Флаг Святого Георгия: Английский флот во Второй мировой войне - Стефен Роскилл

25 мая, когда верховный командующий утвердил в качестве D-дня 5 июня, адмирал Рамсей отдал приказ капитанам кораблей вскрыть пакеты с оперативным приказом. Можно только гадать, какие чувства у молодых капитанов маленьких кораблей вызвал объем груды документов, которые им предстояло изучить. Немедленно были приведены в исполнение самые строгие меры секретности. Все корабли потеряли любую связь с землей. Так как время полного прилива каждый день сдвигалось на 40 минут, окончательно определить Н-час можно было только после твердого выбора D-дня. Генерал Эйзенхауэр еще имел некую свободу выбора, если погодные условия 5 июня будут неблагоприятными. Но отсрочка еще на 24 часа привела бы к откладыванию операции на несколько недель. Сложный механизм операции «Нептун» был подогнан так тщательно, что позволял остановить уже раскрученный маховик. Хотя офицеры, отвечавшие за проведение операции, знали о существовании такой возможности, никто из них не желал испробовать подобный вариант на практике.

1 июня адмирал Рамсей принял командование всеми силами операции «Нептун» из своего «Боевого штаба» в Саутвик-Хаус возле Портсмута. В течение следующих нескольких дней гигантская машина постепенно набирала обороты. К утру 4 июня все корабли или находились в море, или были готовы к отплытию. Однако в этот день погода была такой плохой, что верховный командующий использовал свое право принимать решения и отложил операцию на 24 часа. К вечеру все конвои вернулись на якорные стоянки, исключая один, который не получил радиограммы. Пришлось отправить корабль, что завернуть его. Вечером 4 июня метеорологи предсказали улучшение погоды. Поэтому генерал Эйзенхауэр принял окончательное решение. Высадка была назначена на 6 июня. Н-час был назначен на 6.30 для участков «Омаха» и «Юта» и на промежуток 7.25 — 7.45 для трех британских участков. После встречи командующих рано утром 5 июня, когда было утверждено это решение, адмирал Рамсей лаконично записал в своем дневнике, что «вторжение во Францию произойдет на следующий день».

Снова бесконечные колонны кораблей направились в море из Солента и Спитхеда, а также из других портов Ла Манша. Дул довольно свежий западный ветер, и плоскодонные десантные суда неуклюже запрыгали по волнам. Однако и они упрямо двигались к точке сбора возле острова Уайт, откуда они поворачивали на юг по фарватерам, которые очистили и отметили вехами следующие впереди тральщики. Тральщики подошли к самому берегу Франции, но противник не насторожился. Только на рассвете дежурные в Боевом штабе поняли, что мы сумели достигнуть и стратегической, и тактической внезапности, как невероятно это ни звучало. Хотя наши ложные действия у берегов Норвегии и в Дуврском проливе помогли запутать врага относительно того, где будет нанесен главный удар. Самым важным было подавляющее господство союзников в воздухе. Именно оно позволило добиться такого потрясающего результата. Кроме того, в критическую ночь командование германской морской группы «Запад» отозвало свои патрули из-за плохой погоды. Немцы решили, что в такую погоду союзники просто не решатся выйти в море. Зато морская подготовка команд десантных судов союзников сыграла решающую роль в достижении внезапности. Потери от действий противника при форсировании Ла Манша оказались мизерными, хотя несколько мелких кораблей стали жертвами погоды. Тем не менее, ночью 5–6 июня решительно ничто не поставило операцию под угрозу срыва.

На рассвете D-дня конвои с войсками подошли к выделенным им секторам побережья Нормандии. В 5.00 тяжелые бомбардировщики КВВС вместе с американской стратегической авиацией начали бомбардировку германских береговых батарей. Однако низкая облачность снизила результативность их атак. Вскоре после прибытия десанта средние бомбардировщики и истребители обрушились на участки побережья, куда должны были высаживаться войска. А вскоре после 5.30 на германские батареи вдоль 50-мильного участка высадки обрушился ливень снарядов, выпущенных из корабельных орудий. Британские конвои с войсками стали на якорь в «точке спуска» в 7 милях от берега. Американцы остановились в 11 милях. В 5.00 зажглись 2 зеленых огня на участках «Джюно» и «Суорд», где 2 сверхмалые подводные лодки в течение 3 дней терпеливо дожидались возможности изобразить маяки. Они направляли десантные суда, уже построившиеся в несколько групп и медленно ползущие к берегу. На флангах каждой десантной группы шли эсминцы, обстреливающие побережье Артиллерийские и ракетные десантные баржи, армейские самоходки, погруженные на десантные суда, тоже внесли свой вклад в адскую какофонию.

