Ангелы над Москвой - Дмитрий Башунов

Офицер открыл книгу, перевернул страницу, затем другую. Эпические страсти не трогали. Размеренный стих усыплял. Капитан бросил развернутую книгу на пульт и вознамерился выпить чего-либо бодрящего, когда вдруг засветился экран экстренной связи.

Капитан вскочил с кресла и одернул китель.

— Здравия желаю, господин маршал!

— Здравствуйте, капитан.

Маршал, судя по обстановке, говорил с борта своего летающего командного пункта. Лицо его, спокойное и скорее доброжелательное, чем воинственное, не выражало готовности к решительным действиям.

— Не беспокойтесь, капитан, ничего экстраординарного не произошло. Садитесь на место… Я вижу, вы классиками увлекаетесь?

— Виноват, господин маршал…

Капитан покраснел и убрал книгу с пульта. Чтение на боевом дежурстве строго воспрещалось.

— Да бросьте, капитан… Подвиги древних героев вдохновляют современников. Если лично вам чтение книг помогает коротать дежурства, отчего я должен этому препятствовать? Впрочем, я этого не говорил, а вы не слышали, — улыбнулся начальник.

— Хорошо, господин маршал, — в тон ему ответил капитан. Все-таки не зря верховного так хвалят и солдаты, и офицеры!

— Но я к вам по делу, капитан. Вашему кораблю ставится боевая задача, с содержанием которой вы сможете ознакомиться через некоторое время. Выполнение задачи произойдет в автоматическом режиме. Я просто посвящу вас в суть… Вкратце дела таковы: группа миэлян, попавшая в воды занимаемой нами планеты, нас предала. Они пока не ведут военных действий против нас. Но аналитики убеждают меня в том, что их активное сопротивление — вопрос времени и концентрации сил. В связи с этим вашему кораблю приказывается осуществить выгрузку гидрокапсул в открытый космос. Все корабли, несущие груз, подобный вашему, берут курс на планету, обращающуюся вокруг звезды по наименьшей орбите. На подлетах к планете гирокапсулы выгружаются в открытый космос и продолжают движение по инерции в сторону гравитационного центра системы. Это позволит нам избежать замусоривания межпланетной среды. Корабль совершает облет планеты и возвращается к месту своей временной дислокации. Все маневры, я повторяю, выполняются в автоматическом режиме, и в функции капитанов, несущих дежурство на кораблях в этот момент, входит только наблюдение за общими параметрами жизнедеятельности корабля.

Вопросы есть?

— Да, господин маршал. Какую запись мне следует внести в бортовой журнал?

— Запишите: корабль функционирует в штатном режиме, выполняя цикл централизованно поставленных задач. Не беспокойтесь, вам не придется участвовать в этой… процедуре. Будьте готовы: сразу по завершении маневра вы отбываете на курсы переподготовки для принятия под управление корабля иного, более эффективного типа. Так что заранее поздравляю вас с повышением, капитан!

— Служу Амдиэлю, господин маршал!

Ксаверий и Эулий

Ксаверий с Эулием сидели в той самой аудитории, в которой Ксор когда-то призвал людей отказаться от развития науки и техники, чтобы перейти к исследованию куда более перспективных возможностей. Эулий, уже кое-как обвыкшийся в Роксе, все не мог обжиться в новеньком теле, синтезированном для него Ксаверием. Еще труднее Эулию было представить, что порча и гибель этого молодого и красивого тела никак не скажется на факте его существования. Как поверить, что он сам — точнее, его бессмертная душа — в полной безопасности? Ведь где-то там, на корабле, в запертой изнутри персональной каюте, покоится никем не тревожимый человек, которого его собственный разум отказывается считать настоящим Эулием…

Ксаверия смешило непонимание Эулия, но ему можно смеяться: его народ уже не счесть сколько поколений только и делал, что бросал свои тела и путешествовал по миру налегке. Эулий же привык знать, что для перемещения чего-либо в пространстве нужно выполнить работу, привлечь те или иные силы, затратить энергию. Вот и сейчас он пытался сосредоточиться на выкладках, некогда вчерне начертанных неким Ксором, а впоследствии пытливо продуманных и развитых его подопечными.

По всему выходило, что прав был Эльмадский наставник Эулия, утверждавший, что создать фотонное зеркало можно и в рамках трехмерного пространства. Прав, но в расчетах пошел ошибочным путем, и вместо концентрации энергии в ограниченном объеме получил многократное наслоение участков пространства. Тем самым создав четвертое, хотя и несколько ограниченное измерение. По счастливой случайности блинчатый пирог вновь образованного пространства превысил проектную толщину фотонного зеркала. И потому оно прекрасно работает…

По здешним же формулам выходило, что вполне работоспособное зеркало можно создать и без инициации пространственных возмущений. Конечно, ресурс изделия получается небесконечным, но дела это не меняет. Летать на таких зеркалах можно, но недалеко, только в пределах галактики. Чего более чем достаточно! Пока что… Собственно, и в таких полетах нет необходимости: зачем перемещать массу материи, если можно переместить единственно разум, сиречь душу человеческую, а она уж сумеет все материальные блага — в том числе и биологической природы (подумав так, Эулий снова оглянул свое новенькое тело) — создать в изобилии.

— Это у вас, наверное, святое место, Ксаверий?

— Конечно! Меня сюда пустили только как твоего сопровождающего, ведь ты — Гость Из далекого Мира.

— Тогда не станем злоупотреблять гостеприимством твоих соотечественников. Пойдем-ка отсюда…

Мужчины вышли на улицу. Город жил своей обычной жизнью. Мамы гуляли с детьми в парках. Папы занимались делом, не всегда понятным Эулию. Какой может быть бизнес, если товарно-денежные отношения изжиты много веков назад? Соответственно, политической жизни, в любой цивилизации целиком и полностью зиждящейся на продвижении товаров и завоевании рынков сбыта, тоже никакой. Тем не менее, у каждого гражданина есть какое-то занятие, которому он отдается ответственно и целеустремленно. Ну, да он, Эулий, и сам, если со стороны посмотреть, занимается черт-те чем. Большинству не понятно, зато лично ему — увлекательно и интересно!

Эулий хмыкнул. Ксаверий вопросительно глянул на него:

— Ты чего-нибудь хочешь?

— Конечно! Хочу узнать, Ксаверий, как душа перемещается в пространстве? Вам это известно?

— По правде говоря, не очень… Не забывай, переход от научного способа познаний к принятию знаний и умений на веру для нашего общества был принципиальным. Я тебе даже не сумею объяснить, как именно мне удалось встряхнуть корабль, когда ты захотел доказательств моего присутствия.