Стать фениксом - Путешественница

смолкал ни на минуту, так что вскоре я пришла к выводу, что общение с ним нужно строго дозировать. Хлора же, наоборот, не произносила ни слова и лишь грустно громко вздыхала с периодичностью в пару минут.

— Что от тебя хотел этот Дарион? — выпытывал тем временем её брат.

— Он мой одногруппник. Естественно, у нас есть некоторые общие интересы, — невыразительным голосом ответила я, подозревая, что вскоре у меня уже мигрень начнётся от трескотни Хэрака.

— Это, конечно, не моё дело, — слегка замялся мальчик, — но я хотел бы предупредить, что он совсем не такой добрый и открытый, каким хочет казаться. Ты только не думай, что я хочу тебя настроить против него! Вовсе нет. Просто советую быть с ним осторожным.

— Я неплохо его изучил за это время и знаю, чего можно ожидать от сына торговца. — Честно говоря, я сказала это без всякой задней мысли и несколько удивилась тому, что Хэрак внезапно замолчал. Я тоже не стала нарушать благостную тишину, и лишь только Хлора продолжала грустно вздыхать.

Приехав в дом торговца, я поняла, что мне больше не надо никуда спешить, ничего учить, ни с кем встречаться… Зато осознала, чего я сейчас хочу чуть ли не до безумия: опробовать в действии своё новое оружие.

Переодевшись и приказав никого не впускать во избежание нежелательных трупов, я уединилась в одном из практически неиспользуемых залов и принялась за тренировки. К моему изумлению, вскоре ко мне присоединился Риока. Мы кружили по залу, обмениваясь молниеносными выпадами. Феникс, в качестве оружия также выбрал небольшие кинжалы, которые при желании можно метать.

Зазевавшись, я пропустила удар сбоку, но вместо боли от пореза последовал тупой удар и восхищённая брань Риоки. Как мы вскоре выяснили, активизированный перстень создавал специальный щит против физических атак.

Сначала фениксу это не слишком понравилось, но потом он в полной мере оценил предоставляемую возможность и развернулся в полную силу: даже если я не успевала уйти от его ударов, их прекрасно гасил щит, и Риоке не нужно было постоянно контролировать и сдерживать себя. Мне приходилось выдерживать такой шквал ударов, что внутренне оставалось только молиться, чтобы щит не засбоил. Тем не менее, очень быстро я привыкла к столь необычной защите и с головой окунулась в бой. Порядком вымотанные (точнее я одна, а Риока был таким же свежим и бодрым, как и вначале), мы отдыхали прямо на полу.

— Неплохо тебя Марианна натаскал за столь короткое время, — расщедрился на комплимент Риока. Я только хмыкнула, так как без щита я бы не смогла раскрыть свой потенциал: меня бы снесло первым же ударом, а так буду всего лишь ходить расцвеченная переливами синяков по всему телу.

— Послушай, Риока. Марианна мне показывал как-то одну интересную вещь. Ты не мог бы обучить меня ей?

— Какую?

— Он назвал это танцем с тенью.

Феникс вмиг оказался на ногах и злобным духом с перекошенным лицом навис надо мной.

— Чему он тебя учил? — От холода в его голосе, казалось, воздух зазвенел льдинками.

— Танцу с тенью, — севшим голосом повторила я, тихонько отползая от взбешенного Риоки.

— Он о чём думал?! А если бы он не смог удержать себя в руках? Похоже, ему последние мозги отшибли, если они вообще у него когда-либо были!

— Чего ты так злишься? Это ведь стоящая вещь, когда ты можешь вести, как кукловод, противника, — попыталась я встать на защиту Марианны.

— Это стоящая вещь имеет свои подводные камни, — проворчал Риока, чуть успокоившись. — Ты мог погибнуть. Танец затягивает.

— Значит, не научишь, — упавшим голосом констатировала я.

Риока нехорошо так, оценивающе прищурился. Наконец, он медленно, будто всё ещё взвешивая все «за» и «против», произнёс:

— Почему же, я могу обучить тебя основам, но танец с тенью у каждого свой. Заодно покажу, что может происходить во время его проведения. Только учти: не выдержишь в первый раз, больше этот вопрос не поднимаем. Если вытерпишь, то две луны будешь рыдать кровавыми слезами, но потом единицы смогут пробить твои ментальные щиты.

Я согласилась, не представляя, на что подписываюсь, и зная лишь то, что рассказывал и показывал мне Марианна. Танец с тенью можно проводить лишь с одним противником, а то и вообще без оного. Он не только очень быстро помогает научиться многим аспектам боя, но и раскрывает, обнажает все твои потенциальные силы и возможности. Это наилучший способ, чтобы понять, на что ты годен.

И я не хочу упускать этот шанс.

Мы так и остались с парными кинжалами в руках. Сначала мы двигались необычайно медленно, синхронизируясь и постепенно наращивая темп. Вся сложность танца для меня состояла в связывающей противников нити. Поначалу она была неощутима, и мы просто двигались, глядя друг другу в глаза. Но постепенно я чувствовала, что связь между нами крепнет. Я не просто предчувствовала движения Риоки, я знала о них заранее, будто это были мои мысли, моё тело. Внезапно «нить» стала натягиваться, отчего я недовольно шикнула: Риока всё увеличивал темп, а я уже не могла. Почти не задумываясь, я частично слилась с фениксом, готовая на всё, что угодно, лишь бы не уступить.

Это походило на яркую вспышку, после которой мне показалось, что наши с Риокой сознания слились в одно. Он был стар, неимоверно стар. Его мощь буквально сводила меня с ума, но каким-то образом я ни на мгновение не прекращала движений танца. Казалось, с меня слой за слоем слезает кожа, причиняя невыносимую боль, но внезапно та отхлынула, чтобы в следующее мгновение впиться с утроенной силой.

Не выдержав, я рухнула на колени и заорала. Пришла же в себя только в объятиях Риоки. Дракон — теперь я точно знала, что он на три четверти тёмный дракон — укачивал меня, как маленького ребёнка, и что-то тихонько напевал на ухо, отчего боль отступала, становясь какой-то неважной. Я хотела было спросить, что произошло, но не смогла выдавить даже беспомощного хрипа. Просто открывала и закрывала рот, напрягала голосовые связки — и ни звука не выходило наружу.

— Тш-ш-ш, — приложил к моим губам указательный палец дракон. — Ты сорвала горло. Прости меня, я чересчур увлёкся. Ты интересная личность.

— Что здесь происходит? — раздался откуда-то издалека голос Дэрагака.

— Прикажи всем убираться и сам уйди, — приказал Риока. — Ребёнком я займусь самостоятельно.

— Он… жив?

— Жив-жив, а скоро будет даже здоров. Да закрой ты эту джерову дверь с обратной стороны!

Когда мы остались одни, Риока провёл пальцем по моей щеке. Подушечка влажно блеснула в свете магических светильников, прежде чем