Властители магии - Алекс Морган

тут же пустились наутёк, заслышав неподалёку урчание мотора проезжающей мимо машины.

Липкая горячая кровь просочилась сквозь одежду, я безвольно облокотилась на стену, а затем сползла на мокрый холодный асфальт.

Я попыталась переместиться, но не смогла. Магия требовала сил, а их у меня было не много. Пытаясь не паниковать и собрать мысли в единое целое, я перебирала в голове возможные варианты спасения. И вдруг вспомнила о появившейся способности Криса — о том, что он чувствует нас. Он был почти единственной моей надеждой. Шансов, что кто-то случайно найдет меня здесь было не много.

— Крис!.. — простонала я отчаянно.

Едва имя слетело с моих уст, раны заныли невыносимой болью и из глаз тут же хлынули слёзы. Что мог предпринять раненый человек, лежащий в тёмной подворотне без каких-либо средств связи? Ничего. Лёжа на боку, скрючившись от боли, я боялась даже пошевелиться, поэтому выползти на дорогу из арки не имела возможности. Это конец.

Я закрыла затуманенные болью глаза, и в отчаянии вновь хрипло простонала:

— Крис!.. Помогите… кто-нибудь…

Крис

Я сидел на диване с Тэш и Никитой, оживленно обсуждая прошедший день. Время было позднее, но никто не собирался спать.

— Я, пожалуй, поеду за Катей. Не спокойно мне. — Кит решительно поднялся.

— Давай я Жорику позвоню узнаю в каком она настроении? — Тэш поднялась. Я охнул от пронзившей меня боли. Тэш обернулась на меня. — Что с тобой?

Я согнулся пополам. Боль была адская, словно несколько кинжалов воткнули в тело. Я недоуменно ахнул:

— Как будто…это не моя боль… — ужасное прояснение пришло на ум. Сомнений не осталось. — Кит! Едем и быстро! Тэш — домой и будь на телефоне.

— В чем дело? — Никита нахмурился, глядя на меня.

— Я не могу объяснить, но чувствую, что Кармен нужна наша помощь. Надеюсь, что мои ощущения меня обманывают.

— Не объясняй. Едем. Я говорил, что у меня дурное предчувствие.

— Тэш, набери Жорика узнай где Катерина. — попросил я, забираясь на пассажирское сидение джипа.

Через несколько минут машина Никиты с визгом рванула со двора.

— В клуб?

— Сейчас Тэш отзвонится — узнаем там ли она. Если нет, значит, она отправилась на квартиру матери. — Живот и плечо жгло так, как будто там были зияющие раны. — Кит, выжми из этой малышки всё что можно. Поторопись.

— Крис, я и сам с дурным предчувствием был, а теперь душа совсем не на месте. Ты чувствуешь её?

Я несколько мгновений медлил с ответом, не решаясь рассказать ему, а затем коротко ответил:

— Да, чувствую.

— Что-то плохое?

— Боюсь, что да. Я…не в полной мере умею…распознавать эти эмоции, но…сейчас мне кажется это именно ее эмоции.

— Мы найдём ее. Всё будет хорошо. — скорее, увещевая себя, произнес Кит, хмуря лоб.

Кит

Мы мчались по ночной дороге на бешеной скорости и оба молчали. Тэш отзванивалась. До хозяина клуба не может дозвониться. Так бывает, когда человек занят работой. Но сейчас это было не кстати. Мы теряли драгоценное время в неведении.

Я сжимал руль так, что руки онемели. Про себя повторял как молитву «Пусть только будет живая! Я не дам умереть. Отдам все свои силы, но она будет жить!».

Крис рядом морщился от боли. Я понимал, что что-то реально произошло. Он чувствует ее эмоции. Ведьмак? Нет, вряд ли. Но что-то потустороннее в этой связи есть. И моя девочка…явно скрывает свою сущность. Нет, она не просто человек. Но мне плевать. Она моя. И с ней всё будет хорошо. Не смогут врачи. Смогу я. Мать убьет меня за это, время но я не дам моей девочке умереть!

— Как она?

— Жива. — отозвался Крис. — На светофоре направо. Кит, чтобы с ней не произошло — она выживет. Но я чувствую, что времени у нас мало. Чувствую, как быстро иссякают ее жизненные силы.

— Я не дам ей умереть.

До клуба оставалось рукой подать, когда раздался телефонный звонок.

— Да, Танюш… Всё понял. Мы не далеко. Я позвоню. — и Крис отсоединился. — Едем к ее дому. Она ушла из клуба к матери на квартиру. Здесь налево!

Машина, взвизгнув покрышками, остановилась у нужного двора. Попытался отстегнуться и у меня заклинило ремень! Я в сердцах разразился проклятиями, а Крис не медля выскочил из машины и помчал в арку.

Кармен

Лёжа в насквозь продуваемой ветром арке, на холодном асфальте, я дрожала от холода и боли и тихонько молилась, призывая на помощь всех Святых. Единственный, на кого я сейчас надеялась, был Бог и, даже если не суждено мне пережить эту ночь, шанс попасть после жизни в лучший мир должен быть хоть какой-нибудь. Вера в то, что меня кто-то спасёт постепенно меня покинула и я даже перестала понапрасну плакать. Надежды на то, что до утра (хотя бы к приходу дворников) я доживу не было и не могло быть. Кровь продолжала вытекать из нанесённых мне грабителями ран, руки окоченели от холода, да и ног я почти не чувствовала. Сознание медленно ускользало от меня и я крутила мысли в голове, отчаянно стараясь не впасть в забытье.

Я вспоминала Никиту и корила себя, что поругалась с ним. Ругала себя и за то, что вела себя так не сдержанно. Жизнь одна и надо ценить каждый ее момент и не ссориться с любимыми.

Проклиная себя за своё глупое поведение, я мысленно просила прощения у всех, кому я сегодня насолила… нет, кому я вообще нагрубила и с кем поругалась за последнее время. Так не хотелось, чтобы меня потом вспоминали как яростную скандалистку и истеричку. Я даже подумала, что зря злилась так на Руслана. В конце концов, Кит прав, Светке решать как с ним поступать, а я только зря вмешалась в это дело. В принципе, его тоже можно было понять в какой-то мере. Его образ жизни заставляет его быть подозрительным ко всем и это ещё мягко сказано. Естественно, он вспылил, когда узнал, что девушка, которая ему нравится, имеет свои тайны от него. Я бы, наверное… нет, я бы на его месте точно взорвалась от гнева!.. Да что там говорить… Я поступила с ним как последняя стерва. Нельзя было давать волю чувствам. И да, я вела себя как неразумный ребенок.

Неожиданно для самой себя, мысли перенеслись в другое русло. Я вспомнила Алека и невольно улыбнулась. Ну вот, скоро я узнаю где он находится. Что там по ту сторону?..

Я провалилась в пустоту, а когда вновь пришла в себя, слух уловил, как где-то рядом с визгом остановилась машина.