Жизнь в авиации - Степан Красовский

"...Мы ненавидели фашизм, готовы были с ним бороться, не щадя себя, но как и где бороться, чтобы быстрее освободить свою родину, не всем было ясно. Среди нас были и такие, которые считали, что следует пробираться в Англию, где находилось эмигрировавшее чехословацкое правительство, и по слухам, там предполагалось формирование чехословацких частей. Но никому не было ясно, каким образом, когда и где эти части вступят в борьбу с немецко-фашистской армией и как они смогут изгнать фашистов из Чехословакии.

С таким настроением мы и прибыли в штаб формирования, не будучи твердо убеждены, что и здесь мы найдем то, что ищем...

Мы высказали свои настроения и сомнения командиру у батальона подполковнику Л. Свобода и заместителю командира батальона Б. Ломскому и получили от них немногословное, но убедительное разъяснение... В мире существует только одна армия, которая способна одолеть фашизм, - это Красная Армия. Поэтому у нас, чехов и словаков, один путь к освобождению нашей родины - вместе с Красной Армией громить врага до полного его уничтожения".

Эти строки из воспоминаний ветерана полковника военно-воздушных сил Чехословакии К. Борского хорошо отражают настроение офицеров-патриотов, жаждавших борьбы с фашизмом.

К лету 1944 года 1-й чехословацкий батальон, а затем и бригада уже успели получить боевое крещение на Воронежском фронте, в районе Соколово, активно участвовали в составе войск нашего фронта в боях за Киев. Еще весной была создана авиационная эскадрилья, на базе которой был сформирован 1-й истребительный авиаполк.

И вот войска 1-го Украинского фронта подошли к Карпатскому хребту, за которым лежала оккупированная врагом Чехословакия. Братский народ с часу на час ожидал своего освобождения от ига оккупантов, нанося тем временем чувствительные удары по врагу. В августе особенно активизировалась деятельность подпольных групп и партизанских отрядов, возглавляемых коммунистами в восточной части Чехословакии. На очередь дня встал вопрос о координации действий регулярных частей Красной Армии и чехословацких партизанских отрядов. Решить эту задачу можно было только с помощью авиации.

В середине августа 208-я ночная бомбардировочная авиадивизия под командованием полковника Л. Н. Юзеева начала выполнять задачи в интересах штаба партизанского движения 1-го Украинского фронта. По просьбе чехословацких товарищей в тыл противника, в двадцати километрах северо-восточнее Прешова, с самолета была выброшена группа подрывников и минеров в составе шестнадцати человек. Затем в район Прешова мы послали самолет для связи с партизанами. На нем направились в Словакию капитан Михалевич, старший лейтенант Баранов и радистка. Вылетев с аэродрома Рудна Белька (западнее Жешува), экипаж взял курс на юго-запад. Тяжело нагруженный По-2 с трудом набрал высоту, необходимую для преодоления Карпат. В полной темноте, не видя земных ориентиров, Иван Баранов точно вывел самолет к цели.

В семнадцати километрах от города летчик увидел несколько костров. Это была посадочная площадка чехословацких партизан. Самолет пошел на посадку, и через несколько минут экипаж находился в объятиях друзей. Здесь же, у машины, завязалась беседа. Летчик Михалевич рассказал об успехах Красной Армии, о дружеских чувствах советских людей к чехословацкому народу.

На следующую ночь Михалевич и Баранов вылетели снова. На борту По-2 находился командир партизанского соединения Ягута. Экипаж благополучно преодолел значительное расстояние и доставил чехословацкого представителя во Львов, Это был первый вклад наших авиаторов в дело освобождения братского народа.

С огромным энтузиазмом личный состав 2-й воздушной армии узнал, что 1-й чехословацкий истребительный авиаполк включен в состав нашей армии, что двадцать шесть летчиков успешно осваивают Ла-5.

- На боевые задания не спешите их посылать, - предупредили нас. - Вновь сформированную часть надо вводить в бой очень осторожно.

Конечно, нельзя было рисковать единственным чехословацким полком. Тем более что у нас было достаточно своих сил и имелась возможность основательно подготовить чехословацких летчиков к боевым действиям.

Сначала в Проскурове, а затем в Перемышле, куда перебазировался 1-й чехословацкий истребительный авиаполк, развернулась напряженная учеба. Летчикам предстояло изучить незнакомый район полетов, освоиться с нашей системой управления истребителями, получить дополнительную тренировку в технике пилотирования, в практике воздушных боев и стрельбе.

Но жизнь на фронте полна перемен. Недаром говорят: "Победу не ожидают, а догоняют". В самый разгар учебной работы произошло важное событие: на территории Словакии, в полосе наступления нашего фронта, началось народное восстание против немецко-фашистских оккупантов. Учебные дела пришлось срочно свернуть, и 17 сентября полтора десятка наиболее подготовленных летчиков 1-го чехословацкого авиаполка вылетели на аэродром Зволен, в район Баньской-Быстрицы - центр восстания.

Вслед за истребителями в Зволен ночью полетели советские транспортные самолеты. Они везли техников и мотористов, солдат и офицеров 436-го батальона аэродромного обслуживания во главе с инженер-подполковником А. П. Рубцовым. На самолетах были доставлены также горючее и боеприпасы, запасные части и продукты питания - все, в чем нуждались чехословацкие друзья.

5-й авиационный корпус дальнего действия использовался для доставки личного состава, вооружения и боеприпасов на аэродром Три Дуба. Самолеты перевезли в район восстания и одну из бригад 1-го чехословацкого армейского корпуса.

В первых числах сентября была подготовлена Карпатско-Дуклинская операция. Главный удар по врагу наносила 38-я армия генерала К. С. Москаленко вместе с 1-м чехословацким армейским корпусом под командованием Л. Свобода.

Командующий войсками 1-го Украинского фронта приказал:

- Наступление в Карпатах надо поддержать основными силами авиации.

Авиационные начальники доложили ему о наших возможностях и трудностях, в особенности с организацией базирования и снабжения горючим. Дело в том, что все аэродромы были расположены на правом крыле фронта, а в горах, как известно, летные поля найти очень трудно. Значит, до Кросно и Санок надо лететь не менее ста - ста пятидесяти километров. Горючего же во 2-й воздушной армии было всего на две заправки.

- Это почти четыре тысячи самолето-вылетов. Так? - спросил комфронта.

- Даже меньше, если учесть, что часть горючего будет израсходована в полете над своей территорией,- ответил я.

- Не богато. У Варенцова снарядов маловато, у Красовского горючего. А друзьям помогать надо...