Аромат ландышей - Светлана Алексеева

После ужина Наташа убежала к себе. Усевшись на диван, Лена включила телевизор. Бутузов, уставившись в голубой экран, молчал. Казалось, он не знал, о чем говорить. Тему его несчастного бизнеса Лена не поддерживала, танцевать не звала. Придвинувшись ближе, он положил руку ей на грудь и жадно поцеловал. Женщина испуганно отпрянула назад.

– Ты что?! Не надо! Ты же понимаешь, что дочь дома! В любую минуту она может сюда войти, – одернув кофточку, возмутилась Лена.

– Какой кошмар! – в сердцах воскликнул Бутузов и встал. – Детский сад. И что мне теперь делать? Я хочу тебя, понимаешь? Отправь ее погулять или поехали ко мне!

Лена быстро поднялась. Будь она мужиком, она бы врезала ему сейчас между бровей. Еле сдерживая себя, она пристально посмотрела на него. Как же она ошиблась! Не зря подруги говорили, что этот педант не для нее.

– Юра, спасибо за вечер. Езжай, пожалуйста, домой. У меня очень разболелась голова, – медленно, чеканя каждое слово, проговорила Лена.

Округлив глаза, мужчина удивленно уставился на нее.

– До свидания, – процедила женщина.

– Лен, я тебя что, обидел? – сделав невинное выражение лица, спросил Бутузов.

– Юра, я тебе все сказала. Уходи.

Молча собравшись, Бутузов торопливо ушел. Не попрощавшись с Наташей, не попытавшись поцеловать ее. Ушел навсегда. Так решила она.

На этом свой поход за счастьем Лена решила прекратить. В конце концов, мужики не самое главное в жизни. Конечно, хорошо, когда тебя любят. Приятно чувствовать крепкие мужские объятия. Но именно сейчас Лена поняла: секс и любовь – это совершенно разные вещи. В сексе берут, в любви – отдают. Любил ее по-настоящему только Гриша. Наверное, большего ей не дано. У нее есть дочь. Это самое главное. Хорошая, добрая, самая лучшая! Что ей еще надо? Дочь для нее была всем: воздухом, солнцем, водой… И никому в мире она в обиду Натку не даст! Тем более таким ловеласам, как этот Бутузов.

Прибрав, Лена зашла в комнату к дочери. Лежа в постели, девочка читала рассказы Носова.

Женщина наклонилась, погладила девочку по голове и поцеловала в щеку.

– Солнышко, уже поздно. Давай спать!

Улыбнувшись, Наташа положила в книгу закладку и выключила ночник.

Глава 29

Закутавшись в теплый плед, Лена смотрела финал «Песни года 99». С замиранием сердца она слушала любимые песни Ротару и Николаева, Пугачевой и Малинина. На улице уже смеркалось. В духовке медленно подрумянивались пироги. Именно сегодня женщина во что бы то ни стало хотела их испечь. Не для себя – для Натки. Считая себя виноватой во вчерашнем, Лена изо всех сил хотела ее побаловать. Утром дочка с подругой поехала в гости в Бородянку. В маленьком районном городке жила бабушка Наташиной подруги – Риты. Днем дочка ей перезвонила, сказала, что у них все хорошо. К шести Натка обещала вернуться домой. Женщина мечтательно улыбнулась и поправила плед.

Красивая, постройневшая, с экрана телевизора пела Лариса Долина:

– Льдинка, льдинка, скоро май, льдинка, льдинка…

Неожиданно в коридоре зазвонил телефон. Лена нехотя скинула с себя плед. Кто бы это мог быть? А если Бутузов?! Тогда она скажет ему все честно. У них ничего не выйдет. Они разные. Она не для него. Вздохнув, женщина подняла трубку:

– Алло!

– Здравствуйте, это квартира Бондаренко? – услышала она незнакомый мужской голос.

– Да, – удивленно протянула Лена.

– Простите, с кем я говорю? – поинтересовался мужчина. Голос его заметно дрожал.

– А кого вам надо? – возмущенно ответила женщина и напряглась. Наверное, Юра подослал своих друзей. Хочет ее достать.

– Простите, – вежливо проговорил мужчина. – Мне нужна мама Бондаренко Натальи.

Женщину бросило в жар. Лена поняла – с Наткой что-то произошло.

– Я ее мама, – ледяным голосом ответила она.

– Простите, – снова повторил мужчина и тяжело вздохнул. – Я заведующий скорой помощи Бородянского района, Вакульчук Александр Макарович. Только что я привез в больницу вашу дочь. Их автобус попал в аварию. Понимаете, гололед, занесло.

– Что с ней? – низким осипшим голосом спросила женщина. От волнения у нее перехватило дыхание.

– Простите, – смущенно повторил врач. – У нее сотрясение головного мозга и сложный перелом. Когда я приехал, девочка была без сознания.

– Нет! – изо всех сил выкрикнула Лена. – Нет! Этого не может быть. Она все, что у меня есть на земле. Умоляю, спасите ее! Спасите ее!

– Мы делаем все, что в наших силах.

Не выпуская трубки из рук, женщина осела на пол.

– Как мне ее найти?! – дрожащим голосом с трудом выговорила она.

– Она в районной больнице, сейчас находится в реанимации. Простите за этот звонок.

Ничего не ответив, Лена положила трубку.

Дрожа, женщина накинула на себя дубленку. Подошла к двери, вернулась и, остановившись посередине коридора, начала с силой тереть виски. Казалось, еще немного – и она упадет. Глубоко вдохнув, Лена схватила с тумбочки ключи от машины и кошелек. Не закрывая дверь, она выбежала на площадку. Остановившись, попыталась овладеть собой. Нет, нет, этого не может быть! Ее единственная кровинка, ее доченька, та, ради которой она живет, лежит сейчас в реанимации. Нет! Жизнь Натки висит на волоске. Завыв, не помня себя, Лена позвонила в соседскую дверь.

К счастью, дверь быстро открылась.

– Леночка, что случилось? – взволнованно спросил Анатолий Александрович и снял ее руку с кнопки звонка. Улыбаясь, к ним вышла Татьяна Николаевна.

– Натка в реанимации, – часто дыша, чуть слышно произнесла Лена. Словно раненая собака, женщина с мольбой смотрела мужчине в глаза. – Попала в аварию. Это в Бородянке. Я туда сама не доеду. Я не могу.

– Леночка, успокойся. Я еду с тобой! – взволнованно ответил мужчина и, быстро обернувшись, крикнул: – Таня, бегом принеси валокордин.

Не отводя взгляда от Лены, Анатолий Александрович на ходу натянул на себя куртку и сапоги.

Перепуганная Татьяна Николаевна побежала на кухню. Немного побледнев, она вернулась с рюмкой в руке.

– Тридцать капель. Пей, – проговорила она, с болью вглядываясь в лицо Лены.

Женщина послушно выпила.

Схватив барсетку, Ищенко выбежал из квартиры.

– Идем! Поедем на моей машине.

– Таня, посидите у меня дома, – смахивая с лица слезы, попросила Лена. – Мне могут из больницы звонить.

– Хорошо, – ответила женщина и прижала ее к себе. – Но я прошу тебя, будь сильной. Бог помогает тому, кто доверяет ему! Верь, все будет хорошо. Наташе не слезы, ей твоя помощь нужна. Слышишь меня?

– Да, – бросив на нее пустой, блуждающий взгляд, ответила Лена.

Несмотря на то что Анатолий Александрович был отличным водителем, из Киева до Бородянки они ехали почти полтора часа. На улице кружила сильная метель. В метре от капота ничего не было видно.