Сумма теологии. Том V - Фома Аквинский

Возражение 2. Далее, ничто не может являться своей собственной причиной. Но грехи – это внутренние движения человека. Следовательно, они не могут являться причиной греха.

Возражение 3. Далее, все, что внутри человека, является или естественным, или произвольным. Но то, что по природе, не может быть причиной греха, поскольку, как говорит Дамаскин, грех противен природе[462], а то, что произвольно, если оно неупорядоченно, уже грех. Следовательно, ничто из внутреннего не может быть первопричиной греха.

Этому противоречит сказанное Августином о том, что «причиной греха является воля»[463].

Отвечаю: как уже было сказано (1), непосредственную причину греха надлежит усматривать со стороны акта. Далее, мы можем различать двоякую внутреннюю причину человеческих действий: одну – отдаленную, другую – ближайшую. Ближайшими внутренними причинами человеческого акта являются разум и воля, в отношении которых человек может действовать произвольно, в то время как отдаленные причины – это схватывание чувственной части, а также чувственное желание. И как вследствие суждения разума воля подвигается к чему-либо в соответствии с этим суждением, точно так же вследствие схватывания чувств чувственное желание склоняется к чему-либо, каковая склонность подчас влияет на волю и разум, что будет разъяснено нами ниже (77, 1). Таким образом, мы можем указать на двоякую внутреннюю причину греха: одну – ближайшую со стороны разума и воли, другую – отдаленную со стороны воображения или чувственного желания.

Но поскольку, как было показано выше (1), побудительной причиной греха является некоторое кажущееся благо, которому недостает должного побуждения, а именно правила разума или божественного закона, то это побуждение, которое является кажущимся благом, принадлежит схватыванию чувств и желанию, в то время как недостаток должной правильности принадлежит разуму, который по природе обязан блюсти эту правильность, а завершенность произвольного греховного акта принадлежит воле, и потому именно акт воли с учетом всех упомянутых нами обстоятельств собственно и является грехом.

Ответ на возражение 1. То, что находится внутри вещи как ее природная способность, всегда пребывает в ней, а то, что находится внутри нее как внутренний акт желающей или вожделеющей способности – не всегда. Затем, потенциальной причиной греха является сила воли, но актуальной она становится только благодаря предшествующим движениям, проистекающим вначале из чувственной части, а потом и из разума. В самом деле, именно потому, что вещь предлагается чувствам как нечто желаемое, а также потому, что желание склоняется к ней, разум подчас оказывается не в состоянии правильно рассудить, в результате чего воля производит греховное действие. Но коль скоро предшествующие движения актуальны не всегда, то никто актуально всегда и не грешит.

Ответ на возражение 2. Мнение, будто бы все внутренние действия принадлежат субстанции греха, ошибочно, поскольку грех по преимуществу заключается в акте воли; просто некоторые [внутренние акты] предшествуют, а некоторые – последуют греху.

Ответ на возражение 3. То, что обусловливает грех как производящая свой акт способность, естественно, и движение чувственной части, которой последует грех, порою бывает естественным, как, например, когда кто-либо грешит чревоугодием. Однако сама завершенность греха противоестественна, поскольку она нарушает естественный порядок, который человек должен блюсти согласно своей природе.

Раздел 3. ЕСТЬ ЛИ У ГРЕХА ВНЕШНЯЯ ПРИЧИНА?

С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что у греха нет никакой внешней причины. В самом деле, грех – это произвольный акт. Но произвольные действия принадлежат находящимся внутри нас началам, и потому у них нет никакой внешней причины. Следовательно, у греха нет никакой внешней причины.

Возражение 2. Далее, как природа является внутренним началом, точно так же и воля. Но при естественном грехе, например, при рождении уродца вследствие разрушения некоторого внутреннего начала, не может быть никакой иной причины, кроме внутренней. Поэтому и в нравственном порядке грех не может являться результатом никакой иной причины помимо внутренней. Следовательно, у него нет никакой внешней причины.

