Башня над пропастью - Ян Ирвин

— Всего лишь шутка, — усмехнулся Шанд.

Тесса так хлопнула его по спине, что он согнулся.

— Лучше займись своим маленьким другом, — прогремела она.

Сапоги застучали по лестнице, донеслись чьи-то крики, потом все стихло. Карана лишь частично слышала, что происходило. Она каким-то образом избежала опасности, хотя и непонятно как. Еще долго никто не появлялся, чтобы вызволить ее. «Наверно, Тесса хочет убедиться, что они не вернутся».

Наконец в трюм спустились братья Бенн и Фенн, жизнерадостные, как прежде. И снова, когда она, щурясь от дневного света, вышла на палубу, ее разозлила улыбка Шанда.

— Ты выглядишь как маленькая печальная беспризорница, — засмеялся он, глядя на чешую, прилипшую к волосам девушки.

— Путешествие с тобой связано с чередой унижений, — ответила она, хотя на этот раз тоже видела в случившемся смешную сторону.

Карана начала было благодарить Тессу, но та остановила ее:

— Мы не давали обет верности Туркаду, а тем более этому выскочке Иггуру. К счастью для тебя, они встретили нас на пути в Ганпорт. Если бы они уже побывали в городе, то знали бы, что рыженькая находится на одном из наших судов, и вот тогда они разобрали бы нас по дощечке и по гвоздику. Итак, что же мне с тобой делать? А зачем тебе нужно на остров Горн?

— Чтобы найти того, кто переправит нас через море, — ответила Карана.

— И это все? Я могу отвезти вас туда, куда вам надо.

— Мы не можем ждать, пока закончится сезон рыбной ловли, — сказал Шанд.

— Я отвезу вас немедленно.

— Сейчас? — хором спросили Карана и Шанд. — А какова цена?

— Еще один тар плюс стоимость корзины с рыбой. Всего шесть таров. — Она немного подумала, прикидывая. — Я высажу вас на берегу южнее Грейнвиса. Отсюда это около пятнадцати лиг. Часов восемь-десять, в зависимости от ветра. К тому времени уже стемнеет, но вам, наверно, так даже лучше.

— А если они вернутся? — засомневалась Карана.

— Туркадское Море большое, они могут искать месяц, но не найти нас.

— Сегодня он не вернется, — заверил Карану Шанд. До названного Тессой места плыть оказалось несколько дольше, так что они оказались там, когда небо начало светлеть. Судно под управлением Тессы подошло к скалистому берегу, вещи Шанда и Караны погрузили в маленькую шлюпку, и Тесса лично перевезла их на берег.

— Мне жаль, что мы так и не устроили обед с бамунди, — посетовала она, обнимая Карану. — Если когда-нибудь будешь в Ганпорте, приходи ко мне в гости, и мы наедимся бамунди до отвала.

— Спасибо, непременно. Я никогда не забуду, что ты для меня сделала.

Тесса отмахнулась:

— Это ничего мне не стоило. Пока мы будем пировать, ты расскажешь свою историю. Это будет достаточным вознаграждением. Счастливого пути!

Подняв свои рюкзаки, неожиданно ставшие тяжелыми после нескольких дней бездействия, Шанд с Караной зашагали по скалистой площадке к зарослям кустарника.

Два дня ушло на то, чтобы добраться до Грейнвиса. Для Караны это были малоприятные дни, так как она не переставала думать о том, что чудом избежала гибели, а также о том, что, возможно, за ней гонятся. Она плохо спала, прислушиваясь ночью к каждому шороху. Боясь привлечь внимание, Шанд запретил разводить костер.

Грейнвис оказался премерзким городишком, так что, прикупив там кое-что из продуктов, они направились на север.

Восточное побережье Туркадского Моря сильно отличалось от западного: оно было равнинным, песчаным и сухим. Перед путешественниками до самого горизонта простирались каменистые равнины без единого деревца.

Четыре дня они шли на северо-запад, и земля медленно поднималась и становилась суше. Растительность была скудная, пожухлая трава хрустела под ногами. По пути им встретилось много муравейников, некоторые были выше Караны. Вдали тянулась пурпурная цепочка Джелбонских Гор. В воздухе кружили гигантские хищные птицы скиты, которых богатые использовали для передачи депеш.

— Жарко! — сказала Карана, усевшись в тени муравейника и выдавливая последние капли воды из своего кожаного меха.

Шанд передал ей полный. Сделав глоток, она выплюнула воду.

— Она воняет, — сказала Карана, морщась.

— Должно быть, кожу плохо обработали, — предположил Шанд.

Они открыли и другие мехи, и все оказались некачественными.

— Что же нам делать? — спросила Карана.

— Выльем все, — вероятно, в ближайшую пару недель вода нам не понадобится. В первом же городе купим новые.

И тем не менее они обрадовались, когда днем добрались до гор и без труда нашли там воду: у подножия протекал маленький ручеек.

Набрав воды, они по горной тропинке, перевалив через вершину, спустились с Джелбонских Гор в маленькую защищенную долину, поросшую мхом. Высокие деревья раскинули ветви под сенью гор из красного известняка. Шанд предложил разбить лагерь у пруда, обнаруженного им в тени деревьев, и немного передохнуть.

Пока Шанд дремал, Карана забралась повыше, чтобы побыть одной. Она наблюдала за скитами, завидуя им: ей бы хотелось так же легко парить в воздухе, улетая от своих печалей.

Когда на небе показался тончайший серпик луны, Шанд с Караной уселись у костра, в первый раз отважившись развести его после Ганпорта. Как приятно было отдохнуть от непрерывно дувшего южного ветра, посидеть у потрескивающего костра и снова поесть горячую пищу!

Карана слизала остатки жаркого с ложки, положила ее на чисто вылизанную тарелку и вздохнула. Прохладный ветерок залетел в их укрытие, и Карана, подняв воротник, снова вздохнула. Впервые за этот месяц ей захотелось поговорить, расспросить Шанда о Лиане, найти в этом какое-то утешение и услышать от него что-нибудь о своем отце.

— Как ты познакомился с моим отцом? — спросила она. Казалось, Шанд понял, в каком она состоянии.

— Вообще-то мы познакомились в Туллине, в корчме. Должно быть, я встретил там Галлиада… лет сорок тому назад. Он несколько раз проезжал по тому старому южному пути, ведущему в Шазмак через Туллин, по которому ты шла в город аркимов в прошлом году. Один раз корчму занесло снегом, и Галлиад провел с нами неделю. Вечерами мы играли в дротики. А позже я как-то раз совершил вместе с ним путешествие в Зиль. Помнится, я представил его Надирилу. Это было после того, как Галлиада бросила его первая жена, но задолго до того, как он женился на твоей матери. По общим понятиям, твой отец был уже стар, но у таких, как он, все иначе…

— Расскажи мне о нем.

— Первый раз он женился на аркимке, но брак не был счастливым — аркимы воздвигают все мыслимые препятствия на пути инородцев.