Ленин. Кн. 1 - Дмитрий Волкогонов

По настоянию Ленина 10 октября состоялось чрезвычайно важное заседание ЦК РСДРП, на котором обсуждался вопрос о вооруженном восстании. По воле игры господина случая тайное заседание ЦК, созванное Лениным, состоялось на квартире известного меньшевика Н. Н. Суханова, жена которого Г. К. Суханова-Флаксерман была большевичкой и работала в Секретариате ЦК партии. Суханова в ту ночь дома не было (Судьба Н. Н. Суханова трагична, как и множества других социал-демократов. Несколько арестов в годы советской власти. В августе 1939 года Военный трибунал сибирского военного округа постановил (подсудимый был выслан в г. Тобольск): «Суханова Николая Николаевича подвергнуть высшей мере уголовного наказания — расстрелу без конфискации имущества за отсутствием такового»). Из 21 члена ЦК присутствовало чуть больше половины — 12. Кто же эти люди, поддержавшие Ленина в его крайнем радикализме? Судя по документам, там были Ленин, Зиновьев, Каменев, Троцккий, Сталин, Свердлов, Урицкий, Дзержинский, Коллонтай, Бубнов, Сокольников, Ломов (Оппоков). Председательствовал Свердлов. Вопросы стояли вроде и не о восстании: 1) Румынский фронт, 2) литовцы, 3) Минский и Северный фронт, 4) текущий момент, 5) областной съезд, 6) вывод войск. А где же вопрос о восстании?

Ленин и Свердлов (фактически возглавлявший всю организаторскую работу партии) были хорошими конспираторами. По неписаным законам политического заговора главный вопрос был замаскирован под «текущим моментом».

В своем докладе о текущем моменте Ленин подчеркнул, что «политически дело совершенно созрело» и вопрос теперь за военно-технической подготовкой. Вождь, как искусный заговорщик, и не рассчитывал на поддержку большинства населения. Он осуждает тех, кто считает техническую подготовку к восстанию чем-то вроде «политического греха». Он заранее выдает свою индульгенцию тем, кого смущает заговорщицкий характер подготовки к восстанию. Ленин, по сути, не скрывал антинародного характера заговора: Учредительное собрание «явно будет не с нами». Соглашаясь, констатируя, признавая, что Учредительное собрание, выражавшее волю миллионов людей, будет не с большевиками, Ленин тем не менее держит курс на захват власти. Преступность замысла очевидна. С самого начала.

Докладчик ожидал возражений, сопротивления, но ЦК (те, кто присутствовал на заседании) согласился с предложениями Ленина начать подготовку восстания и осуществить его в ближайшее время. Резолюция принимается десятью голосами при двух «против». Возражали и выступили против восстания лишь Зиновьев и Каменев. Их аргументы были известны заранее большевики обладают слабой поддержкой в провинции; с помощью Учредительного собрания можно добиться большего, нежели военным путчем.

Нетрудно заметить, что судьбоносное решение о перевороте принято меньшинством ЦК (10 человек из 21 члена). Есть основание полагать, что двое из отсутствовавших — Рыков и Ногин — также голосовали бы «против». Но Ленин был уверен, что немедленный мир и передача земли крестьянам решат дело восстания в пользу большевиков.

Нужно признать, что в вопросе о восстании Зиновьев и Каменев оказались весьма проницательными. Они полагали, что Учредительное собрание сможет отразить более широкий спектр политических интересов населения России. По существу, они предлагали парламентский путь реформ, хотя и в этой своей позиции были непоследовательны. После заседания ЦК Каменев, обосновывая свою позицию, публично заявил: «Партия не опрошена. Такие вопросы десятью не решаются»204.

Могли ли соратники Ленина, его близкие друзья Зиновьев и Каменев представить себе, что, когда Сталин бросит их в тюрьму в 1936 году, на суде им припомнят и «октябрьские грехи»? Во время следствия Зиновьеву и Каменеву напомнят как акт «подлого предательства» заявление, сделанное ими 11 октября 1917 года: «Говорят: 1) за нас уже большинство народа России и 2) за нас большинство международного пролетариата. Увы! — ни то, ни другое неверно, и в этом все дело».

Могли ли думать Ленин, Зиновьев и Каменев тогда, что революция, которую они готовили, в конце концов уничтожит их? Но это не было случайностью. Ставка на безбрежное насилие вернулась, как бумеранг, к его творцам и поразила то, что называли «Великой революцией», и ее творцов. Потресов, анализируя глубинные причины якобинства ленинцев, заявляет в своих «Заметках публициста», что «основоположнику большевизма Ленину неизменно казалось, что цель освящает средства… Но не цель освятила средства, в данном опыте, а средства уничтожили без остатка цель…»205.

Резолюция заседания ЦК РСДРП, проходившего 10 октября, состояла всего из двух абзацев. Первый, стилистически неуклюжий, пространный, перечислявший революционные факторы: «восстание во флоте в Германии», «нарастание всемирной социалистической революции», «угроза мира империалистов с целью удушения революции в России», «решение русской буржуазии и Керенского с К° сдать Питер немцам», «приобретение большинства пролетарской партией в Советах», «подготовление второй корниловщины» — «все это ставит на очередь дня вооруженное восстание»206. Ленин добился своего: курс на самое радикальное разрешение кризиса был одобрен руководством партии.

На заседании ЦК образовали Политбюро для руководства политическими действиями в ходе подготовки к восстанию. В него вошли Ленин, Зиновьев, Каменев, Троцкий, Сталин, Сокольников и Бубнов. Впрочем, в этом составе Политбюро так ни разу и не собралось. Как постоянно действующий высший орган власти Политбюро стало лишь после VIII съезда партии в марте 1919 года. А в октябре 1917-го это была группа людей, особо близких к Ленину и наиболее авторитетных в высшем эшелоне партии.

Однако буквально через пару дней Ленин почувствовал, что, несмотря на принятое решение о подготовке восстания, в партийных комитетах продолжались колебания. Высказывались мнения о необходимости отложить «вопрос» до съезда Советов или даже до Учредительного собрания. Ленин был взбешен и настоял спешно провести еще одно заседание Центрального Комитета о восстании. Расширенное заседание ЦК состоялось 16 октября в доме на Болотной улице на Выборгской стороне. Спорили до хрипоты всю ночь до самого утра. Протокольная запись ленинского доклада и выступлений свидетельствует, что принципиально нового сказано ничего не было. По сути (об этом пишет и Троцкий в своих воспоминаниях «Вокруг Октября»), в ЦК выкристаллизовались три группы: противники захвата власти вооруженным путем (Зиновьев, Каменев); Ленин, исступленно требовавший начала восстания до съезда; группа членов ЦК, полагавшая, что восстание должно получить «мандат» у съезда207. Но Ленину вновь удалось настоять на своем, отразив в резолюции, что сроки начала восстания, «благоприятный момент», укажет ЦК.