Ночь шрамов - Алан Кэмпбелл

Следующий порыв ветра вылетел из отверстия, вспугнув свечи и задув половину огней.

Мощный взмах черных крыльев поднял Карнивал из глубины бездны. Она задержалась в воздухе, разглядывая алтарь, пока взгляд не упал на Рэйчел.

— Я тебе обещала. — Хищная улыбка, словно свежий шрам, исказила лицо ангела.

Рэйчел пожала плечами и осторожно начала снимать крышку с бамбуковой трубки, но остановилась, когда Дилл, сжав в кулаке рукоятку тупого меча, направился к ней.

Дилл!

Не надо было отдавать железяку. Но он выглядел таким несчастным. Спайн решила, он заберет меч и просто уйдет. Конечно, это случилось до того, как помощник Крам рассказал, что натворил ангел. Рэйчел движением руки остановила Дилла, чтобы тот не смел вытаскивать меч.

Фогвилл замер посреди алтаря с раскрытым ртом.

Ради бога, говори с ней!

Карнивал аккуратно опустилась на край отверстия, сложив сначала крылья, а затем и руки. Все внимание ангела было приковано к Рэйчел. Она с волнением заметила вилы за поясом Карнивал. Каким бы безобидным ни казалось оружие, спайн слишком хорошо знала своего противника, чтобы его недооценивать. Когда они сражались в последний раз, Карнивал была безоружна и слепа.

— Я… — Лицо Фогвилла покрылось испариной. — Мы… У нас предложение… к тебе.

Карнивал не обращала на толстого священника никакого внимания, черные глаза неотрывно следили за спайном.

— Сделку… — Помощник сделал несколько крошечных шажков в сторону кафедры, где был спрятан газовый клапан.

Не смей! Пока Дилл здесь!

Но Рэйчел не могла двинуться с места, чтобы Карнивал не догадалась об опасности. Казалось, воздух в алтаре треснет, словно хрупкое стекло. Каждое движение Рэйчел могло разбить его вдребезги.

— Тебе известно, — заговорил Фогвилл, — о живительной силе ангельского вина — эликсира, который впервые использовал Кэллис, чтобы наделить своих воинов безграничной силой и долголетием. — Священник проглотил ком в горле. — Возможно, тебе также известно, что в данный момент существует дистиллят этого эликсира.

Карнивал зарычала, но помощник по крайней мере удостоился взгляда непроницаемых черных глаз.

Он привлек ее внимание. При всем том осторожность речей помощника не ускользнула от Рэйчел. Играешь в опасные игры, толстяк. И ради него? Чего-то ты не договариваешь. Толстый священник беспечно облокотился на кафедру и принял настолько беззаботную позу, что Рэйчел стиснула зубы.

— В соответствии с нашим законом — это богохульное варево, — продолжал Фогвилл. — Оно никогда не должно было быть дистиллировано. И тем не менее оно существует и на данный момент изъято у отравителя. Эликсир может принести тебе немалую пользу. Ну так как, по рукам? Ангельское вино в обмен на твою помощь в одном маленьком дельце.

Карнивал чуть заметно взглянула на него.

Фогвилл весь взмок и еле стоял на ногах. Он осторожно потянулся за кафедру, беспокойно поглядывая на Дилла и Рэйчел.

— Мы хотим, чтобы ты убила кое-кого.

Кое-кого? Почему ты увиливаешь, Фогвилл?

Сморщившись, Карнивал передразнила Крама.

— Для тебя кое-кого убила? — прошипела она. — Думаешь, я продаюсь, как эта сучка спайн?

Карнивал стремительно обернулась на Рэйчел. Шрамы глубокими складками собрались на лбу. Глаза сузились до тонких щелочек. Она расправила огромные крылья и взмахнула ими, еще и еще, поднимая вихрь. Свечи испуганно вздрогнули и начали гаснуть одна за другой.

— Гляди в оба, спайн, становится темнее.

Фогвилл отчаянно взмахнул руками.

— Постой! Дослушай до конца.

Рэйчел сорвала с пояса бамбуковую трубку и выдавила крышку.

Карнивал надвигалась, неся на плечах бурю ветра и черных перьев.

— Оставь ее! — Между ними вдруг встал Дилл, подняв меч в дрожащих руках.

— Дилл! — Рэйчел толкнула ангела в сторону.

Карнивал бросилась вперед.

Она перемещалась так стремительно, что Рэйчел едва успевала заметить движение. Только что убийца стояла на ногах, а в следующее мгновение нечеловеческая сила отбросила ее к стене алтаря. Спайн проехала на спине около двадцати футов, бамбуковая трубка укатилось прочь.

— Я сказал, оставь ее! — Дилл замахнулся на черного ангела мечом.

Карнивал отразила удар, не сводя глаз с девушки. Она сжала в кулаке тупое лезвие, вырвала у Дилла из рук и ударила его в лицо. Он рухнул на пол, словно марионетка, которой одним махом перерезали все веревки. Не останавливая движения крыльев, Карнивал надвигалась на спайна.

Рэйчел вскочила на ноги и обнажила меч. Нужно было действовать немедленно, пока в алтаре оставалось хоть немного света. Она бросилась на противника, занесла меч, словно собиралась нанести удар сверху вниз…

Карнивал двинулась, чтобы перехватить удар.

Голыми руками?… Она так уверена в своей скорости? Впрочем, Рэйчел пока не собиралась пускать в ход меч. Она упала на спину и скользнула ногами вперед по мраморному полу. Карнивал слишком поздно заметила маневр спайна: сбила ее с ног.

Тактика не совсем обычная, зато эффективная. Карнивал полетела вверх тормашками, беспомощно взмахнув крыльями, а девушка остановилась футах в шести позади. Отлично! Но второй раз она так не проколется. Убийца перевернулась на живот и выдернула из-за пояса заряженную дротиком трубку. Лежа на животе, поднесла оружие к губам и дунула.

Каким-то образом ангелу удалось приземлиться прямо на ноги. Она развернулась, поймав отравленный дротик с пугающей быстротой. Карнивал взяла тонкую ядовитую иглу в зубы и ехидно улыбнулась. Она вновь надвигалась, подняв крыльями мощный вихрь и пережевывая дротик в зубах, словно спичку.

— Думаешь, можешь отравить меня, спайн? Что еще припасла? Ножи? Кислоту? Так перепугалась, что не можешь вытащить меч?

Тяжело дыша, Дилл на четвереньках полз к Карнивал.

— Ангельское вино… Я скажу тебе… где оно… Только оставь ее… пожалуйста…

Внезапно вихрь, захвативший алтарную залу, стих. Карнивал выплюнула дротик, схватила Дилла за горло, подняла на ноги и прошипела:

— Говори.

— Его… потеряли, — прохрипел Дилл. — Где?

— В пропасти… Шприц Девона упал…

Карнивал тут же отпустила Дилла, и тот рухнул на пол.

Не больше десятка свечей освещали пространство алтаря. Тени от железных решеток и подсвечников дрожали, точно черная паутина на ветру. Рэйчел заткнула трубку за пояс и поднялась на дрожащие ноги. Помощник Крам словно прирос к кафедре. Лицо его приняло пепельно-серый оттенок.