Хроники Амбера. В 2 томах. Том 1 - Роджер Желязны

Я отправился в северо-западную часть сада и нашел там себе место, которое не просматривалось прямо из дома. Вокруг была высокая живая изгородь, приятно пахла мягкая высокая трава. Я расстелил плащ, сел на него, стащив сапоги, устроил ноги в прохладе зелени и вздохнул.

Не следует особенно медлить, решил я. Тень — алмазы — ружья — Амбер. Таков мой путь. Год назад я гнил в своей камере и столько раз переходил грань между безумием и рассудком, что воспоминание об этом следовало вырвать с корнем. Теперь я снова здоров, силен, свободен, глаза опять видели. У меня есть план, и я вновь стал воплощенной угрозой, куда более опасной, чем прежде. Ибо теперь я не связывал своих шансов на успех с чужими планами: паду я или достигну цели, ответственность на мне одном.

Душа отдыхала, тело расслабилось на мягкой траве, алкоголь потихоньку растворялся в крови и наполнял сердце приятным огоньком. Я выбил трубку, убрал ее, растянулся, зевнул и был уже готов отдаться сну.

Тут поодаль что-то мелькнуло, я перевалился на живот и вгляделся. Долго ждать не пришлось.

Она вышла из тени куста, и лунный свет разом осветил ее лицо. Понимая это, она улыбнулась мне, постепенно замедлила шаг, наконец остановилась передо мною и спросила:

— Так, значит, скромные апартаменты не подходят сэру Корвину?

— Вовсе нет, — возразил я. — Просто сегодня прекрасная ночь, а во мне проснулся бродяга.

— Похоже, бродяга просыпался и в прошлую ночь, хотя было дождливо, — заметила Дара, присаживаясь рядом со мной на плащ. — Ты спал в доме или нет?

— Я бродяжил всю ночь, — ответил я, — и не спал вчера вовсе. Сказать по правде, я не спал с того самого дня, как мы познакомились.

— А где ты был?

— У моря, просеивал песок.

— Унылое занятие.

— Еще бы.

— А я много думала после нашей прогулки в Тени.

— Могу себе представить.

— И тоже не слишком много спала. Поэтому-то я услышала, что ты приехал, говорил с Ганелоном, а потом остался где-то снаружи, раз он вернулся один.

— Ты не ошиблась.

— Ты ведь понимаешь, я должна попасть в Амбер. И пройти Образ.

— Я знаю. Ты пройдешь.

— И скоро, Корвин. Скоро!

— Ты молода еще, Дара. У тебя впереди много времени.

— Проклятие! Я ждала всю свою жизнь… и даже ничего не знала об этом. А нет ли способа сделать это прямо сейчас?

— Нет.

— Но почему же? Ведь ты бы мог быстро провести меня к Амберу через Тени, а там я бы ступила на Образ.

— Если нас не убьют сразу же, возможно, нам отведут соседние камеры — или дыбы, — прежде чем казнить.

— Это почему? Ведь ты принц Амбера и можешь поступать, как тебе заблагорассудится!

Я расхохотался:

— Милая, я вне закона. Стоит мне вернуться в Амбер, и меня казнят — это если повезет… А если нет, сделают кое-что похуже. Если учесть, как я разыграл расклад в прошлый раз, меня скорее всего убьют быстро. И ту же любезность окажут всем моим спутникам.

— Оберон не сделал бы такого.

— Имея соответствующий повод, сделал бы, не сомневайся. Но это — вопрос гипотетический. Оберона больше нет, а на троне сидит мой братец Эрик и зовет себя владыкой Амбера.

— Когда это случилось?

— Несколько лет назад — по календарю Амбера.

— Зачем ему убивать тебя?

— Чтобы я не убил его, конечно.

— А ты бы убил?

— Да, и убью. Достаточно скоро к тому же.

Она приблизила ко мне лицо.

— Почему?

— Чтобы самому занять трон. Понимаешь, престол по праву принадлежит мне. Эрик — узурпатор. Я лишь недавно бежал из заточения после нескольких лет мучений. Он допустил ошибку — позволил себе роскошь оставить меня в живых, чтобы тешиться моими страданиями. Он и не помышлял, что я сумею освободиться и снова бросить ему вызов. Впрочем, я и сам не надеялся на это. И раз мне невероятно повезло и выпал еще один шанс, теперь я должен действовать безошибочно, не повторять чужих промахов.

— Но он же твой брат!

— Мало кто осведомлен об этом больше нас обоих, заверяю тебя.

— И как скоро ты собираешься осуществить свою цель?

— Я тебе уже сказал, если сумеешь добраться до Козырей, свяжись со мной через три месяца. Если не сумеешь, но все сложится удачно, я найду тебя сам, как только возьму власть. Ты должна иметь шанс пройти Образ еще до конца года.

— А если ты проиграешь?

— Тогда тебе придется подождать подольше, пока Эрик не утвердится на троне и Бенедикт не признает его королем. Ты же видишь, он не слишком-то этого хочет. Его давно не было в Амбере, и Эрик считает, что его уже нет и в живых. Если Бенедикт решит объявиться там, ему придется либо поддержать Эрика, либо наоборот. Если он выступит на его стороне, власть Эрика не будет вызывать ничьих сомнений, а Бенедикт не желает такой ответственности. Для себя он короны тоже не хочет. Поэтому сохранение спокойствия в стране достижимо лить тогда, когда он полностью устранится из расклада. Если он появится и откажется встать на ту или другую сторону, из расклада это его уберет, зато такой поступок будет означать неподчинение власти Эрика и может привести к смуте. А появись он с тобой, он тем самым вообще лишается выбора, потому что Эрик несомненно будет давить на него через тебя.

— Значит, если ты потерпишь поражение, я никогда не попаду в Амбер.

— Я просто описываю тебе ситуацию, какой ее вижу. Наверняка кое-что мне неизвестно. Меня ведь достаточно давно сбросили с рук.

— Ты должен победить! — сказала она. И вдруг выпалила: — А дед будет тебя поддерживать?

— Сомневаюсь. Но здесь все иначе. Я знаю и что он жив, и о тебе. И не стану просить его о помощи. С меня хватит, если он не станет мне противиться. И если я буду действовать быстро, эффективно, он не успеет выступить против меня. Ему не понравится, что я узнал о твоем существовании, однако когда Бенедикт поймет, что я не желаю тебе зла, он сразу успокоится.

— Но почему же ты сам не воспользуешься мной? Это было бы логично.

— Согласен. Просто я понял, что ты мне нравишься, — ответил я. — Так что этот вариант отпадает.

Дара рассмеялась;

— Я очаровала тебя!

Я улыбнулся в ответ:

— Деликатно, в собственном стиле — острием рапиры.

Внезапно она посуровела:

— Дед возвращается завтра. Твой человек, этот Ганелон, тебе рассказал?

— Да.

— И как это влияет на твои планы?

— Теперь я адски спешу и собираюсь исчезнуть до его возвращения.

— А как он поступит?

— Во-первых, рассердится на тебя за то, что ты оказалась здесь. А потом захочет узнать, как же ты тут очутилась и что говорила мне о себе.

— И что же мне отвечать ему?