Тайны Сумрака - Лилия Альшер

попробует, конечно, протолкнуть на трон новую династию. Уверен, отец Айши будет в первых рядах перечислять свои заслуги. Но семья Шанакартов у арши почти приравнена к богам, поэтому шанс Старейшин минимален.

Из темноты с хриплым мурчанием вышел даркинт Шерри. Крупный кот плавно прошёл между кожаными шатрами, мазнул спину хозяина гладким боком, и подошёл к Шеларе. Девушка не в силах была сопротивляться желанию почесать большие мягкие уши. Кхорн басовито замурлыкал, укладываясь у ног. Комары магическим образом разлетелись подальше. Аура демона отпугивала их.

– В таком виде ты мне больше нравишься, – призналась Шелара, почёсывая подбородок леопарда, тот урчал, смешно морща крупный нос. – И что потом? Селлестераль будет править до скончания веков, чтобы не отдавать корону другим династиям?

– Его жена – самая прекрасная женщина в Шанакарте. За новым наследником дело точно не станет.

– Самая прекрасная, говоришь? – переспросила девушка, чувствуя лёгкий укол ревности.

– О, да. Настолько, насколько вообще могут быть прекрасны демоны.

Ревность кольнула сильнее, но Шелара отмахнулась от неё, как от навязчивого комара. Помогло, правда, с тем же успехом.

– Как же так? Разве, самые прекрасные женщины не принадлежат королям?

– Только если они не дочери Старейшин. А принцесса Иллиабель – родная дочь Старейшины Инниара. У них с Эллисандром не сложилось, примерно, как у Шейлирриана с Айшариль.

– Подожди-ка... – подалась вперёд Шелара. – Но если наместник женат на дочери Старейшины, значит, он не может наследовать корону?

– О, Шел, они женаты более трёх столетий. В отсутствии других кандидатов, это уже не аргумент. Тем более, он женился на ней, когда ещё не был возможным наследником.

– Значит, лазейки существуют даже в законах арши?

– Конечно. Их ведь писали демоны. Ты же не ожидала от них честности? Законы у нас как канат – кто сильнее, тот и перетянет на свою сторону.

– Ужас. И как вы живёте?

– Счастливо.

– Да, и долго, я помню. А если императором станет Селлестераль, кто будет наследником?

– Хороший вопрос. Кто первым женится. Но, если Шейл вдруг предпочтёт Айшу, потеряет трон.

– Но возможно, что так же, просто на время. Хотя, по-моему, у них и так всё неплохо.

– Возможно, – загадочно согласился Шерри.

– Я чего-то не знаю?

– Многого.

– О, Боги, ну какого ответа я ещё ждала? – патетично взмахнула рукой девушка и встала с бревна, даркинт отпрянул, недовольно подёргивая хвостом. – Пойду попробую уснуть.

– Спокойной ночи, Шел.

***

Альвик Рейнс закрыл тяжёлую, окованную железом дверь и оставил в скважине ключ. Он не любил, чтобы ему мешали во время опытов, но и закрывать двери на тяжёлые задвижки он опасался: мало ли, что-то пойдёт не так. Возле дверей он повесил на вешалку камзол и сменил его на белый медицинский халат.

Длинные кварцевые лампы на потолке давали ровный белый дневной свет и освещали помещение морга, не оставляя ни одного тёмного угла. На одном из холодных металлических столов его ждало распростёртое белое тело рыжеволосой воровки.

Альвик прошёл к столу, подкатил ближе столик с инструментами и надел перчатки из тонкой зачарованной кожи. Для ритуала всё было подготовлено заранее: свечи, кадило, чаша, ножи, зелье для поднятия мертвеца, кровь заклинающего. Маг зажёг чёрную свечу, развёл огонь в кадиле, положил в него лезвие кинжала нагреваться и поставил чашу на живот девушки. Туда он вылил зелье и стал читать заклинание. Потом открыл пузырёк со своей кровью и добавил к настою. Зелье засветилось алым и забурлило. Альвик взял в одну руку чашу, в другую – ритуальный кинжал, Атэм, и окунул самый его кончик в жидкость. Раскалённый метал зашипел, поднимая едкий пар из чаши. Не прекращая читать заклинание, некромант начал Атэмом вырезать на коже трупа пентаграмму в круге и руны призыва. Закончив, он приказал «Восстань!» и резко вонзил клинок в центр рисунка. Девушка на столе шумно вдохнула воздух и выгнулась дугой. Чёрная свеча затрепетала и погасла.

Альвик выдернул Атэм из её тела и отложил на стол для инструментов. Раны на её теле быстро затягивались и заживали, оставляя гладкую кожу без шрамов. Девушка ровно дышала, из глаз её текли слёзы.

Рейнс заклинанием очистил кинжал и чашу, затушил огонь в кадиле, откатил стол к стене.

– Вставай, для тебя есть дело.

Девушка неловко села и свесила ноги со стола. Альвик подошёл к ней, на ходу снимая перчатки и бросая их на стол. Он твёрдо взял её за подбородок и посмотрел в глаза. Её слёзы высохли, а зелень глаз очистилась, стала яркой и сверкающей, нечеловеческой, с переливами голубого света.

– Как твоё имя?

– Кайрина, – её голос прозвучал твёрдо.

– Ты помнишь, как оказалась здесь?

– Я принесла шкатулку.

– Где ты взяла эту шкатулку?

– У Шелары.

– Кто такая Шелара?

– Моя подруга.

– Ты знаешь, где она?

– Нет. Я знаю, где она будет.

– Где?

– В Шанакарте.

– Ты чувствуешь что-нибудь, боишься чего-нибудь?

Кайрина помолчала,