Остров мечты - Джози Литтон

Владелец ялика рассмеялся.

– Ну да, а рыба сама будет прыгать мне на палубу, да?

– Я хочу нанять ялик, – сказал Даркурт и назвал такую сумму, что у рыбака отвисла челюсть.

– Повторите еще раз…

Алекс повторил. После этого дело пошло на лад. Черт! Черт! Черт!

Джоанна прижалась лбом к стене и закрыла глаза, чтобы совладать с наворачивающимися слезами. Почти всю ночь она пыталась ослабить веревку, которой ей связали руки, но в результате лишь больно поцарапалась. Но она даже не замечала этого. Такая ерунда не волновала ее – важно лишь придумать, как убежать отсюда.

Господь послал туман ей в помощь. Джоанна заметила первые его седые клочья, еще когда ее привезли на судно вскоре после похищения. Впрочем, надеяться па то, что туман нарушит планы Дейлоса, не приходилось. Скорее всего он еще больше разозлится, ведь на судне, стоявшем совсем недалеко от берега, горели огни, и, едва туман рассеется, их станет видно. Это произойдет совсем скоро, потому что близилось утро. Джоанна осмотрелась по сторонам: раньше, в ночной тьме, разглядеть каюту было невозможно. Кроме койки, на которую ее бросили, в каюте стояли стол и стул, привинченные к полу. Определить, что это за судно, невозможно, но с-корее всего она находится на одной из рыбацких Шхун, потому что все вокруг пропахло рыбой. Это неудивительно. Дейлос, мягко говоря, человек неприятный, предатель, но он далеко не глуп. Как только туман рассеется, шхуна затеряется среди остальных рыбацких лодок, стоявших в гавани Брайтона, и тогда их не найти.

Поэтому о боли в руках, усталости и обо всем прочем следует забыть. Она должна освободиться, причем как можно быстрее.

Джоанна наклонилась вниз и осторожно потянулась к письменному столу. Надежды найти что-нибудь полезное у нее не было, но она все же решила попробовать открыть три ящика. В двух был лишь толстый слой пыли, а вот в третьем она увидела камень. Маленький камень с фиолетовыми прожилками, который удобно держать в руке или положить в карман, бросить с берега в воду или, возможно, придавливать им бумаги, чтобы морской бриз, попадавший в каюту через иллюминатор, не разбросал их. Словом, этот камень был столь неприметен, что предыдущий обитатель каюты забыл его здесь.

Или она попросту вообразила себе все это, пытаясь справиться с отчаянием. Ну как камень может одолеть веревку? Ей нужен какой-нибудь кусок металла, желательно острого, которым ома перережет путы. Единственными металлическими предметами в каюте были рама, щеколда иллюминатора и шурупы, которыми ножки стола и стула привинчены к полу. Шурупы из прочной стали, но с закругленными краями, так что если даже Джоанне удастся отвинтить их, они едва ли будут ей полезны. А вот щеколда иллюминатора – это другое дело. Похоже, она сделана из меди, причем необработанной и изъеденной солеными брызгами.

Джоанна допрыгала до иллюминатора, подняла руки кверху, чтобы дотянуться до щеколды, и попыталась открыть ее. Возможно, не будь ее руки связанными, Джоанне это и удалось бы, но, увы, она не сумела сдвинуть засов. Оставался лишь камень. Джоанна хотела с его помощью открыть щеколду, но держать камень в руках было неудобно. Она поранила пальцы, но добилась, что уголок щеколды отломился. Женщина снова и снова дергала за щеколду, но это не принесло желаемого результата. Оставалось действовать лишь с помощью камня. Ее руки болели, пальцы были сбиты в кровь, но больше всего Джоанна опасалась, что кто-нибудь на палубе услышит шум из каюты.

Наконец, когда Джоанна решила, что все ее усилия бесполезны, драгоценный кусочек металла отвалился и упал на пол. Она быстро подобрала его и попробовала, насколько острым был край. Дурное настроение как рукой сняло. Усевшись на пол, Джоанна принялась пилить кусочком металла связывавшие ее руки веревки.

Веревка была толстой, кусок металла – крохотным. Пока Джоанна пыталась перерезать веревку, в каюте становилось все светлее, туман постепенно рассеивался. Скоро, уже совсем скоро Дейлос сможет поднять якорь, и тогда… Нет, лучше не думать об этом, лучше продолжать свое дело. Через несколько минут пенька начала поддаваться, но к тому времени руки Джоанны уже дрожали от напряжения. Несколько раз она роняла железку и все начинала снова. Потом пальцы стали неметь, и она боялась, что не сможет довести начатое до конца. Джоанна попыталась разорвать веревку, но поняла, что так только лишится последних сил. Ее глаза заливало потом и слезами, руки слабели все больше. Она уже была готова сдаться, но когда каюту осветило утреннее солнце, веревка была перерезана.

Наконец-то! Джоанна сорвала веревку с ног и хотела встать, но онемевшие ноги не держали ее. Нет, это невозможно! Якорь могут поднять в любую минуту…

Мешкать нельзя. Отчаяние затмевало ее разум. Она сделала уже так много и теперь просто не может сдаться. Жизнь на шхуне постепенно просыпалась. Джоанна съежилась па полу за дверью и вцепилась в ручку, моля Бога, чтобы дверь отворилась.

Алекс положил весла. Еще на пристани он сбросил вечерний камзол и закатал рукава сорочки. Тяжелый туман тут же пропитал лен влагой и испариной осел у него на груди. Опасаясь столкновения, он очень осторожно вел ялик, обошел какое-то стоявшее на якоре судно и вышел в открытое море. И вот теперь остановился, внимательно прислушиваясь к шуму прилива. Густой туман заглушал все звуки, поэтому Даркурт слышал лишь плеск воды о борта ялика да собственное дыхание. И все же он изо всех сил напрягал слух, надеясь услышать в тишине хоть что-нибудь: тихий разговор, лязг, скрип якорной цепи.

С запада подул ветерок, постепенно разгоняя туманную пелену. Укрепив весла в уключинах, Даркурт взял в руки подзорную трубу, за которой послал перед выходом в море. Он увидел берег и всю гавань, стоявшие на причале суда и даже промелькнувшую перед его взором и тут же исчезнувшую в туманной мгле чайку. На некотором расстоянии, у входа в гавань, стоял на рейде один из кораблей, что принимали накануне участие в празднике, – очевидно, он нес тут дозор, пока принц-регент находился в брайтонской резиденции.

Словом, если не считать военного корабля, открывшуюся взору Алекса картину можно было назвать идиллической. Ничто не говорило о том, что где-то поблизости находится женщина, возможно, в смертельной опасности. Ничто…

А если он ошибся и ее увезли в глубь страны и поиски надо направить туда? Возможно, ее уже нашли, а он не знает.

Но Алекс отогнал от себя все страхи и сомнения. Дисциплинированный воин, он должен был сосредоточиться на чем-то одном. Если у него будет время, он тщательно обдумает другую разумную версию.

В гавани несколько рыбацких и торговых судов готовились к выходу в плавание. Алекс еще раз внимательно осмотрел стоявшие в порту корабли. Те, что собираются войти в порт, будут дожидаться отлива, остальные выйдут в море, как только туман исчезнет.