История России ХХ - начала XXI века - Леонид Милов

Кадеты изначально занимали антисоветские и антибольшевистские позиции. В Москве они стали создателями одной из первых подпольных организаций. Традиционно кадеты пользовались значительным влиянием на Юге, среди казачества. Не случайно они предпринимали попытки создать на Дону Белую гвардию из офицеров, юнкеров, помещичьей и буржуазной молодежи. Кадетские активисты приняли деятельное участие в сборе средств для организации антибольшевистского сопротивления. Однако 28 ноября Совнарком утвердил написанный Лениным декрет, согласно которому кадеты объявлялись «партией врагов народа», а их лидеры подлежали аресту и суду революционного трибунала. 2 декабря ВЦИК объявил Партию народной свободы вне закона.

В отличие от кадетов, партии меньшевиков и эсеров не имели единой, четко выраженной линии политического поведения ни в отношении свергнутого правительства Керенского, ни в отношении Совнаркома и большевистско-левоэсеровского ВЦИК. Среди меньшевиков были и сторонники соглашения с большевиками «на общей политической платформе», и лица, выступавшие за «полный разрыв с большевизмом не только на словах, но и на деле», а также те, кто считал необходимым сотрудничество с большевиками посредством их склонения к уступкам.

Драматично складывалась ситуация в эсеровской среде. К моменту вооруженного восстания уже фактически существовала, хотя и не была формально конституирована, партия левых эсеров, поддержавшая на II Всероссийском съезде декреты о земле и мире, согласившаяся на вхождение во вновь избранный ВЦИК. За это лидеры левых эсеров были исключены из партии. Окончательное разделение этой самой массовой российской партии произошло на ее IV съезде (конец ноября — начало декабря 1917 г.). Раскол партии вызвал дезорганизацию в ее рядах, сократил возможности политического влияния. Как меньшевики, так и правые эсеры не допускали никакого иного решения, кроме низложения руководимого Лениным правительства и передачи всей полноты власти Учредительному собранию и созданным по его решениям органам.

Большевики использовали раскол в эсеровской среде для расширения и укрепления социально-политической основы захваченной власти. Уже 9 ноября они начали переговоры с левыми эсерами об их вхождении в правительство, но окончательный союз сложился в результате работы Всероссийского (Чрезвычайного) и II Всероссийского съездов Советов крестьянских депутатов (Петроград, ноябрь — декабрь 1917 г.). Из 790 делегатов II съезда было: большевиков — 91, левых эсеров — 350, правых эсеров — 305. Вначале все работали вместе, но по мере нарастания противоречий (на девятый день) съезд раскололся примерно пополам, и «раскольники» заседали раздельно.

Правые эсеры увели за собой депутатов, стоявших на позиции защиты Учредительного собрания и считавших «так называемый “Совет народных комиссаров” незаконным захватчиком власти». Другая часть съезда стояла на платформе II съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, что позволило большевикам и левым эсерам заключить важные соглашения, в том числе о вхождении 108 членов нового избранного исполкома съезда в объединенный ВЦИК Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. 17 ноября и 13 декабря представители левых эсеров вошли в состав Совнаркома. В его почти ежедневных заседаниях наркомы — левые эсеры принимали деятельное и конструктивное участие.

Союз большевиков и левых эсеров имел важные политические последствия. Во-первых, социалистические партии разделились на два лагеря: сторонников советской демократии и парламентарной демократии. Во-вторых, усилились позиции Совнаркома и объединенного ВЦИК, получивших возможность выступать от имени большей части трудового населения России. В-третьих, раскол единой партии эсеров и блок левых эсеров с большевиками давали сторонникам Ленина сильнейшие доводы для собственной, широкой интерпретации итогов выборов в Учредительное собрание.

Назначены они были на 12 ноября еще правительством Керенского. Подготовкой занималась Всероссийская комиссия по делам о выборах («Всевыборы»). 27 октября Совнарком на первом же заседании подтвердил, что выборы состоятся в назначенный срок. Однако вскоре настроение ленинцев стало меняться.

