Глобальный человейник - Александр Зиновьев

Я ожидал, что теперь начнется волна самоубийств, причем публичных. Но ничего подобного не произошло. Никаких случаев массового и даже индивидуального самоубийства в соответствии с завоеванным правом не было нигде зарегистрировано. Самоубийства происходили, как и ранее, но без всяких ссылок на Последнее право. Последнее право человека оказалось таким же бессмысленным, как и Первое. Но может ли иметь смысл то, что заключено между двумя бессмыслицами?!

Кроме того, Верховный Конгресс включил Последнее право в число первичных прав. Это значит, что должен быть еще разработан и утвержден особый правовой кодекс (вторичное право) для того, как пользоваться этим первичным правом. Это вторичное право погрузит исполнение первичного в такую бюрократическую волокиту, что возможности самоубийств еще более затруднятся, чем ранее. И самоубийство в рамках права станет по крайней мере вдвое дороже, чем без него. Плюс к тому – налоги на самоубийства. И страхование добровольной смерти. Думаю, что теперь тому несчастному студенту жить будет еще хуже, чем ранее. Адвокаты. Суды. И где на все это взять денег?! Раньше я сам не раз подумывал о самоубийстве. Теперь от одной мысли о нем мороз по коже продирает. А самоубийство вне рамок права запрещено. Это посягательство на демократию.

Рутина

Полностью освоился с профессиональными обязанностями. Мне теперь поручают задания высшей степени сложности. Живу, как хорошо налаженный робот. Выполняю педантично все предписания. Общаюсь с другими в минимальной степени. Серьезные разговоры веду лишь с Ла. «Прыгаю» по телевизионной сети. «Странствую» по общей информационной сети. Жду конца испытательного срока.

Сделал попытку встретиться с Ро. Но она от встречи отказалась. Дала недвусмысленно понять, что наши интимные отношения кончились. Отношения с ан ограничиваются теоретическими разговорами. Ей они доставляют удовольствие. Но мне нужно иное.

Гримасы прогресса

А л: Кусок мозга, который пересадили Номеру Один от гениального студента-математика, пришлось заменить другим, на сей раз – куском мозга от профессионального убийцы, осужденного на пожизненное заключение.

Л а: Этого следовало ожидать.

А л: Почему?!

Л а: Замену частей мозга могут позволить себе пока только очень богатые, очень важные и знаменитые личности. Они хотят получить непременно мозг гениально одаренных людей. А зачем?! Ведь не собираются же они доказывать теоремы и изобретать машины! Им вполне подошел бы мозг интеллектуальных примитивов.

А л: Значит, при замене участков мозга нужно учитывать еще и такой фактор, как степень адекватности интеллектуальных способностей? А в отношении Номера Один это условие не было соблюдено?

Л а: Да. Кроме того, надо учитывать также адекватность склонностей. Номеру Один именно мозг интеллектуально примитивного убийцы был более адекватен, а не мозг потенциального Евклида, Декарта, Галуа, Лобачевского.

А л: У меня есть возражения.

Л а: Не сомневаюсь. Какие?

А л: Помнишь, первому человеку в Мусорной империи, у которого тоже была опухоль в мозгу, пересадку делать не стали, хотя у него средств было не меньше, чем у Номера Один, и случай с медицинской точки зрения был не труднее случая Номера Один. Как ты думаешь почему?

Л а: Не знаю. Это нелогично.

А л: Наоборот, как раз логично. Неужели ты думаешь, что эти люди сами принимают решения о пересадке себе кусков чужого мозга и сами выбирают, каких именно?! Это делают фактические правители империй. В случае Мусорной империи они решили, что продление жизни ее номинального президента нецелесообразно. Наверняка там шла ожесточенная борьба враждебных сил, и победили противники продления жизни прежнего главы империи. Не исключено, что и в случае с Номером Один дело не в медицинских соображениях. Кто знает, может быть, он с мозгом гениально одаренного студента начал вытворять что-то неприемлемое для хозяев империи, и они во избежание мирового скандала, как это было в случае с главой Мусорной империи, сочли за лучшее продлить ему жизнь, но уже с мозгом профессионального убийцы,

Л а: Но почему выбрали мозг профессионального убийцы? Значит, все же медицинские соображения сыграли роль!

А л: Я не отрицаю это. Я лишь обсуждаю проблему. В конце двадцатого века исследовали мозг Ленина, Сталина и ряда других личностей, считавшихся величайшими гениями человечества, и обнаружили, что они были обладателями самого заурядного мозга. Тогда по этому поводу много потешались. Считали, что раз мозг зауряден, то и эти личности совсем не гении.

