Мои прекрасные принцы - Елена Коюшева

— Что ты, разве можно зэка с ментом сталкивать! Да пацанчик мент шёл подвыпивший, а я на лестничной площадке курила, вот прицепился: Как дела соседка? Отлично выглядишь!" — И надо же в это время Алмазному дверь открыть! Потом стал цепляться. А после ста грамм водки, и вовсе руки стал распускать. Как обычно, раздул из мухи слона, обозвав меня «шлюхой «ментовской, после чего стал избивать. Не попадись мне под руку крышка от кастрюли, он бы меня убил.

— Так ты его крышкой огрела?

— Да.

— Может со страху, ты что-то перепутала? Я не уверена, что такого крепкого мужика, как Илья, можно ударом одной крышки убить.

Карина подняла на меня глаза, и печально произнесла:

— К сожалению, ты не права. Там кровищи на затылке, и на полу тоже.

— Это, ещё ни о чём ни говорит, — сказала я и поджала губу, да так сильно, пошла кровь. — А, где он лежит?

— Дома, на кухне.

— Вставай! Что раньше времени паниковать, пойдём, — скомандовала я, и направилась в прихожую.

Карина упёрлась и ни вкакую не соглашалась идти.

— Я трупов боюсь, — взвыла она, пытаясь меня разжалобить.

— А, что их бояться? Они смирные, вот живых действительно иногда стоит опасаться. А даже если Алмазный мёртв, в чём я очень при очень сомневаюсь, тогда тем более, ты в полной безопасности.

Молчаливые и совершенно несчастные мы отправились на квартиру Карины. Поднялись на второй этаж. Дверь в квартиру закрыта. Отдышавшись, я подёргала ручку двери, закрыто изнутри. Я посмотрела на заплаканную Карину и удивлённо спросила:

— Карина, ты дверь закрывала на ключ?

— Нет.

— Что ты об этом думаешь? Как видишь закрыта.

Карина вытаращила на меня свои голубые глазки, и пожала плечами.

— А что тут думать? Наверно кто-то из соседей вызвал ментов, и меня уже разыскивают.

— Не говори ерунду! Это может значить лишь одно: жив твой Илья, очухался и закрылся на замок. Ключи у тебя с собой?

— Нет, откуда, я же как шандарахнула его по башке, сразу в бега пустилась.

Карина закусила губу. В её глазах вновь показались слёзы.

— Теперь, он меня убьёт, а я его так люб-лююю.

Я остолбенела. Мой штопор продлился не долго, было необходимо попасть в квартиру. Если Алмазный и в правду закрылся, то шансы, на то что он собственноручно откроет дверь сводились к нулю. Я надавила на кнопку звонка, и держала до тех пор, пока не онемел палец. Карина изо всех сил стучала в дверь. Наши усилия оказались тщетны. Дверь, словно заколдованная, хранила молчание. Я посмотрела на уставшую и замёрзшую Карину. Оставался только один выход, который я осмелилась озвучить подруге.

— Придётся лезть через балкон.

Карина покрутила пальцем у виска и потёрла посиневшие руки.

— А ты можешь предложить, что-то поинтересней? — зло буркнула я. — Ещё чуть чуть и ты окочуришься.

— Таня, я с тобой.

— В халате и тапочках?! — от души рассмеялась я.

— Нет ну я серьёзно тебе говорю.

— А, я серьёзно тебе отвечаю. Ты, что с сума сошла! — Ты лучше скажи: у вас балкон закрыт?

Карина на секунду задумалась, а потом заговорила:

— Нет, мы с Ильёй курим, поэтому балкон не закрываем. Дверь должна быть прикрыта.

— Хоть это радует, — подметила я. — Ладно, жди, меня здесь, — скомандовала я и выбежала по лестнице вниз.

Я выбежала во двор. Мёртвая тишина угнетала и действовала так га дко, что хотелось орать во всё горло и звать на помощь. Дальше произошло всё само собой. Я обошла дом и попыталась сопоставить возможности моего плана. Перспективы к моему удивлению оказались весьма обнадёживающими. К счастью, на фоне зимних сугробов, дом казался не высоким. При спортивной сноровке и гибкости, залезть на второй этаж не представляло никакой сложности. Но ни тем ни другим, к несчастью я не обладала. Стоя, я почёсывала затылок в раздумьях, что же делать. Как вдруг совершенно случайно мой взгляд упал на что-то серое лежавшее в снегу под окнами первого этажа. Я подошла поближе и попыталась раскопать из-под сугроба непонятный предмет. Моему счастью не было предела, когда из сугроба стали появляться очертания лестницы. Видимо, какой — то любовник припас её для будущих похождений. В эту секунду, я благодарила всех любовников, а в особенности таких запасливых. Лестница уже начинала гнить, ступеньки покосились, и шатались, внушая опасения и страх. Не малых усилий мне стоило голыми руками откопать лестницу длинной в два метра. После проделанной работы, я внимательно осмотрела лестницу. Убедившись в её пригодности, приставила к балкону. Закрыв глаза, я мысленно помолилась Богу, перекрестилась и сказала себе: «Вперёд!» Я никогда не страдала лишним весом, и во многом это выручало. Вот и сейчас, осторожно опробовав ступеньку, сначала встала одной ногой. Повисев немного, я подключила вторую. Ступеньки поддавались с трудом, издавая душещипательный скрип, при котором «душа уходила в пятки». Потихоньку я достигла поставленной цели. Перекинув сначала одну ногу, а затем вторую за перила балкона, я облегчённо вздохнула. Удача сегодня на моей стороне, дверь открылась беспрепятственно. Я зашла в комнату погружённую в темноту. Резкий запах алкоголя ударил в нос. Тишина. Половицы предательски скрипнули под ногами. Каждый шаг давался с трудом и страхом. Попытавшись нащупать выключатель, я случайно схватилась за картину, которая с грохотом повалилась на пол. Сердце на секунду остановилось. Я застыла на месте. В квартире всё по-прежнему. Идеальная тишина, не предвещающая ничего хорошего. Я перевела дух и на цыпочках направилась в прихожую. На ощупь открыв дверь, я запустила Карину. Осторожно, словно воры, прошли на кухню и включили свет. Каково было наше удивление, когда там никого не оказалось. Слова подруги подтверждала лужица крови на полу у стола, и опрокинутый стул. Нереальность происходящего создавала совсем уже неожиданный эффект: оставалось лишь любопытство щекотавшее нервы. Пытаясь унять предательскую дрожь, я мёртвой хваткой вцепилась в Карину:

— По — моему здесь никого нет!

Мои слова даже очень подействовали на Карину, она села на стул и заревела. Нехорошие предчувствия охватили меня. Я ничего не могла понять, и не на шутку забеспокоилась.

— Может у него сотрясение и …. он в больнице?

— Какое к чёрту сотрясение?! А дверь изнутри сама закрылась? — всхлипывала плачущая Карина.