Аурлийский цикл. Книга 2. Потерянный мир - Константин Лебедев

— Какие варианты? — спросил Кэр, благодарно приняв подарок.

— Каждый раз появляется существо, способное бросить хаосу вызов. Судьба испытывает его и в кульминационный момент ставит перед выбором. Избранный способен как спасти этот мир, так и погрузить его во тьму. Готова поспорить, что Аскх определил эту роль для тебя. Не лучший, на мой взгляд, выбор, но приходится работать с тем, что есть.

— Что же я должен сделать? — удивился Итан, вовсе не видящий себя в роли спасителя всего живого.

— Империя сильна, но даже она не сможет сдерживать наступающую с одной стороны армию хаоса и противостоять рою, стремящемуся истребить любое упоминание о ней с другой. Я лишь надеюсь, что, когда все станет действительно плохо, ты откликнешься на мой зов.

— После всего сказанного ты предлагаешь мне просто ждать? Нельзя вывалить на человека подобное и просто исчезнуть, — возмущенно воскликнул аурлиец.

Вдалеке послышался хруст веток. На счастье Кэра, армия мертвецов не сильно переживала за бесшумность своих перемещений. Склонившись, он подобрал с земли ленту и повязал ее на руку вокруг подаренной перчатки.

— Кажется, тебе пора бежать. Я приду за тобой, когда настанет время, — оставив Итана без ответов, демоница развернулась и собралась уходить.

Почувствовав, что аурлиец не сдвинулся с места, Белиус обернулась, изобразив гримасу удивления. После рассказа демоницы мир настолько перевернулся в глазах Итана Кэрила, что он абсолютно потерялся в пространстве и понятия не имел, в какую сторону ему необходимо бежать. Видимо, это было понятно по выражению его лица, так как предвестник хаоса молча указала своей лапой в одном из направлений.

Лейтенант не стал терять времени и, сорвавшись с места, побежал по указанному пути. Встречные ветви оставляли царапины на его лице, но это было неважно. Кэр чувствовал себя по-настоящему живым. Изуродованная ожогами рука ныла, но общее чувство эйфории не давало аурлийцу замечать этого. Он оказался на пристани, когда первые лучи солнца только начинали разрезать гладь ночного неба.

Укрытая от посторонних глаз бухта казалась абсолютно безлюдной. На самом дальнем причале виднелся лишь один корабль, и даже тот не подавал признаков присутствия жизни. Страх на секунду сковал аурлийца, но он быстро взял себя в руки.

— Я вернусь домой, даже если придется управлять этой чертовой посудиной в одиночку, — подбадривал он себя, приближаясь к кораблю.

Борт сильно возвышался над уровнем причала. Трапа аурлиец не нашел, равно как и подходящей веревочной лестницы. Не видя другого выхода, лейтенант принялся карабкаться, цепляясь за выступы. Он едва не сорвался в самом конце пути, но чья-то сильная рука ухватила его за запястье. Еще несколько рук легко затянули его на палубу. Оглядываясь в царящем полумраке, Кэр обнаружил перед собой радостно улыбающегося доктора Рокуэла.

— Вы дождались меня? — задал риторический вопрос лейтенант.

— Что-то мне подсказывало, что вы не лишите нас своего общества, — расхохотался Чарли с легким оттенком печали в голосе.

От Кэра не ускользнул быстрый взгляд, который доктор бросил на то место, где раньше был его мизинец.

— Думаю, нам пора возвращаться домой. Если мы, конечно, больше никого не ждем, — аурлиец протянул Белозару руку, чтобы тот помог ему подняться на ноги.

— Корабль ваш, капитан, — ошарашил Итана древний.

Оглядевшись по сторонам, Кэр возражать не стал. Повсюду на корабле были лишь утларги, и никто лучше него не знал морского дела. Убедившись, что корабль благополучно выбрался из бухты и взял правильный курс на Аурлию, новоиспеченный капитан попросил Чарли проводить его в отведенную ему каюту. На протяжении всего пути через узкие коридоры корабля с лица доктора не сходила едва заметная хитрая улыбка.

— Спасибо… Спасибо, что не оставил меня одного, — еще раз поблагодарил товарища Кэр, когда они оказались у двери капитанской каюты.

— Ты сохранил мою тайну, поддержал, когда все отвернулись. Я был твоим должником и рад, что смог отплатить хоть чем-то. Спокойного сна, — древний повернулся спиной и пошел обратно, исчезая во тьме коридора.

Итан распахнул дверь своей каюты. Вполне уютное помещение освещалось несколькими свечами, уже успевшими потерять половину своего роста.

— Ах да, совсем забыл. Негоже кораблю выходить в море без имени. Как назовете судно, капитан? — обернулся доктор, и его зеленые глаза блеснули в темноте.

— Сирин! — воскликнул Кэр, заметивший в тусклом освещении каюты свою возлюбленную.

— Ну, Сирин, так Сирин, — расхохотался довольный своей выходкой Белозар, поднимаясь на палубу.

Аурлиец захлопнул дверь и подбежал к резко поднявшейся с кровати древней. Измученное ожиданием и волнением лицо девушки было пугающе бледным. Не давая ей произнести и слова, Итан заключил ее в свои объятия, стараясь вдохнуть в себя каждую частицу, выделяющую для него Сирин из всех остальных людей, населяющих этот мир. Большинство свечей потухло от порыва воздуха, вызванного резким движением закрывающейся двери. Падая на мягкую постель, Кэр почувствовал, что, несмотря на пережитые страдания и весьма мрачное будущее, сейчас он счастлив.

Проснулся Итан всего через пару часов. Обожженная рука невероятно зудела. Присев на кровати, он оглянулся назад, чтобы еще раз полюбоваться на прикрытый полумраком комнаты обнаженный силуэт Сирин. Не в силах сопротивляться, Кэр развязал ленту и стянул с руки подарок демоницы. Стараясь не шуметь, он несколько раз провел ногтями по следам от ожогов. Кожа легко отшелушивалась, открывая скрытые прежде слои.

Аурлиец смог заставить себя остановиться только тогда, когда почувствовал под ногтями необычную материю. Поднявшись, он медленно подошел к догорающей на блюдце свече, отдающей свои последний силы. Приблизив руку к источнику света, Итан вздрогнул и моментально побледнел. Открывшийся участок кожи темно-красного цвета не мог принадлежать человеку. Белиус была права. У нее и аурлийца действительно появлялось нечто общее.

Эпилог

Ритмичное постукивание ветки по окну хижины разбудило одинокого отшельника. Очередной день, проведенный вдали от людей, не сулил ничего хорошего. Мужчина с характерным кряхтением привстал на кровати. Ветхая хижина, ставшая ему домом и убежищем, выглядела весьма плачевно. Деревянные ящики, покрытые шкурой убитого зверя, заменяли ему ложе. Стол, стул и полуразрушенный камин — вот, пожалуй, и все, что окружало его последнее время.

Оказался отшельник здесь благодаря своему старому другу. Тот когда-то давно служил у барона, проявляющего интерес к супруге своего соседа. Это место стало их тайным убежищем для романтических свиданий. Их секрет не мог оставаться тайной вечно, и разгневанный рогоносец написал на барона жалобу в инквизицию. Любовников сожгли на костре в один день, а о существовании этого места осталось