Повседневная жизнь в период оккупации - Борис Ковалев

Новая перспектива окрылила труппу, она могла теперь показать себя перед русскими рабочими, занятыми на производстве и выковывающими освобождение нашей Родины от хаоса и разрушений, и познакомиться с новой строящейся Европой. Два месяца путешествия оставили неизгладимое впечатление на участников ансамбля, и все вместе, и каждый в отдельности полны восторженных переживаний.

Первую неделю провели они в Берлине, где и был окончательно установлен состав выезжающих на гастроли труппы. К ней примкнули баритон И. Корнилов, сопрано Э. Богданова и солист на аккордеоне К Сакс. В таком составе труппа начала свои гастроли в Вене, где состоялось шестнадцать выступлений перед русскими рабочими, дальше в ее окрестностях Сант-Пельтенс, Сант-Валентине, Кремсе, Винер-Нейерштадте, а потом на юге — Грац, Нюриушлаг, Лейбниц и в других местах. За тридцать шесть дней дан сорок один концерт. Работа большая, но никто не уставал, и где бы ни приходилось выступать, земляки повсюду принимали гастролеров как родных, гостеприимно встречая их и окружая предупредительностью и заботами: не давая пронести не только чемоданы, но и дамские кошелки, а когда уходил поезд или автобус, еще долго простаивали провожающие, махая вслед платками. Программа повсюду имела успех.

Русских рабочих обслуживает особая организация «Винета», в ее распоряжении находится до пятидесяти русских трупп, и новые гастролеры были не первыми гостями в рабочих лагерях.

Программа труппы была составлена умело, и все номера ее исполнялись чеканно и с большим мастерством. Талантливый и находчивый конферансье неизменно быстро умел находить общий язык с публикой, и сдержанные вначале земляки затем открывали свои сердца и провожали исполнителей дружными аплодисментами, а что, как не они, является мерилом успеха!

Первую весну гастролеры встретили в Вене, вторую — возвращаясь через Берлин, а третью — попав снова в Ригу.

Настроение у всех участников поездки подлинно весеннее и радостное. С восторгом рассказывают они о впечатлениях поездки. «Народ — говорят они, — сумевший сохранить на пятый год войны порядок, организованность и выдержку, которые мы только там наблюдали, побежден быть не может. Уже переезжая границу, вы попадаете в атмосферу деловитости, спокойствия и сознания важности совершающегося. Как все это не похоже на тот хаос, безалаберщину и озлобленность, которые мы еще недавно видели в СССР».

Вот мы в Берлине. Несмотря на разрушения, бесперебойно действует сообщение; во время бомбардировок здесь все предусмотрено, точно исполняется и лишено намека на панику. Это настоящий повседневный героизм, это огромное сознание своего долга перед родиной и фронтом. Нас буквально покорила выдержка и деятельность немцев. О самом городе за неделю пребывания нам судить трудно, тем более что мы следом за этим прожили месяц в Вене. Нет слое, чтобы выразить восторг от всего того, что мы здесь видели! Не только сам город поразил нас, а его сокровища. Мы бывали здесь в музее, в театрах и восхищались, объезжая его окрестности. Один Пратер чего стоит, здесь мы встретили много русских и познакомились с их жизнью. Какое же может быть сравнение с их прежней жизнью в СССР, даже в мирное время Нормированный труд, прекрасные условия работы на фабрике, доброжелательное отношение администрации просто несравнимы с нашими прежними условиями существования. Тоска по родине тяготит многих, но как-то без слов чувствуется, что пока там хозяйничают насильники — большевики, туда возврата нет, а значит, нужно помогать победе над ними. Жизнь в западной Европе открыла даже маловерным на многое глаза. Оналучше всего другого повлияла на сознание бывших советских граждан. Как хорошие и гигиенические условия и чистота излечивают чесотку, так в новых условиях залечиваются бывшие моральные изъяны и язвы советского воспитания. Русские рабочие в Великогермании — это особый мир. Мы слишком мало среди них пробыли, чтобы обобщать, но вы понимаете нашу радость выступлений для них. Мы как могли старались отблагодарить за радушный и теплый прием!»[453]

Чем больше Красная армия доставляла гитлеровцам неприятностей на фронтах Отечественной войны, чем больше росло и ширилось народное сопротивление в тылу врага, тем активнее нацистские пропагандистские службы заигрывали с теми русскими гражданами, которые пошли на сотрудничество с немцами. Особое внимание при этом стало уделяться педагогам.

