Между нами лёд. Книга первая - Дарья Ларина

от такого заявления, казалось, выпал из реальности на несколько секунд.

– Если бы не он – у нас было бы «золото»! – гневно констатировал он, поднимаясь со стула и заставляя Диму напрячься. Рыжеволосый одиночник всерьез почувствовал угрозу с его стороны для Ксюши, а потому поднялся следом.

– Хочешь что-то мне сказать? – прорычал Громов.

Таня переглянулась с подругой, отмечая, что воздух в раздевалке был наэлектризован до предела.

– Я хочу попросить прощения, – с трудом произнес Дмитрий и увидел, как глаза Евгения стали менее злыми. Громов вспомнил себя двадцатилетнего. Он тоже падал. У него тоже были свои «Евгении Громовы», которые восхищали катанием и раздражали тем, что до их уровня было просто невозможно добраться. Но годы шли. И он добрался.

– Ладно, – вздохнул Евгений, удивляя присутствующих. – Если у тебя будет свободное время, которое придется на наши ледовые тренировки, приходи.

Глаза Димы округлились, и в них загорелась надежда.

– Будем разбираться с твоими прыжками, – закончил фразу Громов, а затем протянул одиночнику ладонь для рукопожатия в знак примирения.

* * *

На ледовой арене был установлен пьедестал, который отличался своей длинной, так как предусматривал нахождение нескольких человек на каждой из ступеней. Первыми были приглашены бронзовые призеры – сборная Соединенных Штатов. Американские фигуристы с широкими улыбками запрыгнули на пьедестал и помахали болельщикам, которых, в силу территориальной близости Канады с их родной страной, было очень много.

Следующее место было отведено для сборной России. Фигуристы всё ещё не отошли после поражения, однако все, включая Татьяну и Евгения, понимали, что без их участия им не светила бы даже «бронза». Именно участие Алексеевой и Громова дало надежду и шансы не только на пьедестал, но и на «золото». Другой вопрос заключался уже в том, как этим шансом воспользовались остальные…

Россияне подъехали к ковровой дорожке у пьедестала и переступили на неё. Громов, стоящий по центру, протянул одну свою ладонь Тане, а другую Ксюше. Фигуристки вложили в его ладони свои, а затем и все остальные фигуристы взялись за руки. На пьедестал они запрыгнули вместе, гордо подняв руки вверх. Поражение извечному сопернику в плане фигурного катания было обидным, но всё же для большинства россиян, стоявших сейчас на пьедестале, эти игры были первыми. И такой результат – прекрасное начало.

Сборная Канады с громкими возгласами радости поднялась на первое место под оглушительные аплодисменты людей, большинство из которых были жителями именно этой страны. Побеждать на домашних играх – предел мечтаний, а потому канадские фигуристы ликовали, не сдерживая эмоций. Россияне и американцы были вынуждены улыбаться и аплодировать, невзирая на горький осадок внутри, который у серебряных призеров был отчего-то больше, чем у бронзовых.

После цветочной церемонии в ледовом дворце олимпийских чемпионов и призеров привезли на огромную площадь, на сцене которой был пьедестал. Теперь предстояло получить медали. Ночной Ванкувер не радовал хорошей погодой, одаривая присутствующих холодными порывами ветра и мокрым снегом. Но атмосфера праздника и триумфа, помноженная на эмоции тысяч людей, что пришли ночью на площадь чествовать победителей, заставляла не обращать на погодные условия никакого внимания.

Татьяна, слушая гимн Канады, стояла со своими соотечественниками на второй ступени пьедестала с серебряной медалью на шее. Перед глазами в этот миг проносилась, кажется, вся жизнь. Ещё буквально три месяца назад одно только участие в Олимпийских Играх казалось несбыточной мечтой. Но сейчас она стояла здесь. Рядом с сильнейшими фигуристами мира. Рядом с потрясающим мужчиной. Воображение уже дарило сладкие образы, в которых она стояла рядом с Евгением на высшей ступени пьедестала только вдвоем. И это будет только их победа. Победа того самого «мы». Победа, которая состоится совсем скоро.

На волне этих мыслей, даривших Татьяне эйфорию, она сильнее прижалась к стоявшему за спиной Громову.

– Моя первая олимпийская медаль была бронзовой, – прошептал он и улыбнулся, положив ладонь на её талию, – а у тебя сразу же «серебро».

– Учись! – пошутила Татьяна, за что получила от партнера шлепок по ягодицам. Благо, ни для кого не заметный.

* * *

Всю дорогу до олимпийской деревни Алексеева держала в руках медаль, вытащив из деревянного футляра. Она крутила её и поглаживала, кажется, до сих пор не осознавая, что это действительно медаль Олимпийских игр. И она принадлежит ей.

С сидящим рядом Громовым Татьяна боялась начинать разговор. Он сидел с закрытыми глазами, кажется, начиная засыпать. День выдался нелегким, а впереди ещё личный зачет.

– Думаешь, я всё ещё злюсь? – предположил Евгений, выходя из автобуса и подавая руку Татьяне. – После окончания командника, мы перекинулись только парой фраз на церемонии награждения…

– Это я злюсь. На себя, – пробормотала Таня, смотря на припорошенный легким снегом асфальт.

– Это урок на будущее, что нужно всегда слушаться меня, – строго, но всё же с улыбкой, ответил Громов. Он нашел в себе силы принять случившееся. Да, они не первые. Да, они проиграли канадцам досадно, в самый последний момент. Но впереди личный зачет. – В конце концов, – задумчиво добавил Громов, – у меня теперь, кажется, намечается полный комплект олимпийских медалей.

* * *

В холле дома, принадлежащего сборной России, фигуристов встречало большое количество соотечественников. Они сидели на полу и диванах, устроившись перед большим телевизором, на котором шли трансляции соревнований. Когда в дом вошел Громов, все спортсмены заговорщически переглянулись.

– Твою ма-а-ать! – хором громко протянули они, заставляя Евгения остановиться и оглядеться по сторонам.

– Это… – напрягся Громов, смотря на веселые лица коллег по спортивному цеху. – Это показали в трансляции?

– Да! – сквозь смех ответил один из хоккеистов. – И это ну очень явственно читалось по твоим губам. Особенно в замедленной съемке.

– Твою мать… – вздохнул Евгений, поправляя ремень спортивной сумки на плече. И под ещё более громкий смех российских атлетов направился в свой номер.

* * *

В день, в который Татьяне и Евгению предстояло катать короткую программу, Алексеева не успела сбегать к врачу по поводу плеча. Этот день с самого своего начала закрутил её так сильно, как не крутил во время прокатов даже Громов. Завтрак, пресс-конференция, обед, тренировка, час на сон, а после – подготовка к прокату короткой программы в рамках уже личного турнира, который имел совсем