Искушение Дракона (СИ) - Оксана Говоркова

Глава 89. Добрая примета, предвещающая счастье

Империя Людей в мире Драконов

Дерево хрустнуло под ногой. Мокрые пальцы соскользнули с подоконника, и графиня, взвизгнув, рухнула вниз.

«Неужели опять…?!» — успела подумать она прежде, чем мир перевернулся.

Крепко зажмурившись, Лиз сжалась в комок, ожидая удара о твердь, но его не последовало.

Крылатая тень стремительно выскользнула из окна. Крепкие руки подхватили ее и бережно, словно драгоценность, опустили на землю. Сердце бешено колотилось в груди, но не от страха — от предвкушения.

Почувствовав себя в безопасности, Элизабет открыла глаза, чтобы тут же увязнуть в янтарном омуте, полном любви и чего-то еще, дикого, первобытного, что заставило ее забыть, как дышать.

— Кристиан… — прошептала она одними губами.

Пальцы, с выпущенными когтями, впились в хрупкие плечи, крепко, почти до боли, словно его зверь боялся, что она исчезнет, если он хоть на миг ослабит хватку.

— Элизабет…? — наполненный изумлением, страхом и надеждой дракон втянул ноздрями воздух, будто хотел убедиться, что его возлюбленная действительно здесь, стоит, прижимаясь мокрым платьем к его разгоряченному телу. — Это и правда ты…?

— Я, — ответила Лиз, и улыбка осветила ее лицо.

Руки задрожали, скользнув по гладкой коже, покрытой капельками холодного дождя. Ветер рвал мокрые пряди волос, стегал по лицу, но им было все равно.

— Где ты была? — его голос дрогнул, когда он заметил свежие шрамы на ее груди и плечах, оставленные Алексом, как напоминание о том, что где бы она ни была и какие бы действия ни совершала, ей придется столкнуться с последствиями. — Ты ранена…

Элизабет почувствовала, как его тело напряглось, ярость закипела под кожей. Его прикосновения по-прежнему оставались нежными, но взгляд не отпускал, прожигая насквозь, требуя правды.

— Главное — я вернулась, а это скоро заживет, — она небрежно махнула рукой.

— Конечно, заживет! Моя магия усилит твою регенерацию, и со временем даже не останется следа, но я чувствую: сейчас тебе больно…

— Больнее было бы не увидеть тебя, — графиня качнулась вперед и прижалась лбом к его лбу . Дождь стекал по ее лицу, смешиваясь со слезами, которых она даже не замечала . — Я так счастлива оказаться в твоих объятиях… Я так скучала . . .

Кристиан, осторожно, чтобы не потревожить раны, приподнял лицо возлюбленной и посмотрел в глаза. Его пальцы вплелись в ее мокрые волосы. Он замер, все еще боясь, что она исчезнет, бесследно растворится в руках, но Элизабет уже тянулась к нему в немом призыве. Еще мгновение, и дракон припал к пухлым манящим губам, сначала нежно, затем, не в силах сдержаться, усилил напор.

Он целовал ее.

Горячо.

Глубоко.

Безумно.

Лиз, отозвалась сразу. Приоткрыв рот, впустила внутрь язык и растворилась в неге сладостных ощущений, забыв о дожде, о боли, о времени.

Дождь хлестал по лицу, одежда прилипла к телу, но они не чувствовали холода — только жар, только электрические разряды, бегущие по коже там, где касались ладони, где встречались бедра, где бились сердца — в такт, в унисон, как будто не было между ними ни тени сомнений, ни дня разлуки.

«И как я могла сомневаться…? — пронеслось в голове, когда его руки обвили тонкую талию, прижимая так плотно, что она почувствовала биение его сердца. — Вот он, живой, красивый… настоящий».

— Прошу… не оставляй меня, — его голос дрожал, слова рвались из груди между поцелуями . — Я не выдержу этого снова . Сгину от тоски, ведь драконы не живут без истинных…

— Прости, я была такая глупая! — горячо воскликнула девушка, вдыхая запах его разгоряченного дрожащего тела. — Я люблю тебя…

— И я люблю тебя, милая. Я отдал тебе свое сердце. Я весь твой, — сказал Кристиан, и в этих словах было все: и ярость за ее раны, и страх от мысли, что мог потерять навсегда, и безумная, всепоглощающая нежность, от которой щемило грудь.

— А я твоя… — эхом отозвалась Элизабет и, не замечая боли, тесно прижалась к его широкой груди. Они замерли, и Время для них остановилось. В этой точке Вселенной сейчас были только он и только она, а еще их любовь — глубокая, как океан, и жаркая, как пламя.

В эту самую минуту на поляне появился Лео.

— Надеюсь мы успели вовремя, — пропыхтел он плетущемуся за ним Верлоку. Надрываясь, вдвоем они тащили к дому тяжелую длинную лестницу.

— Вовремя… — согласился начальник стражи и остановился, как вкопанный, не в силах отвести взгляд от целующейся парочки.

— Ух ты! — проследив за его взглядом, восхитился полукровка. — Ей все-таки удалось выманить графа из кабинета! Хотя в способностях Элизабет я никогда не сомневался.

Медленно, чтобы не спугнуть влюбленных и не нарушить трогательный момент, они положили лестницу на землю и, пятясь назад, по-быстрому скрылись в кустах.

— Наконец-то, в доме будет порядок, — пробормотал Верлок, пряча улыбку в кулак, чтобы Лео вдруг не счел его сентиментальным.

В подтверждение этих слов, из-за туч выглянуло солнце, а в небе, играя яркими цветами, раскинулась радуга, как добрая примета, предвещающая счастье.

Глава 90. Отныне мы принадлежим друг другу

Элизабет

Империя Людей в мире Драконов

Свадьбу решили на долго не откладывать, а провести ее на следующий день. Кристиан наотрез отказался ждать дольше, да и мне не хотелось долгих приготовлений и пышного праздника.

Только он и только я — вот, что было важно.

Стать свидетелем со своей стороны я попросила Лео, а Крис позвал с собой верного помощника и друга Верлока. Поэтому, проснувшись с первыми лучами солнца, мы вчетвером отправились в храм богини любви Фрейи, находящийся за чертой нашего города.

По пути я забежала в салон Мадам Кюре и, к ее полному разочарованию, купила готовое скромное свадебное платье, которое, несмотря на это, безумно мне шло. Ее помощница вплела мне в косы нити с крупным жемчугом и белые цветы. Напоследок, хозяйка, лично, подобрала к наряду изящные парчовые туфельки, удобно севшие на мои стройные ножки. Чтобы жених раньше времени не увидел венчальный наряд, я накинула на плечи летний плащ из прочного дорогого шелка с глубоким капюшоном, надежно скрывающим мою прическу и часть лица.

Через сорок минут тряски в карете по разбитой проселочной дороге мы, наконец, оказались у стен белоснежного храма, где планировали провести обряд