Когда наступит рассвет (СИ) - Кострова Анна

— Я думаю, ты все поняла. Ты вроде не глупая, — Кора подходит к окну, вглядываясь в толпу. — Я думаю, ты уже получила первое предупреждение?

Почему-то сейчас Миллер хочется строить из себя дурочку, не сознаваться, начать все отрицать. Она чувствует себя девочкой, загнанной в угол. И она не знает, как оттуда выбраться, как избежать наказания.

— Я не понимаю, о чем ты.

— Боже, Миллер. Я уже давно заметила, как ты смотришь на Уилсона, а он — на тебя!

— На той фотографии не он. Это мой… старший брат Кристиан, — нагло врет девушка, надеясь найти спасение. — Поэтому я не понимаю, зачем ты мне угрожаешь.

Эбби становится более уверенной, ведь история с братом кажется ей удачной. По крайней мере, она так думает. Она встает со стола, уверенным шагом направляясь к двери, думая, что на этом можно и закончить разговор, но ее снова останавливает чужая рука, причем так сильно и грубо, что девушка чувствует слабую боль в предплечье.

— Хватит, Миллер! Прекрати! — женский кулак стучит с огромной силой по столу.

Эбби, честное слово, чувствует ее разгневанность, но все еще кажется неприступной крепостью. Она разворачивается, безо всяких эмоций глядя на нее, пытаясь за этой маской скрыть весь страх, всю тревогу. Она понимает, что Джонс не так просто провести. Наверняка, она уже полностью изучила биографию Миллер и знает, что ее брат уже как год мертв.

— Знаешь, я бы поверила в это, если бы не знала правду, если бы не видела все собственными глазами, — сухо проговаривает та, начиная рассказ.

Вечер был слишком душным, чтобы находиться в квартире со спертым воздухом. От жары даже не помогает кондиционер, который, кажется, должен охлаждать. Кора, встав с дивана, помещает ноутбук с открытой вкладкой на сериал на стеклянный столик и босыми ногами идет на кухню за охладительным напитком. Открыв дверцу холодильника, она достает недавно приготовленный яблочный смузи, помещает туда трубочку и делает блаженные глотки, чувствуя, как прохлада растекается внутри.

Посмотрев на часы, которые показывают восемь вечера, она решает, что сейчас самое подходящее время выбраться на недолгую прогулку, тем более ей хочется опробовать новый объектив фотоаппарата, который пришел ей пару дней назад. Она натягивает на себя белые босоножки, хорошо сочетающиеся с ее легким белым платьицем, захватив заранее сумку с фотоаппаратом, и выбегает на улицу.

Ее квартира находится в центре Лос-Анджелеса, так что, пожалуй, с выбором места ей не предстоит мороки, ведь рядом и так много прекрасных видов. Например, парк Гранд. Этот городской оазис условно делится на несколько зон. Здесь есть фонтаны, бассейны, лужайки и места для отдыха. Парк отлично подходит как для неспешной прогулки и занятий спортом, так и для шумных мероприятий под открытым небом. Тем более, это ее любимое место.

Чтобы быстрее до него добраться, Кора решает идти дворовыми улицами, чтобы избежать большие толпы людей. Она по пути настраивает камеру, делая какие-то ежесекундные снимки. Пригодятся для коллекции, думает она. Она пересекает Юг Бульвар, потом еще пару улиц, пока не выходит на Бойд-стрит.

Сумерки уже начали сковывать город, но это даже лучше, ведь ночью парк еще красивее. Кора, пожалев, что выбрала такой путь, протискивается сквозь толпу, ругаясь себе под нос, ведь из ее рук чуть не выпал дорогущий фотоаппарат, а все из-за неуклюжего парня на скейте. Она удивляется, когда замечает в этом потоке рыжую макушку. Она безошибочно может сказать, что это Эбби.

Джонс хочет подбежать к ней, чтобы поздороваться и спросить, какими судьбами она здесь, ведь знает, что Миллер живет в другом районе, но тут же останавливается, принимая на себя толчки от прохожих. Кора подмечает, что Эбби здесь не одна, а с кем-то, но вот сзади не может разобрать, кто это.

Любопытство просто берет над ней верх, поэтому она желает немного проследовать за ней, а если ее заметят, то она начнет ссылаться на случайную встречу. Как только Джонс удается выбраться из круговорота людей, она скрывается за углом одного из зданий, ведь Эбби с парнем остановилась. Кора замечает, что они держатся за руки, и решает запечатлеть этот милый момент.

