Хроника воздушной войны: Стратегия и тактика. 1939–1945 - Александр Алябьев

13 октября 1943 года приступившее к работе в Бриндизи (Южная Италия) новое итальянское правительство объявило Третьему рейху войну и стало сражаться на стороне союзников, а бывшие ВВС Италии, «Regia Aeronautica» стали подчиняться их Северо-Африканскому военно-воздушному командованию.

Но и немецкое руководство привлекло к боевым действиям находящиеся на их стороне военно-воздушные итальянские подразделения. После того как 23 октября 1943 года Муссолини сформировал в Сало (Северная Италия) новое правительство, у него появились свои ВВС — «Aviazone della Republica Sociale Italiana» — с торпедоносцами, бомбардировщиками и истребителями.

В середине октября 1943 года во время своей очередной встречи с британским военным атташе в Берне монсеньору Холларду было поручено срочно проверить, ведутся ли еще на севере Франции работы, подобные тем, что он видел в Оффе. Холлард и четверо его помощников на велосипедах исколесили побережье от Кале до Шербура и обнаружили еще более 100 стройплощадок, расположенных на полосе, параллельной побережью, длиной 300 и шириной 50 километров. На них располагались длинные, низкие и узкие бункеры из железобетона, каждый из которых был загнут. Рядом с каждым бункером располагались 3 прямоугольных строения и одна платформа примерно 10 метров длиной и 4 шириной, которая выглядела как пристроенный грузовой подъезд, чья главная направляющая ось смотрела в сторону британской столицы.

Вскоре после того, как на вооружение 8-го американского воздушного флота поступили новые самолеты B-17G, он стал готовиться к последнему из своих четырех запланированных больших налетов. Новые самолеты имели башню «подбородок» и 12,7-миллиметровый спаренный пулемет, благодаря которому машине уже не была так страшна фронтальная атака.

14 октября 1943 года, спустя два месяца после первого налета (17 августа) на Швайнфурт, туда опять направился 291 бомбардировщик с той же целью — разбомбить шарикоподшипниковое производство в городе. После того как сопровождающие бомбардировщики английские истребители ушли, в небе появились немецкие. Сюда люфтваффе стянули все четырехмоторные истребители ПВО рейха и много звеньев расположенного во Франции 3-го воздушного флота. Битва разгорелась среди ясного голубого неба, и немцы вели ее настолько хорошо, что у американских летчиков закралось подозрение о предательстве.

Недоступные новым пулеметам, установленным на «подбородке» бомбардировщиков, одно — и двухмоторные немецкие истребители смело атаковали «Летающие крепости» не только снизу из 20-миллиметровых пушек, но и ракетами и бомбами. Еще до подлета к Швайнфурту американцы потеряли 29 машин. На обратном пути на американцев обрушились слетевшиеся со всех сторон 160 истребителей. Беспрерывный бой шел на протяжении всего маршрута. 32 четырехмоторных бомбардировщика были сбиты. А над проливом атаки на американцев усилились. В битве принимали участие 40 штурмовиков, 35 ночных и почти 300 дневных истребителей. 35 немецких машин были сбиты.

В этот «черный четверг» 8-й американский воздушный флот потерял 60 бомбардировщиков на территории Германии, 17 самолетов упало в пролив и на территорию Англии. Только 93 бомбардировщикам из 291 удалось неповрежденными добраться до посадки. Так, за время проведения объявленных четырех больших налетов на Германию американцы потеряли 148 самолетов и примерно 1500 человек летного состава.

После такого конфуза командующий американскими ВВС генерал Арнольд запретил проводить дневные бомбардировки до тех пор, пока на вооружение не поступят новые четырехмоторные истребители дальнего радиуса действия.

Растущая опасность, исходящая от немецких истребителей, заставила доктора Джонса и его команду выдумать что-то особенное. Для реализации плана Джонса, при поддержке генерал-лейтенанта Эддисона, шефа британской военно-воздушной разведки, в Кингстоне (Кент) рядом с супермощным специальным передатчиком, который работал на волнах немецких истребителей, был установлен командный пункт. Там началось постоянное записывание на восковые диски (магнитофонов у англичан тогда еще не было) всех указаний, которые давали немецкие офицеры, ведущие «бегущие репортажи» с ночными истребителями, а затем их скрупулезное изучение. Идея английских специалистов заключалась в том, чтобы во время предстоящего большого налета (операция «Корона») увести немецкие истребители от бомбардировщиков. Для этого сбежавший в Шотландию экипаж «Юнкерса-88» должен был так сыграть роль немецких офицеров-наводчиков истребителей, что немецкие самолеты должны были ему поверить и устремиться по фальшивому маршруту, а бомбардировщикам, в свою очередь, невредимыми дойти до цели.