Зимой 1943 года Красной армией была прорвана блокада Ленинграда, началось крупномасштабное наступление советских войск под Сталинградом. Казалось, в этих условиях гитлеровцы должны думать только о неудачах на фронте, обеспечивать отступление своих войск. Однако одновременно с этим большая делегация русских учителей с оккупированной территории Северо-Запада России отправилась на экскурсию в Германию:

«22 января, во второй половине дня в Ригу прибыла делегация учителей русских школ, направляющихся в Германию для ознакомления с социально-культурным строительством национал-социалистического государства.

Вечером в отеле «Бельвю» для гостей был устроен ужин.

В своем приветствии представитель Рейхскомиссариата, между прочим, сказал:

— Большинство из вас в первый раз покинуло родную страну, в первый раз путь ведет вас на Запад, в Германию, которую большевистские властелины описывали как страну бедствий и рабства.

Для того чтобы вы воочию убедились в преступной вздорности этой порочной пропаганды, теперь, после освобождения вас от большевистского ига, мы даем вам поездкой по Германии возможность собственными глазами убедиться, говорили ли вам большевики правду. Вы лично познакомитесь с социальным и хозяйственным положением и с достижениями созидательной работы германского народа. Вероятно вас, как педагогов, заинтересует в первую очередь постановка немецкого школьного и воспитательного дела. Вы получите полную возможность обогатить свои познания в этой области достижениями германской культурной жизни.

Вы, как руководители молодежи, должны будете по возвращении на родину рассказать правду о виденном и противопоставить большевистским измышлениям.

Желаю вам в предстоящем пути многообразных впечатлений и всяческого успеха. Надеюсь, что мы по окончании вашей поездки снова увидимся в Риге, услышу от вас, какое впечатление произвела на вас поездка в Германию.

С ответным словом выступил руководитель учительской делегации, попечитель Псковского учебного округа К И. Заблотский.

Позвольте мне от имени русских учителей, направляющихся в Германию, — сказал он, — выразить глубочайшую признательность за теплый и радушный прием, которыймы здесь встретили, и за ваши пожелания. По возвращении из Германии мы с удовольствием поделимся с вами накопленными впечатлениями «».[454]

Особенностью этой экскурсии для русских учителей была ее профессиональная составляющая. Педагогов знакомили с функционированием нацистской школы:

«Надо знать, что в школьной жизни Германии до 1933 г. существовал сильный раскол. Были области, в которых можно было встретить только школы совместного преподавания, в других местах — только церковные школы. Каждая область издавала свои учебники. Подготовка будущих учителей также не носила общегосударственного характера. Учителя объединялись на почве вероисповедных, политических, хозяйственных и профессиональных интересов. Врезультате этого в Германии образовалось свыше 200учительских союзов. Неудивительно, что при таком распаде скоро нашлись учителя, которые стали мечтать о школе другого типа. Ониувидели олицетворение своеймечты в идеалах, которые проповедовал Фюрер, в национал-социалистическом движении в Германии. Со временем большая часть германских воспитателей и учителей стала собираться вокруг знамени Адольфа Гитлера.

Из этих первых поборников в наше время вышел целый ряд активных руководителей. Одним из первых реформаторов в области новой школы стал Ганс Шемм, который неустанно пропагандировал идею новой школы в обновленном государстве. В 1929 году Шемм основал национал-социалистический учительский союз. Он смог разъяснить людям, причастным к системе образования, что прежде, чем приступить к воспитанию других, надо начать с собственного перевоспитания. Основываясь на том, что равномерная подготовка немецких учителей возможна только при наличии сильного центра, он открыл в Байрейте Дом Немецкого Воспитания. Он избрал именно Байрейт для этой цели потому, что там в свое время работало два человека, имевших огромное воспитательное значение для немецкого народа: Рихард Вагнер и Гоустон Чемберлен.

В глубокой нише зала торжеств стоит его бюст, обрамленный венками. Каждый учитель, зайдя в этот зал, на момент останавливается перед изображением поборника единения германской интеллигенции, заслужившего любовь и светлую память.