Гигабайты власти - Киви Берд

Из самых последних сообщений (до перевода аппарата в «засекреченные») следует отметить пресс-релиз Sikorsky, датированный июлем 2001 года и сообщающий об успешных испытаниях дрона Cypher II, специально построенного для Лабораторий ночного видения армии США (U.S. Army Night Vision Labs). В режиме «умного прибора» робот может самостоятельно взлетать, садиться и работать в воздухе, ориентируясь на местности с помощью системы GPS. В качестве же основного предусмотрен режим ручного управления с мобильной наземной станции [SC01].

Короче говоря, даже при поверхностном обзоре ресурсов Сети многим «фантастическим» подробностям в рассказе полковника-приятеля Эла Мартина находятся документальные подтверждения. Вполне возможно, что более тщательные поиски существенно дополнят картину. Впрочем, некоторым и искать ничего не надо. Ведь по свидетельству все того же полковника, из зарубежных посетителей выставки в Redstone Arsenal наибольший интерес к летающей тарелке-роботу проявили гости-специалисты из Британии, Китая и России.

Ну, а пока доработка бесшумного летающего робота Cypher идет под завесой секретности, в структурах власти США тем временем понемногу внедряется идея об использовании дронов-наблюдателей внутри страны. Для начала – чтобы слишком не пугать обывателей – беспилотные летательные аппараты предложено использовать в охране границы с Мексикой, откуда в страну прибывает наибольшее число нелегальных иммигрантов (а значит – также наркоторговцев и террористов). Выступая перед членами сенатского комитета по торговле, науке и транспорту, глава Управления безопасности отечества Том Ридж обосновал необходимость применения БПЛА очень просто: «Если мы действительно намерены победить терроризм, то нам просто необходимо оснастить их (пограничные патрули) такого рода технологией» [DT03].

После 11 сентября 2001 года в США, где привыкли считать себя технологическим авангардом человечества, весьма популярны дискуссии на тему «Что еще можно сделать, чтобы техника обеспечила государству максимальную безопасность». Конечно, хватает и таких людей, для кого вполне очевидна наивность упований на технологическую защиту в условиях, когда «поле сражения» – всюду, а всякий случайный прохожий – потенциальный террорист. И что все проблемы сводятся вовсе не к технике, а к людям…

Но подобные идеи сейчас никак не назовешь популярными. Власти крупных американских городов, напротив, при всяком удобном случае скандируют, что они по-прежнему столь же беззащитны, как и до 11 сентября известно-какого-года, так как им, дескать, катастрофически не хватает денег на установку всевозможных сенсоров, систем выявления и мудреного оборудования реагирования на опасность. Возможно, вздыхают мэры, ситуация сдвинется, когда начнут поступать те 3,5 миллиарда долларов, которые Белый дом обещает выделять местным властям на техническое оснащение.

А пока что предмет всеобщей мэрской зависти – это Вашингтон, который благодаря столичному статусу, сравнительно небольшому размеру и солидной помощи из федерального бюджета являет собой образец технологических ответов на террористические угрозы. Достаточно лишь окинуть взором транспортную систему города. Местные власти, надо сказать, всерьез озаботились безопасностью еще в 1995 году, отреагировав на газовую атаку с применением зарина в токийском метро, когда погибло двенадцать человек и пострадало несколько тысяч. Сразу же после 11 сентября, в октябре 2001 года, столичная администрация запросила у Конгресса и президента 190 миллионов на укрепление безопасности города. В апреле 2002 года – еще 107 миллионов долларов. На эти деньги чего только не придумали. И детекторы перемещений для автобусных парков и железнодорожных депо – если кто-то вдруг попытается заложить бомбу с часовым механизмом. И специальные GPS-локаторы, которые подают сигнал тревоги, если рейсовый автобус уклоняется от маршрута или угнан со стоянки. Еще запущена пилотная программа по установке цифровых камер слежения в автобусах, а также задуман план прокладки оптоволокна для объединения всех следящих телекамер на станциях метро.

Метро столичного округа Колумбия вообще заслуживает отдельного разговора. Достаточно сказать, что это первая подземка в мире, которая оборудуется сенсорами химического оружия (даже в Токио нет ничего подобного). Две подземные станции были оснащены такого рода датчиками еще до 11 сентября. Еще десять станций начали оснащать в первый же год «затяжной войны с терроризмом», а 20 млн. долларов из дополнительных 107 миллионов запланировано потратить на пятнадцать следующих станций. Со временем предполагается оборудовать такими же сенсорами вообще все станции метро, но и на этом процесс модернизации вовсе не закончится, поскольку в будущем ожидается появление детекторов биологического оружия, а значит – станции будут дооснащаться и ими. Кроме того, на случай химической атаки все работники метрополитена обеспечиваются защитными костюмами и масками-противогазами [MN02].

Естественно, находятся и такие эксперты, которые взирают на всю эту бесконечную и весьма дорогостоящую суету с глубочайшим скепсисом и тоской, поскольку, по их убеждению, в принципе невозможно создать техническую систему раннего оповещения обо всех возможных биологических, химических или взрывчатых угрозах. Достаточно взглянуть на пример Израиля, где не помогают никакие технологии, а ради предотвращения взрывов, по сути дела, пришлось бы тщательно обыскивать каждого прохожего.

В качестве слабого, но зато реализуемого на практике аналога тотального обыска выступают ныне телекамеры наблюдения, которые власти пытаются устанавливать во всех мыслимых публичных местах. Разумеется, далеко не всем это по нраву. В июне 2002 года городской совет Вашингтона обсуждал план создания интегрированной сети телекамер наблюдения, объединяющей камеры полиции, метрополитена и школ. В ходе этого обсуждения правозащитная организация ACLU (активно выступающая против данной технологии) напомнила, что в Лондоне для борьбы с терроризмом с начала 1990-х годов установлено более 150 тыс. телекамер, однако за десяток лет эксплуатации не отмечено ни единого случая поимки с их помощью хоть какого-нибудь завалящего террориста. (Впоследствии, правда, ACLU все же пришлось поправиться, поскольку однажды, в 1993 году после взрыва в универмаге Harrods анализ видеозаписи привел к нескольким арестам.)

Великобританию, очевидно, следует считать страной с наибольшим опытом использования телекамер наблюдения. Хотя бы потому, что в 2002 году из 25 миллионов таких камер, в общей сложности установленных по всему миру, 10% (2,5 млн) приходилось на Соединенное королевство. Причем закупки осуществляются в таком темпе, что еще через пять лет, в 2007 году аналитики предсказывают 10-кратное увеличение уже имеющегося количества. Другими словами, уже на одну Британию будет приходиться камер столько, сколько совсем недавно их было на весь мир.