На британском участке первая реакция противника была вялой. Но сильное волнение и полоса заграждений причинили немало хлопот. Прилив был выше, чем мы ожидали, а потому подрывные команды не смогли расчистить десантным судам путь к берегу. Тем не менее, на участке «Суорд» десант вышел на берег почти точно в намеченное время. Солдаты прочно закрепились на берегу, который был усеян разбитыми и поврежденными десантными судами. Так как восточный фланг участка «Суорд» был открыт обстрелу многочисленных германских береговых батарей, а также атакам кораблей, выходящих из устья Сены, он получил самую мощную группу прикрытия и поддержки. В течение первых часов операции 15" снаряды линкоров и мониторов непрерывно сыпались на головы немцев. На следующем к западу участке «Джюно» войска немного задержались на переходе. Высадка планировалась на 10–20 минут позднее, чем на участках «Суорд» и «Голд», но задержалась еще на 10 минут. Это означало, что прилив будет еще выше, и подводные препятствия уйдут еще глубже под воду. В результате, десантные суда застревали прямо на препятствиях, а не выходили к урезу воды перед ними. 48-й батальон коммандос на правом фланге пострадал особенно сильно. Но солдаты быстро закрепились на побережье. Вторая волна десанта высадилась сразу за штурмовыми группами, а к полудню начали прибывать войска второго эшелона. На участке «Голд» на правом фланге британского сектора заграждения имели самую высокую плотность. На отрезке побережья в 3,5 мили немцы установили не меньше 2500 различных препятствий. На них разбилось много десантных судов. Здесь отличился 47-й батальон коммандос. Он был отрезан от остальных сил, но несмотря на потерю почти всех десантных судов, морские пехотинцы смогли захватить и удержать маленькую гавань Порт-эн-Бессан, которой мы придавали особое значение. Хотя британские войска встретили много трудностей, к вечеру D-дня они прочно закрепились на всех 3 участках.

В американском секторе высадка началась в 6.30, почти на час раньше, чем в британском. Корабли адмирала Кирка не открывали огонь, пока до выхода десанта на берег не осталось 50 минут, тогда как британские корабли вели обстрел 2 часа. За 50 минут нельзя было подавить береговую оборону. Более того, точка спуска для американских конвоев располагалась на 4 мили дальше в море, поэтому десантным судам предстоял более долгий путь. На участке «Юта» войска встретили слабое сопротивление и при поддержке огня с американских и британских кораблей начали быстро продвигаться вглубь суши. Зато на соседнем участке «Омаха» американцы встретили серьезные трудности. Этот участок побережья был очень хорошо укреплен, и прибой здесь был особенно сильным. Обстрел и бомбардировка не сумели нейтрализовать береговые батареи, и потому десантные суда понесли тяжелые потери еще на подходе к берегу. Ударные группы оказались растрепанными. Подводные препятствия не были расчищены, и на подходе к берегу возник настоящий хаос. В течение нескольких часов ситуация оставалась напряженной. Но потом порядок был восстановлен, и к полудню сопротивление защитников начало ослабевать. К вечеру американские войска закрепились и на участке «Омаха».

К вечеру всему командованию, напряженно ожидавшему новостей, стало ясно, что успех высадки превзошел самые смелые ожидания. Хотя потери в десантных судах были большими, остальной флот вторжения почти не пострадал. Было высажено 132715 солдат и несколько тысяч машин. Потери армии (4200 англичан и 6600 американцев) оказались удивительно малыми. Сегодня ясно, что это было результатом тщательного планирования операции, упорных тренировок и достигнутой внезапности. Но огневая поддержка, которую оказали десанту крупные и мелкие корабли, несомненно, внесла огромный вклад в прорыв хваленого гитлеровского Атлантического Вала столь малой ценой. Теперь оставалось выяснить, сумеем ли мы достаточно быстро развить успех и высадить подкрепления, чтобы отразить ожидаемую контратаку.

Следующая фаза началась для союзников хорошо. Заранее принятые меры сорвали все атаки германских торпедных катеров и самолетов Люфтваффе против заполнивших бухту Сены судов. Вскоре нашей самой главной проблемой стали мины. Противник начал использовать гидростатические донные мины, против, которых мы пока не умели бороться. Первые серьезные потери от нового оружия понесло американское соединение. Но в июне возникли большие проблемы в британском секторе, где на минах подорвалось большое число судов.