В октябре увеличился поток сообщений о каких-то неназванных самолетах, а затем один агент сообщил о том, что они имеют кодовое название Fi-103. 21 октября 1943 года доктору Джонсу пришло сообщение, что заводы в Касселе производят такое же секретное оружие, как и Пенемюнде. Тотчас же маршал Харрис приказал готовиться к бомбардировке Касселя. Этот налет должен был, по его представлению, стать самым опустошительным в этой войне. Когда было решено, что акция против Касселя состоится в ночь с 22 на 23 октября 1943 года, был дан ход и дезинформационной операции «Корона».

В то время как 486 тяжелых бомбардировщиков шли на Кассель, группа бомбардировщиков «Стерлинг» выполняла ложный налет на Франкфурт-на-Майне, а 12 «Москито» разбрасывали маркировочные огни на Кёльном, чтобы и там создать впечатление налета. Одновременно фальшивые офицеры-наводчики истребителей в Кингстоне исполняли в эфире целый спектакль, чтобы немецкие ночные истребители поверили и повернули в сторону якобы подвергшихся нападению городов. Таким образом, самолеты-наводчики, пройдя незамеченными к своей главной цели, Касселю, сбросили такое количество маркировочных бомб, какого не было никогда прежде. Подоспевшие бомбардировщики сбросили на город столько «зажигалок», что через 15 минут весь Старый город был в огне. Только после этого подоспели первые истребители, которые до этого безнадежно торчали в небе над Франкфуртом.

Сброшенные на Кассель 1824 тонны взрывных и зажигательных бомб стали причиной такого же огненного смерча, как и в Гамбурге. 12 000 жителей города (5 процентов) погибли. Снимки аэрофотосъемки показывали, что и спустя 7 дней после бомбардировки город еще горит. «Около 100 000 квартир и по меньшей мере 9 заводов лежат в руинах. Заводы по производству Fi-103 сильно повреждены вследствие прямого попадания бомб, — говорилось в отчете английских деши-ровальщиков фотоснимков. — Британские же ВВС, несмотря на операцию «Корона» потеряли в этом налете 42 самолета».

Часть завода по производству Fi-103 была перенесена в Ротвестен, что на месяцы задержало серийный выпуск летающих бомб. Геббельс так записал о налете на Кассель в своем дневнике: «Очень стыдно видеть, как в воздушной войне враг водит нас за нос. Каждый месяц он изобретает новые методы ее ведения, и проходят недели, а то и месяцы, прежде чем мы кладем этому конец».

Очередной «находкой» в проведении операции «Корона» стала передача немецким ночным истребителям ложных прогнозов погоды, чтобы они или немедленно садились, или же летели на отдаленные аэродромы. Особенно действовали на летчиков сообщения о якобы имеющемся на поверхности земли тумане.

Проводка немецких самолетов с помощью «бегущего репортажа» давала англичанам новые возможности для создания помех. Например, английский передатчик в Кингстоне давал в эфир на рабочих частотах ночных истребителей отрывки из речей Гитлера или военные марши, которые заглушали указания ведущего самолеты офицера и делали их полностью непонятными.

24 октября начал свою работу самый мощный в Европе 600-ки-ловаттный британский секретный передатчик, названный «солдатским передатчиком», который стал выходить в эфир вместе с уже имеющийся немецким коротковолновым передатчиком «Атлантика». На их волнах английская студия стала передавать регулярную программу для люфтваффе. Были там и передачи, которые, по мнению их составителей, должны были приводить к снижению боевого духа у немецких летчиков. Основным материалом для передач служили фотографии, которые сразу же после налетов делали «Москито». Пленки быстро проявляли и везли фотографии в студию, где отдел информации составлял по ним текстовки. Для этой цели в редакции имелась целая библиотека планов немецких городов.

После того как сообщения британского военного атташе в Берне с результатами осмотра монсеньором Холлардом секретных строительных объектов между Кале и Шербуром попали в Лондон и были там рассмотрены, 28 октября 1943 года с авиабазы аэрофоторазведчиков стартовали «Москито» 541-й эскадрильи, чтобы снова сфотографировать всю область Северной Франции в радиусе до 250 километров от Лондона. Но плохая погода затянула выполнение этого задания, и только 3 ноября 1943 года самолеты смогли сфотографировать места, указанные Холлардом в его донесениях. На фотографиях ясно были видны многочисленные строительные площадки одинаковой конструкции вместе с бетонными платформами, средние оси которых были направлены точно на Лондон. На всех площадках было одно или несколько помещений, которые напоминали лежащие на боку лыжи. Были обнаружены так называемые «большие сооружения», огромные, преимущественно подземные конструкции с железобетонными стенами примерно 10-метровой толщины.