12 ноября в 68 округах состоялись выборы депутатов в Учредительное собрание, в которых приняли участие 44,4 млн избирателей. За большевиков проголосовало 24 %, за эсеров, меньшевиков и схожие с ними различные национальные партии — 59, за кадетов и стоящие правее их организации — 17 %. Из 703 избранных депутатов 229 были эсерами, 168 — большевиками, 39 — левыми эсерами, 17 — кадетами, 16 — меньшевиками.

Итоги выборов с очевидностью свидетельствовали, что большинство граждан высказалось за демократическое будущее России на базе многопартийности при соблюдении принципа социальной справедливости, который в разной форме исповедовали получившие подавляющее большинство голосов социалистические партии. Иначе говоря, социальная база происходящей в России революции была гораздо шире социальной базы РСДРП (б). И это обрекало будущую власть на многие осложнения и конфликты. С точки зрения тактической в ноябре — декабре 1917 г. преобладание меньшевиков и правых эсеров, готовых к союзу с кадетскими депутатами, делало реальной угрозу нового двоевластия.

Впервые идея роспуска еще неизбранного Собрания обсуждалась на заседании Петроградского комитета РСДРП (б) 8 ноября. И хотя тогда она не была поддержана, участники заседания допускали возможность роспуска в том случае, если «массы ошибутся с избирательными бюллетенями» и новый учредительный орган займет враждебную в отношении советской власти позицию. Знакомство с итогами голосования подтолкнуло большевиков к практическим действиям в этом направлении.

Учитывая это, меньшевики и эсеры в конце ноября 1917 г. организовали Комитет защиты Учредительного собрания, который развернул активную устную и печатную агитацию в пользу его своевременного созыва. К середине декабря позиции сторон ужесточились. 12 декабря ЦК РСДРП(б) одобрил написанные Лениным «Тезисы об Учредительном собрании», где прямо говорилось, что «единственным шансом на безболезненное разрешение кризиса» могло стать «безоговорочное заявление» Учредительного собрания о признании им советской власти и принятых ею декретов. Тезисы звучали как ультиматум. Не сидели сложа руки и противники большевиков. Активизировалась Военная комиссия партии эсеров. На предприятиях Петрограда и в частях его гарнизона она агитировала за вооруженное восстание против большевиков, которое собирались приурочить ко дню открытия Учредительного собрания. Эсеровские боевики готовились уничтожить Ленина и Троцкого.

Большевики, назначив открытие Собрания на 5 января 1918 г., тщательно готовились к этой дате. В боевую готовность были приведены части петроградского гарнизона, подступы к Таврическому дворцу и Смольному блокировали заградительные отряды, патрулировались улицы города. Для «охраны» Таврического дворца, где должно было работать Учредительное собрание, был приглашен «надежный отряд матросов» с крейсера «Аврора» и броненосца «Республика». Утром 3 января мирная манифестация в поддержку Учредительного собрания была обстреляна и затем рассеяна; около ста человек были убиты и ранены. Эти акции стали фоном, на котором в 16.00 открылось первое и последнее заседание Учредительного собрания.

Вскоре после начала его работы Я. М. Свердлов зачитал «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа», которую утвердил накануне ВЦИК. По сути, это был ультиматум эсеровскому большинству: Учредительное собрание должно было либо принять советскую власть и одобрить ее декреты, либо вступить с ней в конфликт. Избранный председателем Учредительного собрания лидер эсеров В. М. Чернов отказался обсуждать этот документ в первоочередном порядке, после чего большевики и левые эсеры покинули сначала зал заседаний, а затем и само Собрание. Работа тем не менее продолжалась, и к утру 6 января был принят ряд важных законопроектов. «Основная часть закона о земле» провозглашала отмену частного землевладения; обращение «К правительствам и народам воюющих стран» призывало начать мирные переговоры; Закон «О государственном устройстве России» объявлял ее «демократической федеративной республикой, союзом свободных народов, в пределах федеральной конституции суверенных».

В 4 часа утра в президиуме Собрания появился начальник караула Таврического дворца матрос А. Г. Железняков и заявил: «Я получил инструкцию, чтобы довести до вашего сведения, чтобы все присутствовавшие покинули зал заседания, потому что караул устал». Явившихся к 17 часам для продолжения заседания депутатов в здание не пустили. В ночь с 6 на 7 января ВЦИК принял декрет о роспуске столь долгожданного Учредительного собрания. Этот акт почти не вызвал протестов.