Город Пламени (ЛП) - Васкез Рина

Я не знаю, с чего начать, не знаю, как сказать ей об этом.

Пол расплывается, и я моргаю, чтобы сфокусироваться, когда поднимаю взгляд на Фрею. Собрав все силы, я пытаюсь объяснить, что могу, не рассыпаясь, но это не значит, что я не вижу момента, когда это делает она.

Она молчит так долго, без всякого выражения, чтобы сказать, о чем она думает, но я знаю, что она чувствует слишком много, все сразу.

Она поднимается, делает глубокий вдох и начинает кивать с напряженной решимостью: "Я могу ему помочь".

Мне больно видеть ее такой: "Фрея…"

"Перед смертью моей матери он улыбался мне, я помню, как он приносил мне сиреневый жемчуг, который я хотела, он…"

"Фрея", — шепчу я, привлекая ее внимание, когда она смотрит прямо на меня, ее плечи начинают трястись, и она плачет.

Я встаю, когда она подбегает и обхватывает меня руками: "Мне очень жаль", — говорит она, но я не понимаю, почему это она говорит, ведь она ни в чем не виновата: "Я сказала, что не буду плакать из-за него, но я плачу". Ее дыхание вырывается из нее короткими очередями, и я снова пытаюсь сдержать свое: "Почему я все еще забочусь о нем?"

Мне кажется, она говорит это не мне, а самой себе. Я отстраняюсь и качаю головой: "Потому что ты — не он".

Ее нос краснеет от слез, и она зажимает нижнюю губу между зубами, кивая. Я обнимаю ее еще раз, прежде чем она шепчет мне в волосы: "Ты должна была уйти с Дариусом, здесь небезопасно".

"Я знаю", — говорю я и смотрю на нее: "Именно поэтому мне нужно, чтобы ты выслушала то, о чем я попрошу тебя дальше".

Она решительно кивает, и я выдыхаю, глядя на ключи: "Но сначала я хочу спросить тебя еще кое о чем". Когда я снова смотрю на нее, она вытирает слезы и снова кивает.

"Я знаю… быть ведьмой означает связь с драконом". Я вспоминаю тот момент, когда я была с Дариусом, его раны и то, как они зажили: "А для других существ это то же самое?"

Фрея обдумывает мой вопрос. Я не ведьма, это я знаю, но исцеление Дария и то, как все животные приходят ко мне, словно я их защищаю? Это просто не имеет никакого смысла.

"Я вообще ничего не понимаю, когда речь идет о существах", — говорит Фрея: "Они едва замечают меня, если я с ними сталкиваюсь. Единственное, что я заметила, так это то, что я всегда ненавидела любые схватки, связанные с драконами, но странное чувство, будто я могу кому-то помочь, возникало у меня лишь несколько раз, например, когда я встретила твоих братьев в Хризосе, или на балу, или даже на арене, когда недавно была схватка с Дариусом". Она задумчиво смотрит на кровать, а затем на меня: "Почему ты спрашиваешь?"

Я пожимаю плечами, понимая, что у меня осталось больше вопросов, чем ответов: "Мне просто интересно", — говорю я, и Фрея не выглядит убежденной, но я меняю тему и рассказываю ей, что нужно сделать перед отъездом.

Ни Фрея, ни я не спим всю ночь, мы часами говорим о наших планах и даже не замечаем, как рассвет окрашивает нашу комнату в радужные оттенки.

Она помогает мне собрать все необходимое в ранец и торопит меня к окну, когда раздается быстрый стук в дверь. Мы замираем, услышав "Амброуз?", и облегченно выдыхаем, понимая, что это всего лишь Райдан.

Он стучит еще раз, и Фрейя недовольно морщится: "Ее здесь нет, помнишь?".

"Ну и как же ты собираешься сообщить ей, что ее братья уже приехали и находятся внизу!"

Все мое тело напрягается.

Ранец в моей руке падает, и все, что в нем было, разлетается по полу: инструменты для резьбы, хлеб, одежда.

Фрея поворачивается ко мне, когда я начинаю проходить мимо нее, и я распахиваю дверь: "Что?" говорю я, и брови Райдана сужаются, он показывает одним пальцем на меня, а другим на Фрею.

