).

И взял Илия двенадцать камней, по числу колен Иакова, восстановил жертвенник, положил тельца и предварительно велел трижды облить этот жертвенник водою, так что ров, окружавший жертвенник наполнился водой, чтобы не было никакого сомнения в том, что там не могло быть никакого огня, тайно подложенного или случайно падшего на солому. Тогда Илия призывает имя Бога Израилева и говорит такие слова:

«Господи, Боже Авраамов, Исааков и Израилев! Услышь меня, Господи, услышь меня ныне в огне! Да познают в сей день людии сии, что Ты один Бог в Израиле, и что я раб Твой и сделал все по слову Твоему. Услышь меня, Господи, услышь меня! Да познает народ сей, что Ты, Господи, Бог, и Ты обратишь сердце их к Тебе»

(3 Цар 18:36–37).

«И ниспослал Господь огонь и пожрал всесожжение, и дрова, и камни, и прах, и поглотил воду, которая во рве»

. Все было полностью уничтожено.

«Увидев это, весь народ пал на лице свое и сказал: Господь есть Бог, Господь есть Бог! И сказал им Илия: схватите пророков Вааловых, чтобы ни один из них не укрылся. И схватили их, и отвел их Илия к потоку Киссону и заколол их там»

. Здесь проявление Илии во всеоружии ветхого человека — пророк Божий самолично убивает пророков Вааловых — 800 человек.

Он призвал Бога в огне и огонь был той стихией, через которую чаще всего являлось присутствие Яхве. Господь явился Моисею в неопалимой купине, Он шел перед лицем стана в виде столпа огненного, Он давал заповеди из среды огня и теперь Он являет славу Свою через своего служителя и подобен пламени, который пожирает жертву, которую Илия положил перед Ним. Для жрецов Ваала все это закончилось плачевно. Как говорит дальше история, обращаясь к Ахаву, Илия сказал:

«Иди, ешь и пей, ибо слышен шум дождя»

.

«И пошел Ахав есть и пить, а Илия взошел на верх Кармила и наклонился к земле, и положил лице свое между коленями своими и сказал отроку своему: пойди, посмотри к морю. Тот пошел и посмотрел, и сказал: ничего нет»

. И так было семь раз. На седьмой раз он видел, что небольшое облако поднимается от моря величиною с ладонь человеческую.

«Он сказал: пойди, скажи Ахаву: «запрягай колесницу твою и поезжай, чтобы не застал тебя дождь»

. Небо сделалось темным от туч и ветра и пошел большой дождь. Ахав сел в колесницу, заплакал и поехал в Изреель. И была на Илии рука Господня, он опоясал чресла свои и бежал перед Ахавом до самого Изрееля. Вот сила, мужество и тот Дух великий, который был на нем.

Когда Иезавель узнала о том побоище, который учинил Илия, она пришла в ярость. Конец засухи она конечно приписала молению Ваалу и его заслугам, потом она поклялась всеми богами и сказала:

«Если ты Илия, а я Иезавель, то пусть то и то сделают мне боги и еще больше сделают, если я завтра к этому времени не сделаю с твоею душею того, что сделано с душею каждого из них

(т. е. тех, кого он убил)

»

.

«Увидев это, он встал и пошел, чтобы спасти жизнь свою, и пришел в Вирсавию, которая в Иудее, и оставил отрока своего там. А сам отошел в пустыню на день пути и, придя, сел под можжевеловым кустом»

. И здесь он в отчаянии воззвал к Богу:

«довольно, Господи, возьми душу мою, ибо я не лучше отцов моих»

.

«И лег и заснул под можжевельником. Ангел коснулся его и сказал ему: встань, ешь и пей. И взглянул Илия, и вот, у изголовья его печеная лепешка и кувшин воды. Он поел и напился и опять заснул. И возвратился Ангел Господень во второй раз, коснулся его и сказал: встань, ешь и пей, ибо дальняя дорога пред тобою. И встал он. поел и напился, и, подкрепившись тою пищею, шел сорок дней и сорок ночей до горы Божией Хорива»

(Это гора Синай, только другая вершина).

Здесь на горе Синай ему, подобно Моисею открывается Господь. Никому, кроме Моисея и Илии, Господь так не открывался. Над Илией проносится ураган, сокрушающий горы, но сказано:

«не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь, после землетрясения огонь, но не в огне Господь, после огня веяние тихого ветра и там Господь. Услышав сие, Илия закрыл лице свое милотью своею, и вышел, и стал у входа в пещеру. И был к нему голос и сказал ему: что ты здесь, Илия? Он сказал: возревновал я о Господе Боге Саваофе, ибо сыны Израилевы оставили завет Твой, и разрушили жертвенники Твои и пророков Твоих убили мечем; остался я один, но и моей души ищут, чтобы отнять ее»