Л а: Понятие гения неоднозначно. Есть сильно развитые мозговые природные задатки, которые считаются признаками гениальности. И есть реально сделанное дело, реально сыгранная историческая роль, которую тоже считают признаком гениальности. Совпадения тут бывают, но исключительно редко, случайно. Подавляющее большинство тех, кого считают гениями во втором смысле, не является гениями в первом смысле. И подавляющее большинство тех, кто рождается с задатками гения в первом смысле, не реализует своих потенций. Ленин, Сталин, Гитлер и т.п. были историческими гениями, но вряд ли были гениями медицинскими.

А л: А Будда, Христос, Магомет?..

Л а: Скорее всего – нет. Один из самых великих исторических гениев был Кант. Но он имел мозг размером как у ребенка. Его так и называли «Три четверти головы».

А л: Ро считает, что у меня слишком большая голова.

Л а: Я сомневаюсь в том, что тебе дадут возможность реализовать твою природную гениальность и стать историческим гением. А после истории с Номером Один тебе даже не предложат стать мозговым донором.

А л: Империя Номер Два разводит мозговых доноров на своих фермах органоидов в избытке. Кстати, в связи со случаем Номера Один она понесла убытки.

Л а: Почему?

А л: На ее фермах разводили органоидов с задатками природных гениев, а спрос на них упал почти до нуля. А предложение мозгов людей с примитивным интеллектом и порочными склонностями настолько возросло, что они теперь стоят гроши, так что даже Империя Два оказалась неконкурентоспособной.

Ан

В моих разговорах с Ан я занимаю позицию теоретического понимания, а она – эмпирического знания.

А л: Все предприятия, учреждения, организации, короче говоря, социальные институты возникли постольку, поскольку участвовавшие в их создании люди осознавали их реальную возможность. Значит, все они логически мыслимы и могут быть вычислены. Причем могут быть вычислены и те, которые еще не существуют, но реально возможны и возникнут в случае надобности, целесообразности, выгодности и тому подобное. Я еще в студенческие годы занимался такими вычислениями. Теперь я познакомился с Глобальной Моделью. Я не обнаружил среди существующих социальных институтов ни одного, который я не вычислил бы логически.

А н: В каком смысле ты вычислил бы его? Как логический тип – да. Но не как конкретный, индивидуальный, эмпирически данный пример?

А л: Нет, конечно.

А н: А в нашу модель поступает исчерпывающая информация обо всех социальных институтах ЗС, причем в их динамике во времени. Так что твои логические расчеты вообще не требуются.

А л: Но ведь между этими институтами и другими факторами имеют место различного рода связи. Опять-таки все возможные типы связей вычисляются логически.

А н: А мы их установили путем эмпирических наблюдений и измерений. Одним словом, если нам о каких-то объектах известно или в принципе может быть известно абсолютно все, то никакие теории не требуются. Теории изобретались тогда, когда были ограничены возможности эмпирического познания. К тому же все теории, которые способен изобрести человеческий разум для решения проблем, решаемых на нашей модели, в потенции содержатся в ней. Если хочешь, можешь в этом убедиться. Составь программу для выявления твоей теории, и через несколько минут ты получишь ее с любой степенью полноты, какая тебе самому не снилась.

А л: Значит, нужна особая программа, а в ней должны бить в явной форме выражены характеристики теории, то есть основы метатеории!

А н: Но теория и метатеория различно ориентированы – у них различные объекты. В связи с тем, что колоссально выросли возможности сбора и обработки эмпирической информации, теоретический аспект переместился в сферу метаинформации. Причем здесь сложилась сложная система и иерархия метауровней. Вот чем тебе было бы интересно заняться! Мы уже вступили в эпоху сверхпознания и сверхинтеллекта. А лишь немногие это понимают.

А л: Я бы с удовольствием этим занялся. Как это осуществить на деле?

А н: Закончить испытательный срок. Остаться на основной срок. Получить особый допуск к занятиям такого рода.

Фил

Давно не видал Фила. Но вот поздно вечером, когда я уже собрался спать, он зашел ко мне. Причем совершенно трезвый, что меня удивило.

Ф и л: Я просмотрел твои последние рефераты и справки. Ты стал первоклассным специалистом. Обычно тут такого уровня достигают к концу первого основного срока. А ты освоился поразительно быстро.