" Фрея-Фрея, мне только что солгали…"

Я проскакиваю мимо него и мчусь по коридорам, даже не замечая, что Фрея идет прямо за мной. Я спускаюсь по лестнице, и весь воздух высасывается из меня, когда я смотрю на трех моих братьев, которые стоят там, оглядываясь по сторонам, стараясь ничего не трогать и не двигать.

Первым меня замечает Иллиас, он улыбается, затем Идрис и Икер поворачиваются ко мне лицом.

Нет, они не должны быть здесь, не сейчас, они должны были прийти в день испытаний, я собиралась вернуться, чтобы убедиться, что возьму их с собой.

Я еле передвигаю ноги, медленно идя к ним. Мое паническое выражение лица заставляет Идриса нахмуриться, и он с беспокойством изучает меня.

"Что вы здесь делаете?" спрашиваю я, глядя между ними, и нервы практически вытекают из меня.

Икер фыркает: "Мы хотели сделать тебе сюрприз. Твой друг Лоркан послал за нами карету несколько дней назад, но Идрис был слишком упрям, чтобы приехать сюда, пока, наконец, не сдался".

"Похоже, ты не рад нас видеть?" Иллиас скорчил гримасу, когда я перевела на него тревожный взгляд, и наклонился к Икеру, прошептав: "Это похоже на то, как мы пытались удивить ее, когда ей исполнилось пятнадцать".

Брови Икера при этом поднимаются, он потирает затылок, морщась: "Я все еще не оправился от этого".

"Что случилось?" Идрис сразу переходит к делу, его глаза сужаются, когда он смотрит на мои пальцы, все еще покрытые засохшей кровью, он осматривает меня целиком, прежде чем бросить взгляд через плечо на Фрею, и он задерживается на ней, пока я заикаюсь, пытаясь вымолвить слова. Но тут знакомый голос с яростью подхватывает меня за горло.

Я смотрю налево: генерал сжимает руки перед собой. Как будто ничего не произошло прошлой ночью, он выглядит так же, как и прежде, за исключением натянутой улыбки: "Мисс Амброуз, вот вы где".

Защищаясь, я придвигаюсь ближе к братьям, ставя защитный барьер, когда взгляд Эриона переходит на них, и он едва заметно приветствует их, прежде чем сказать мне: "Королева потребовала вашего присутствия… сейчас".

Глава 45

"Отец…" Фрея пытается умолять, надеясь, что ей удастся хоть как-то вытащить меня из этой ситуации.

"Фрея, я предлагаю тебе подготовиться к тренировке". Его тон нетерпелив, и Идрис начинает двигаться вперед, когда Фрея подходит ко мне, надувая грудь с суровой уверенностью.

"Нет", — говорит она, и на этот раз генерал отводит взгляд от меня, чтобы посмотреть на нее. В его выражении промелькнули удивление и гнев, не похожие на мою попытку скрыть благодарную улыбку. Я не заслуживаю дружбы Фрейи.

И я не хочу доставлять ей неприятности из-за того, что принадлежит только мне.

К генералу присоединяются двое венаторов, лидеров, их лица симметричны и не выражают никаких эмоций. Я поворачиваюсь и хватаю Фрею за руку, чтобы привлечь ее внимание к себе: "Все в порядке", — шепчу я и поднимаю на нее глаза: "Помнишь, что я тебе сказала?"

Она быстро кивает, прикусив нижнюю губу: "Но Нара…"

"Просто скажи им, если должна", — снова шепчу я и отпускаю ее, глядя на своих братьев. Грудь сжимается, когда я вижу, как растерянность отражается на лицах Икера и Иллиаса, в то время как глаза Идриса цепляются за меня почти со знанием дела. Что-то не так, и он это видит, он всегда это видел.

Я прочищаю горло и слабо улыбаюсь, обещая увидеться с ними позже.

Фрея смотрит на меня, когда я вслед за Эрионом выхожу из казармы. Двое венаторов идут впереди меня, прежде чем генерал обхватывает рукой мою руку — крепко и грубо. Мы все еще продолжаем путь к замку, когда он скрежещет: "Ключи… где они у тебя?"

"Я не подумала взять их с собой, как только выбралась", — вру я и не смотрю в его сторону; мои глаза остаются на выложенной плиткой дорожке: "Почему? Расстроился, что не смог обратить меня? Или расстроился, что Дарий больше не тот, с кем можно шутить?"