Отважный свет - Яна Оливер

твари понять, с кем она имеет дело. — усмешка Райли подсказала ему, что она думала о том же. — Ты с нами, ангел? — спросил он.

Ори отдал поклон.

— Похоже, твое нетерпение передается по наследству.

— Тогда давай покажем этому сумасшедшему существу настоящее Южное гостеприимство, — сказал Бек, подходя ближе.

Глава 26

Он встал примерно в двадцати футах, сделал очень глубокий вдох, а затем расслабился.

— Эй! Я — великий магистр Денвер Бек. Я уже убил одного ангела в своей жизни, и я, вероятно, смогу сделать это снова. Если ты отвалишь, пойдешь домой и бросишь это дерьмо, тогда все будет хорошо. Если нет, то у тебя впереди еще один адский бой. Слышишь?

Ори изумленно покачал головой.

— Ты действительно выходишь замуж за этого человека?

Райли кивнула.

— Мы подходящая пара. Поверь мне на слово.

— СМЕРТЬ.

Это слово эхом прокатилось по всему телу Райли, словно она произнесла его сама. Как только эхо прекратилось, белый саван постепенно соскользнул с ангела, растекаясь по земле у его ног. Фигура немедленно начала смещаться, открывая взору крылья, размах которых равнялся размаху Ори, возможно, пятнадцати или более футов, от кончика до кончика крыла. Наружные перья были белыми, а внутренние — кроваво-красными.

Когда он поднял лицо, она увидела его кристально-голубые глаза — последнее, что множество людей видели перед смертью. Его лицо было неестественно бледным, а когда капюшон откинулся, показались прямые золотисто-белые волосы. Это существо было старше Вселенной, и, насколько Райли могла судить, у него не было определенного пола. У смерти не было любимчиков.

Он проигнорировал Бека, его внимание переключилось на Ори, глаза сузились.

— Ты падший. Ты принадлежишь принцу.

Она слышала его в своем сознании так же ясно, как если бы он произнес его вслух. Судя по реакции Бека, он тоже слышал.

— Я больше не раб ада, — ответил Ори со сталью в голосе.

Это, казалось, озадачило другое божество.

— Как?

— После моей смерти Райли Анора Блэкторн, — сказал он, указывая на нее, — молилась, чтобы моя душа освободилась от цепей принца, и эта просьба была удовлетворена. Небеса вдохнули в меня жизнь, и теперь я здесь.

Словно не понимая, как такое может быть, Разрушитель переключил свое внимание на ее жениха.

— Смертный, — произнес он, и это прозвучало как проклятие. Одним словом, это лишило Бека всех его достижений, как будто он был бессмысленным. Райли стиснула зубы, но промолчала. Если и был какой-то способ убедить эту тварь прекратить убивать города, то их гордость была дешевой платой.

Наконец, его взгляд остановился на ней. Она чувствовала глубину его внимания, его попытку проникнуть в ее разум. Она решительно оттолкнула его, и это заставило его моргнуть.

— Дочь Блэкторна.

Только демоны называли ее так, и все же это было не адское отродье.

— Ха машхит, — сказала она. Таково было его название на иврите, и если кто и знал разрушительную силу этой штуки, то это были евреи.

Его глаза сузились еще больше.

— Ты была в аду. Теперь это не так.

Должно быть, он почувствовал знак небес на ее ладони.

— Я заплатила за свои ошибки.

— Почему ты здесь? — Спросил Бек.

— Чтобы восстановить справедливость. Чтобы наказать нечестивых. Как я всегда это делал.

Как и его глаза, его голос был поразительно лишен эмоций. Может ли какое-нибудь существо быть хладнокровным палачом и к тому же иметь сердце? Ори им был.

— Я другой, — сказал Ори, прочитав ее мысли. — Я задавал вопросы и спорил, когда возникала необходимость. Этот принял все, что ему было сказано.

Разрушитель сердито посмотрел на своего собрата-ангела.

— Ты был создан, чтобы служить. Ты нарушил свою клятву.

— Да, я нарушил. Так же, как и ты.

— Я делаю то, что должно быть сделано.

— Твой босс приказывает тебе убивать людей? — Спросил Бек. Нет ответа. — Значит, ты поступаешь неправильно, не так ли?

И снова никакого ответа.

— Почему Атланта? — Спросила Райли. — Здесь не больше злых людей, чем в любом другом городе на этой земле.

— Это город Люцифера. Он правит здесь. Все должны погибнуть.

Райли вспылила, и она сделала несколько шагов вперед.

— Это не город Люцифера. Он едва держится здесь, потому что мы не позволим ему победить. — Именно тогда она почувствовала силу, исходящую от этой штуки, почувствовала, как она просачивается в ее кожу. — Кто сказал тебе эту ложь?

Чем дольше она смотрела в эти глаза, тем больше ей казалось, что ее кости тают изнутри. Она помнила это с кладбища, когда стояла между армиями Рая и Ада. Она не осмеливалась оставаться рядом с этим божеством слишком долго, иначе она умрет.

— Я не слепой. Я не такой, как вы, смертные.

— Ты хуже нас, — отрезала она. — Ты нарушил Небесные Законы. Ты ничем не лучше принца.

— Я делаю то, что должно быть сделано.

Этот ангел так отличался от Ори, или Марты, или всех остальных, кого она встречала. Это было похоже на компьютерный прототип, способный выполнять несколько задач, но неспособный выучить новые. Она задумалась, не нарочно ли Бог сделал его таким.

— Да, — сказал Ори, снова услышав ее мысли. — Чтобы быть палачом, лучше всего не испытывать столь острых чувств. Это всего лишь орудие Божественного гнева.

Но что-то заставило его перестать выполнять приказы. Может быть, желание быть чем-то большим, чем просто инструментом?

— Я никогда не остановлюсь. Я не приношу пощады. Я несу только смерть.

Теперь в голосе ангела послышалась легкая дрожь, и его самообладание слегка пошатнулось. Почти бессмертное создание, сотворенное из света, когда-то близкое к престолу Божьему, а затем получившее священное задание: божественное возмездие. Конечно, этот ангел был всего лишь оружием, и кто-то другой целился в его жертвы, но легкая дрожь в его голосе сказала Райли, что Разрушитель чувствовал каждую смерть. Несмотря на бесстрастные глаза и бесстрастный вид, у него была совесть, и чувство вины съедало его заживо.