Херег-меченосец - Александр Никатор

Подошёл храмовник судна и стал, постоянно указывая на Хелега, о чём то спорить с Конрадом. Судя по недовольным лицам обоих-каждый остался при своём мнении.

За всеми этими событиями, флагман меченосцев наконец оказался в относительной близости от каракки храмовников и судно убрало паруса. Храмовник когга заскочил в лодку и в сопровождении своего сержанта и пары меченосных-отплыл что бы узнать какие ему будут даны новые распоряжения, в связи с атакой пиратов.

Корабли иовитов возвращались после преследования остатков пиратской флотилии. Стали подплывать к каракке храмовников новые рыцари на райзеканнах и заодно сообщать детали боя и капитану Конраду: первоначально, благодаря наглости и умениям-пиратам удалось кроме каравеллы, захватить ещё и боевой когг и гольк, что шли одними из первых. Однако постоянный обстрел оснастки из бомбард со стороны каравелл, привёл к тому, что кроме шустрых шебек-ни одно судно разбойников не прорвалось слишком глубоко в порядки эскадры орденцев. Те корабли, что подверглись абордажу пиратов-почти полностью потеряли свои первоначальные команды, поэтому флагман меченосцев и стал теперь «притчей во языцах»-так как сам смог отбиться, без помощи «абордажников» иовитов и помогал обстрелом при отражении атаки на каравеллу. Разбойники, потеряв десять кораблей при неудачных абордажах: так как их добычу — всегда возвращали иовиты, со своими» абордажными командами»-повернули назад и были обстреляны ещё множество раз постоянно плавающими на отдалении, оставшимися каравеллами и без какого-либо явного ущерба для себя. Захваченные Пиратские суда — решено взять на буксир: может придётся их где затопить, тем самым заблокировав выход для оставшихся кораблей разбойников из гаваней, а может и так сгодятся, при потере своих судов.

За разговорами о прошедшем бое, оказалось что на флагман меченосцев — прибыло пятеро новых храмовников и они долго шептались с командиром Конрадом, наконец отошли от него и скрылись под палубой, а через пару минут храмовник судна, спокойным тоном попросил: «Брат Хелег, подойдите к нам, нужно обсудить прошедший бой…»

Матерясь и кляня всех «краснопузых» собратьев, Хелег неспеша поднялся и побрёл. Спустившись, он немного помешкал привыкая к темноте. Наконец заметив отблеск одинокого факела, в одной из каморок-направился туда.

Зайдя и набрав побольше воздуха в лёгкие, для ответов на все вопросы-Хелег почувствовал что ему зажимают ладонью рот, а неведомая нога-делает ему подсечку. Потом меченосца стали «скручивать»: тряпка была всунута в рот и завязана узлом на шее сзади. Руки-скручены ремнями и к тому же, особо плотно. Ноги, как и руки-также были связаны, после чего узлы рук и ног связали вместе. На голову меченосцу надели небольшой мешок, полностью закрывавший видимость, но не мешавший дышать и знакомый голос храмовника стал говорить: «Ну а как? — лишь так…Он тут, после абордажа, для своих — почти герой. Если увидят что мы его берём на допрос-начнутся споры, а там и до схваток недалеко, это нам нужно? Тихо спустим, иовиты мне несколько люков боковых указали при осмотре судна-спустим говорю, вы вдвоём выйдете сейчас и пристанете с лодкой под люком, а мы его будем спускать на канатах, а если и сорвётся в воду-невелика беда!» Потом они зашушукались и стали слышны удаляющиеся шаги.

Через довольно ощутимый промежуток времени, как показалось «скрученному» пленнику храмовников, раздался резкий свист: длинный и два коротких сигнала. Скрип открывающегося люка или створок и вновь негромкий голос корабельного храмовника: «Да нет-вот здесь…да, чуток ещё…всё, отлично!»

Хелега подняли и привязав в двух местах к канатам-стали спускать, пару раз больно ударив о корабль. Вскоре его стали поддерживать за руки храмовники из лодки и наконец, полностью оказавшего в их власти меченосца уложили «полуизгибом» на дно. Сам пленник очень опасался, что прямо сейчас его и утопят, однако лодка подождала чего то, а после — неспешно отплыла. Спускающихся с корабля храмовников решили не ждать.

Потом была остановка и вновь переговоры, пленника подняли и вновь куда то потащили, потом бросили на палубу-и опять подняли и потащили и вновь бросили. Через новый продолжительный промежуток времени, раздался голос храмовника, с флагмана меченосцев: «Да, брат Улье-вот этот! Нас и так на его счёт предупреждали, а тут: чудит сильно, хотя и глупо! Я вот и подумал-может не всех «сигнальщиков» пиратов вычистили?»

— Ха! Так ничего, сейчас узнаем…братья-тащите его в «птичник», сейчас он у нас-соловьём заливаться станет, — ответил хриплый и хамовитый голос и храмовники, в несколько глоток, ему ответили хохотом.

Глава двадцатая

Когда с головы Хелега сняли мешок и стали развязывать кляп-он смог немного осмотреться и понять наконец где находится: то что это самое большое судно эскадры, знаменитый флагман храмовников-было сразу ясно, ещё по тому кто и куда его «арестовывал». Меченосцу скорее было интересно где именно, в чреве этого гигантского судна его расположили и кто его станет допрашивать? То что он вновь попал на допрос уже не пугал, всё же не первый раз и определённый опыт это давало.

Привыкший в предыдущие разы к светлым кабинетам и писарям в углу, пленник, потеряв помеху для взора в виде наголовного мешка, мысленно присвистнул: обширное помещение — С факелами по четырём углам, при этом всё равно: крайне мрачное и тёмное, но главное — заставленное клетушками в которых на четвереньках, в виду того что клети были совсем маленькие, такие Хелег видел лишь в детстве у кроликов: сидели или лежали, подогнув ноги, люди. Всего клеток было не менее трёх десятков и почти все казались заполненными людьми. Вонь, резкая и всеобъемлющая-была неотделимой частью данного помещения. Возникало ощущение что допросную камеру установили в яме, при «отхожем месте».

Резкий удар сзади, в лицо ногой — заставил меченосца на время забыть о клетках и людях в них и непроизвольно уставиться на потолок помещения куда его притащили, одновременно захлёбываясь собственной кровью.

— Что скотина, понял теперь почему «птичник»? Мы тут содержим особо упёртых протестников и разбойников-вроде тебя, ослиная ты куча! — сказавший это, новый, незнакомый храмовник, с длинными и редкими чёрными как смоль волосами и птичьим «носом-клювом»-опять нанёс удар ногой, на этот раз в грудь.

— Улье! Подождите…,-запротестовал храмовник с судна Хелега, но как то уж очень наигранно, словно предлагая добавить ещё немного.

— Чего ждать то? И так понятно: это животное и снабжало пиратов информацией о нашей эскадре, а потом, когда нападение на «пекарню» в ночи сорвалось и задержали «рыбаков» ранее, что «метили» улов знаками-решил ещё чего-нибудь учудить нам во вред…так ведь, скотина?» Опять удар, на этот раз по коленной чашечке и тут же Улье стал бить каблуком сапога по пальцам руки меченосца, удобно уложенным двумя дюжими сержантами на доски пола.