Возражение 3. Далее, при умножении причины умножается и следствие. Но чем многочисленней и весомей внешние побуждения к греху, тем в меньшей степени неупорядоченный акт человека вменяется ему как грех. Следовательно, ничто из внешнего не является причиной греха.

Этому противоречит сказанное [в Писании]: «Вот, они, по совету Валаамову, были для сынов Израилевых поводом к отступлению от Господа в угождение Фегора» (Чис. 31:16). Следовательно, нечто внешнее может являться причиной греха.

Отвечаю: как уже было сказано (2), внутренними причинами греха являются воля (как завершающая греховный акт), разум (из-за недостающей [ему] должной правильности) и желание (из-за склонения к греху). Подобно этому и нечто внешнее могло бы являться причиной греха трояко, либо подвигая непосредственно волю, либо подвигая разум, либо подвигая чувственное желание. Но, как уже было сказано (9, 6; 10, 4), ничто [извне] не может подвигнуть волю внутренне помимо Бога, Который не может являться причиной греха. Следовательно, ничто внешнее не может быть причиной греха иначе, как только или подвигая разум, как когда человек или дьявол искушает к греху, или же подвигая чувственное желание, как это делают некоторые внешние чувственные вещи. Однако ни внешнее искушение не подвигает разум к действию необходимо, ни предложенные извне вещи необходимо не подвигают чувственное желание, за исключением, возможно, тех случаев, когда они бывают расположенными к ним некоторым [особым] образом. Кроме того, и чувственное желание не может необходимо подвигать разум и волю. Следовательно, нечто внешнее может быть причиной греховного движения, но никак не достаточной причиной, и только воля является достаточной завершающей причиной совершения греха.

Ответ на возражение 1. Поскольку внешние движущие причины греха не ведут к греху достаточным и необходимым образом, из этого следует, что только от нас зависит, будем ли мы грешить или нет.

Ответ на возражение 2. То обстоятельство, что грех имеет внутреннюю причину, не означает отсутствия внешней причины: просто ничто внешнее, как уже было сказано, не может являться причиной греха иначе, как только через посредство внутренней причины.

Ответ на возражение 3. При умножении склоняющих к греху внешних причин умножаются и греховные действия, поскольку эти [причины] склоняют к греховным действиям и сильнее, и чаще. Однако при этом степень вины уменьшается, поскольку она зависит от самого акта, который произволен и зависит только от нас.

Раздел 4. ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ОДИН ГРЕХ ПРИЧИНОЙ ДРУГОГО?

С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что ни один грех не может являться причиной другого [греха]. В самом деле, существуют четыре вида причин, и ни один из них не соответствует греху как обусловливающему другой [грех]. Так, цель имеет признак блага, что никак не соответствует греху, который имеет признак зла. И точно так же никакой грех не может быть деятельной причиной, поскольку, по словам Дионисия, «зло – это не деятельная причина, а бессилие и ослабление»[464]. Материальная же и формальная причины, похоже, могут находиться только в составленных из материи и формы природных телах. Следовательно, у греха не может быть материальной или формальной причины.

Возражение 2. Далее, «производить себе подобное может только то, что достигло совершенного состояния»[465]. Но грех по своей сущности есть нечто несовершенное. Следовательно, ни один грех не может являться причиной другого [греха].

Возражение 3. Далее, если бы один грех являлся причиной другого греха, то и его причиной мог бы быть какой-то другой грех, и так до бесконечности, что нелепо. Следовательно, ни один грех не может являться причиной другого [греха].

Этому противоречит сказанное Григорием в его комментариях на [книгу пророка] Иезекииля: «Тот грех, от которого трудно очиститься даже раскаянием, является одновременно грехом и причиной греха»[466].

Отвечаю: поскольку причину греха надлежит усматривать со стороны греховного акта, то вполне возможно, чтобы один грех был причиной другого подобно тому, как один человеческий акт может быть причиной другого. Поэтому случается так, что один грех является причиной другого по типу четырех видов причинности.