Борьба буров с Англиею (Воспоминания бурского генерала) - Христиан Девет

Коммандант де-Беф (Блумгоф) сообщает, что у него еще есть 444 конных и 165 пеших бюргеров. Зерна мало, скота нет, но в Блумгофе никогда не было много скота. Семейства еще не терпели нужды. Он может выдержать целый год.

Генерал Кемп сообщает об округах: Крюгерсдорпе, Рустенбурге и частях Претории и Иоганнесбурга. Сеять уже нельзя, скот весь уведен; но все-таки нужды еще нет. Этого и не может быт, так как английский комиссариат{87} так велик, что тянется от Зоутпансбергского округа, которым начальствует генерал Бейерс, и вплоть до него. Что нужно он берет у кафров, т. е. не отнимает их собственного имущества, а только то, что принадлежит бурам и что незаконно присвоено кафрами. Он может выдержать еще два года.

Главный коммандант Девет спрашивает: почему же не могут поступать, подокно генералу Кемпу, восточные округа Трансвааля и так же получать все нужное от кафров?

На это генерал Луи Бота объясняет, что разница состоит в том, что в восточных округах кафры соединились с англичанами и действуют с ними заодно. Отбирая скот у буров, они отдают его англичанам. Если в тех местностях отнимать у кафров скот, то придется отнимать их собственный. Кроме того, зулусы - это совершенно другой тип кафров, нежели тот, с которым имеет дело генерал Кемп.

Бюргер Я. Гроблер (Каролина). В его округе все время было достаточно скота и зерна, но англичане обнесли посевы блокгаузами. Новые посевы будут очень хороши, если ничего не случится. Но кафры настроены недружелюбно. Можно выдержать 7-8 месяцев, если дело пойдет так же, как шло до сих пор! Лошадей имеется 300 штук, но они очень слабы, и бюргеров больше, нежели лошадей.

Бюргер Я. Ноде (Претория). Носовы совершались в обыкновенное время. Женщины и дети терпят недостаток. Скота не много, нужды пока еще нет.

Заседание заканчивается молитвой и отсрочивается до следующего утра.

Пятница, 16 мая 1902 года.

Собираются около 9 часов утра. Заседание открывается молитвой. Читаются документы, относящиеся до переговоров британского и нидерландского правительств. Обсуждается вопрос, должно ли собрание попытаться устроить через лорда Китченера сообщение с депутацией, находящейся в Европе. Приводятся доводы за и против. Постановлено: не обращаться к лорду Китченеру по этому поводу.

Генерал Фронеман, поддерживаемый коммандантом Флеммингом, предлагает: поручить обеим республикам благодарить его величество короля Англии и ее величество королеву нидерландскую через посредство лорда Китченера за их пожелания ускорить переговоры о мире, что явствует из переписки между этими правительствами, равно как и выразить сожаление собрания, что правительство его величества короля Англии не приняло предложения правительства её величества королевы Нидерландов, в котором выражалось желание, чтобы наши представители в Европе, пользующееся нашим доверием, вошли бы в телеграфное общение с обеими республиками; а также выразить сожаление, что лорд Китченер со своей стороны отклонил предложение наше по тому же вопросу.

Предложение в этой редакции принимается собранием, а редакция г. Босмана, поддерживаемая Гроблером, отклоняется.

Переходят к обсуждению прочитанных документов.

Бюргер П. Вильсон считает дело очень серьезным. "Место, на котором вы стоите, есть священное место". Это библейское изречение касается и нашей страны. Земля, на которой мы стоим, несомненно священна, пропитана кровью и слезами наших праотцев и наших братьев. Мысль о том, чтобы отдать эту землю, ужасна. Но возможность эту нужно принимать в расчет. Ясно, что есть округа, которые нужно покинуть. Неприятель, по-видимому, желает согнать нас в тесные кучи, для того, чтобы и самому сосредоточить свои силы. Изо всего нами слышанного узнаем, что относительно лучше, чем в других местах, обстоит дело в Оранжевой республике. Не то в Трансваале. Там уж очень тяжело. Г. Вильсону кажется, что нужно покончить с войной. Если бы была возможность сохранить независимость, то нужно бы продолжать войну и подвергнуть себя еще более горьким испытаниям. Но вопрос заключается в том: есть ли надежда на независимость? Мы не знаем, каково положение вещей в Европе. Доклад, полученный от находящейся там депутации и прочитанный здесь, страдает полугодовой давностью. Если бы было что-либо благоприятное для нас, то, вероятно, с того времени мы, все-таки, что-нибудь уже услыхали бы оттуда. Ясно, что мы должны стараться с честью заключить мир. Но как? Мы должны, конечно, пробовать удержать нашу независимость. Поэтому хорошо было бы поручить правительствам выслушать еще раз доводы Англии, что дала бы она нам взамен независимости? Это нужно было бы знать еще до нашего окончательного заключения. Бюргер П. Вильсон сам не видит возможности продолжать войну. Ему очень горько так говорить, но он считает, что это его долг.

Бюргер де-Клерк говорит о наличности страшных затруднений. Вопрос состоит в том: продолжать ли войну? Но необходимо иметь в виду и будущее. Нужно спросить самих себя, какие будут последствия, если продолжать войну? и какие последствия, если ее прекратить? Он указывает на то, что 15.000 человек стоят против 250.000 англичан, что провиант скуден, лошадей мало и много еще других тяжелых затруднений стоит поперек дороги. Все вместе взятое не дает возможности продолжать войну далее. Нужно принять в соображение, что если продолжение войны может повести к сохранению независимости, то он первый готов на новые жертвы. Если же этого нельзя достигнуть, неужели нужно дать себя истребить, умертвить, отдаться в плен, неужели идти к этому печальному концу? Он полагает, что благоразумие требует того, чтобы спасти то, что может быть спасено. Мы не должны жертвовать собой, как народом. Кто знает, что предопределено для нас Богом?

А если мы дадим себя истребить, тогда мы перестанем существовать, как народ. Имеет ли право народ, боровшийся так, как сделал это африканский народ, приносить в жертву всю свою дальнейшую судьбу?

Коммандант Редер (Рувилль) соглашается с тем, что хотя наступившее время очень мрачно, но все же есть и блестящий луч. А если мы отдадим свою независимость, где же тогда будет этот луч? Спрашивается: должны ли мы продолжать борьбу, пока не будем уничтожены? Но разве нельзя переставить вопрос так: не должны ли мы вести борьбу до тех пор, пока не освободимся? Нашу независимость мы должны сохранить. Она должна. быть выше всего, и только опираясь на нее, мы можем ставить условия. Нужно сражаться до тех пор, пока мы не умрем, не будем взяты в плен, или не будем освобождены.

Генерал Кемп согласен, что положение очень серьезно. Нет сомнения, что будущность до известной степени темна. Но когда война начиналась, было то же самое. Мы должны идти вперед. Если только подумать, чего нам уже стоила война, каких жертв, сколько крови пролито, то нельзя оставить дела на полпути. Что касается его лично, то он готов продолжать борьбу до смерти, или до избавления. Не нужно смотреть только с темной стороны.