Трон - Максим Димов

Сообщение о встречах сестры с эмиссарами Порты не взволновало Ланса, он и сам нередко использовал эти связи для своих нужд. Эмиссары, те же люди, и так же любят деньги, и нередко готовы получать их в обмен на информацию. Но то, что Фредерик сказал потом...

— Фред, а когда она жила здесь?

— Весной, примерно в тот отрезок времени, когда исчез ты, она приехала и прожила здесь до середины лета. Потом, непосредственно отсюда, отправилась к Долине.

— А дальше?

— С тех пор мне ничего не известно о ней. Состязаться с Торикс мне не под силу.

Вот так! Сестра следила за ним до самой Долины. И не тронула!

...До Ланса дошло, что к нему обращаются.

— Прости, задумался. Ты что-то спросил?

— Я хотел бы узнать, чем закончились переговоры.

Ланс оказался в некотором затруднении, не зная с чего начать.

— Позволь спросить, что тебе вообще о них известно?

— О-о, — кузен поднял указательный палец, — я знаю об убийстве их нового Посла. Меня интересует, не успели ли вы что-нибудь необдуманно подписать? Ну, и конечно, общий ход мероприятия. Наверняка, они пытались сыграть на нашей разобщенности.

— Да нет, вроде бы ничего такого не было, — рассеянно ответил Ланс. — Впрочем, сам я в них толком не поучаствовал. Поохотился разве что, на славу.

— Подстрелил кого-нибудь? — развеселившись, поинтересовался Фред.

— Да так, все больше по мелочи.

— Понятно.

Разговор иссяк. Не все сказанное было правдой, не все ложью. Возможно, еще больше было недосказанного либо не сказанного вовсе. Немало было и пустого. Но ничего не было сказано напрасно, этот разговор был нужен. Он был нужен таким, каким он и стал, и таким, каким мог бы быть в другое время. Внес ли он новые изменения в их жизнь, Ланс пока не знал, но он был готов к любым переменам. Вероятно, те же чувства владели и братом.

— Вот и все, Ланс? — спросил Фредерик.

— Все.

— Но, мы будем вместе?

— Не знаю, не обижайся, но это действительно так.

— Если я вернусь, ты поддержишь меня?

— Лучше пока не делай этого, сейчас я не слишком силен. Да и проверить нужно еще слишком многое.

— В одиночку?

— Я ведь не только о себе говорю.

— Ты все тот же, верный себе Ланселот — наследный принц Фиан.

Ланс подозрительно посмотрел на собеседника, но насмешки не понял.

— Наверное, так и нужно. Прошу тебя только об одном — постарайся не наделать глупостей. И, как только поймешь, что я не такой уж и плохой, вытащи меня отсюда. Поверь, я еще пригожусь вам.

Фредерик встал и направился к двери.

— Желаю удачи, Ланселот.

— И тебе удачи, Фред.

Двоюродный брат вышел.

Из города они выехали затемно. Промозглая погода заставляла плотней запахивать плащи, но и это не спасало от сырости. С неба непрерывно сыпало крупным мокрым снегом и они не проехали и сотни метров, как потеряли город в темноте, но Ланса все это не беспокоило. Случившееся с ним накануне занимало его мысли куда больше. Другое дело солдаты. Рон и Фолк были едва ли не силой вытащены им из-за карточного стола, и сейчас пребывали в угрюмом настроении. Проигравший им кучу монет тип был приятно удивлен, узнав, что обобравшие его парни собираются съехать, не дожидаясь утра и открытия местного банка. Они ограничились тем, что очистили его карманы и забрали все имевшиеся при нем украшения, что было лишь мизерной компенсацией выигрыша. Он и не думал возмущаться, наоборот, он заверил, что все понимает и будет дожидаться их возвращения для окончательного расчета. Даже тогда, глядя на его хитрую физиономию, солдаты усомнились в этом. Сейчас же, успев потрястись в седле, промокнуть и продрогнуть, их сомнения превратились в уверенность, что делало жизнь еще горше.

Так, в молчании, маленькая процессия и одолела большую часть пути. На востоке сквозь деревья проглянул край солнечного диска, снегопад прекратился и, кажется, даже потеплело.

...Рон остановил коня и негромко произнес: «Приехали».

Дорога вывела их на вершину отлогого голого холма, с которой открылся вид на обширную пустошь, простирающуюся до самого горизонта. А прямо под ними догорал обугленный остов Храма Единого Творца.

На черной, выжженной до корней земле повсюду валялись дымящиеся головешки и почерневшие камни. Раздуваемые ветром, над землей носились тучи пепла, распространяя повсюду запах гари.

Но заброшенным это место никак не выглядело. Куда бы ни посмотрел глаз, отовсюду к погорелищу стекались люди. Вокруг сожженного Храма уже возводилось несколько бараков, а в окружающем людском мельтешении не было признаков хаоса и разброда. Массы новоприбывших энергично управлялись людьми в серых плащах, которые, впрочем, и сами не чурались работы. Значительная часть территории Миссии уже была очищена от обломков и руин, а все новые штабеля строительных материалов росли прямо на глазах. Ланс подумал, что отыскать в таком скопище людей отца Мора будет совсем не просто. Но первый же встречный указал ему дорогу.

Отец Мор остался все тем же моложавым резковатым в движениях человеком, каким его и запомнил принц. Сейчас он пребывал в состоянии веселого возбуждения, непрерывно потирал запачканные руки, озирался по сторонам, перебрасывался шутками с окружающими. Ланс кожей чувствовал исходящие от него флюиды энергии. Не мог не заметить он и того, как благотворно присутствие этого человека действует на людей вокруг. Люди оживали на глазах, хотя многие, судя по всему, еще принимавшие участие в тушении пожара, выглядели неважно.

Там, где он появлялся, работа закипала с удвоенной силой.

Так, улыбаясь во весь рот, отец Мор и подошел к ним:

— Ваша Светлость, очень рад Вас видеть, хотя, признаюсь, и не ожидал этого.

Он поклонился, и глаза его за толстыми темными стеклами очков блеснули.

— И я рад новой встрече, отец. Признайтесь, ведь вы узнали меня еще в тот раз?

— Нет, нет, Ваша Светлость, клянусь, это не так, — серьезно ответил тот. — Но уже тогда я понял, что Вы далеко не обычный кавалерийский капитан.

— И навели справки, — подсказал Ланс с улыбкой.

— Вовсе нет, Ваша Светлость. Просто спустя какое-то время мне попался на глаза портрет Королевской Семьи... И мне стало очень стыдно, что я не сумел оказать Вам достойный прием. Мне стыдно вдвойне, что я не могу этого сделать и сейчас.

— Что вы, не смейте и думать об этом! Я обязан вам жизнью!

Приложив руку к сердцу, отец Мор снова поклонился. Рон и Фолк стояли чуть впереди и подчеркнуто глядели в сторону. Про себя Ланс усмехнулся их ребячеству.

Тем временем отец Мор пустился в объяснения положения, в котором оказалась его Церковь и Ланс заскучал. Чутко уловив его настроение, храмовник оборвал себя и внимательно посмотрел на принца.