Когда темноволосый мужчина поворачивается боком, то Джонс удается его рассмотреть: немного бледная кожа, алый румянец на скулах, бесчисленное количество родинок на лице. Этот образ кажется ей знакомым, но она не может вспомнить, где же видела его раньше. Она прокручивает его в голове, словно через мозговой сканер, и только тогда она осознает: это не кто иной, как мистер Уилсон.

— Черт, можно поаккуратнее! — зло шепчет Кора, как только ее задевает какой-то парень.

— Следишь за кем-то, красотка? — облокотившись на стенку, спрашивает тот.

— Отвали! Иди, куда шел! Не мешай! — посылает она, выглядывая из-за угла и спокойно вздыхая, замечая, что они все еще здесь.

Томас обнимает Эбби, и Джонс подносит к правому глазу фотоаппарат, делая очередной снимок. Это кажется ей довольно-таки интересным, поэтому она уже готова отказаться от прогулки в парк Гранд, лишь бы узнать, что будет дальше.

Как только Уилсон поворачиваются в сторону Джонс, она снова скрывается, желая быть незамеченной. Теперь она точно убедилась, что Эбби обнимается с преподавателем по сценическому искусству. Кора довольно ухмыляется, словно продумывает роковой план, о котором будет известно только ей.

— Томас, это место не слишком опасно для встреч, это же центр Лос-Анджелеса, — проговаривает та, настороженно оглядываясь по сторонам.

— Эбби, сейчас уже вечер, здесь слишком много людей, чтоб нас заметили, — он берет ее за руку. — Тем более то место, которое я хочу тебе показать, находится именно в центре.

Держась за руку, они проходят мимо художественной галереи, на которую девушка смотрит с замиранием сердца, затем они делают несколько поворотов и оказываются на Восток 2-й стрит. Там, прямо перед глазами Эбби, находится высотное здание, с крыши которого, наверняка, виден весь город, словно на ладони. Миллер не до конца понимает, почему они остановились именно здесь, но все здания закончились, а по правую сторону от нее лишь мостовая, которая светится разноцветными огнями. Но она молчит, лишь ожидая дальнейших действий своего парня. Томас, вдруг останавливаясь, подходит к ней ближе. Он аккуратно берет ее за подбородок, словно она хрустальная кукла, и касается ее губ, которые оказываются слишком податливыми.

Кора решает больше не следовать за ними, ведь ей уже достаточно того, что она увидела и наснимала. Она разворачивается, направляясь в сторону дома, совершенно забыв о своей главной цели. Все мысли спутаны, ведь новая информация буквально ошарашила ее. Как она раньше этого не заметила?

Джонс замолкает, закончив свою историю, а Эбби находится в огромном шоке, ведь теперь у нее точно нет никаких преимуществ: если раньше она могла сказать, что фотографии — это монтаж, то сейчас это не сработает, ведь Кора видела все собственными глазами.

Ноги становятся ватными, поэтому она опирается одной рукой на парту, будучи не в силах держаться без опоры. Огромный ком подкатывается к горлу, но Миллер проглатывает его, стараясь не показывать то, что ее застали врасплох. Она поднимает глаза на Кору, которая уже с презрением смотрит на нее, замечает, что она вовсе не поменялась в лице, разве что стала ехидно улыбаться.

— Мне казалось, что мистер Уилсон — человек с принципами и моральными нормами… Интересно, что будет, если эти фотографии будут не у тебя, а у кого-нибудь выше? Например, у ректора? — ухмыляется, подходя к Эбби. — Эх, Миллер, до чего же ты докатилась?

— Подожди, что ты хочешь взамен на эти фотографии? — хрипло спрашивает Эбби.

Джонс лишь смеется, будто все происходящее для нее просто игра, в которой она лидирует. Она насмешливым взглядом обрасывает никчемную, ничего не стоящую, по ее мнению, Миллер.

— Ха, просто не хочу, чтобы такие, как вы, были здесь. Я понимаю, что Уилсон очень горяч, особенно в очках, ну, или, когда он злится. Но я смогла как-то держать себя в руках, а ты просто отдалась ему полностью и без остатка. Тебе должно быть стыдно, ведь я была лучшего о тебе мнения.