Королевство лунного света - Джози Литтон

Принни был польщен.

– Не могу с этим не согласиться, да я и не ожидал ничего другого. Но что он собой представляет? Что еще ты можешь мне про него рассказать?

Только не то, что Атрея чуть было не убили и он все еще до конца не оправился. Никогда бы Ройс этого не сказал.

– Он был рожден воином, сир, и воспитан соответственно. Но также он мыслитель. Он понимает, что Акора больше не может существовать изолированно от мира.

– Превосходно! На это я и надеялся. Тот, с кем мы можем иметь дело, не так ли?

– Безусловно, сир. На самом деле ванакс передал через меня послание вам. Он хотел бы посетить Англию с визитом.

Принни был безумно рад. Развлечения были его страстью. Его изобретательный ум, все еще живой, несмотря на долгие годы, когда он потакал любому своему желанию, что не могло дурно не сказаться на здоровье, мгновенно перенес его в страну грез, где были приемы, балы, маскарады, фантасмагории и все остальное, что могло бы понравиться такой августейшей особе, как ванакс Акоры.

– И мы будем рады принять его; черт нас возьми, если это не так. Развлеки его как следует. Я поручаю все это организовать такому хорошему человеку, как ты, Ройс. Я знал, что всегда могу рассчитывать на Хоукфорта.

– Вы слишком добры, сир.

– Вовсе нет, совсем нет. Теперь расскажи мне об этой прекрасной принцессе Кассандре. Как она поживает?

Ройс внутренне вздрогнул. Он посмотрел на бренди и отставил бокал.

– Я предполагаю, что довольно хорошо.

– Не предполагай, когда дело касается женщин, – посоветовал принц. Он убедился в этом на своем собственном горьком опыте. – Никогда этого не делай.

– Как скажете, сир.

– Чертовски рад, что ты вернулся. Нет места лучше старой доброй Англии, не так ли?

– Да, сир, вы абсолютно правы.

– Этот малый, Ливерпуль, который занял место Персивала, похоже, думает, что я должен разгребать целые горы документов каждую неделю. Недостаточно того, что идет война – точнее, две войны, – так я еще должен знать в мельчайших подробностях обо всех делах, не считая того вздора, который несут тори и виги в парламенте. Надеюсь, ты можешь что-нибудь с этим сделать. Я просто в растерянности.

– Возможно, вашему величеству не стоит тратить свое драгоценнейшее время на такие пустяки. Вероятно, будет лучше, если вы будете получать отчет о наиболее важных событиях.

– Я так и думал. Это гораздо лучше. Не будешь ли ты так добр… – Он указал на стол рядом с окном и огромную стопу документов на нем.

– С удовольствием, – пробурчал Ройс, напомнив себе, что все, что он делал, он делал для Англии.

Это, конечно, задачу не облегчало, но делало ее сносной. Огромное количество документов, которые он просматривал, иногда находя в них удивительные сведения, помогло ему немного отвлечься. Он каждый день работал до глубокой ночи и просыпался с рассветом, перемежая долгие часы, проведенные за столом, поездками за город. Он мало спал и совсем потерял аппетит, несмотря на все попытки Малридж заставить его поесть.

Придворные, которым приходилось сталкиваться с Рой-сом в Карлтон-Хаусе, начали относиться к нему с большей осторожностью, чем обычно. Лорд Хоукфорт, который всегда был воплощением силы и достоинства, еще больше ценившихся за редкостью оных, приобрел дурную репутацию. Он ходил по золоченым залам и роскошным апартаментам королевского дворца как хищник, крадущийся по лесу, не находя добычи.

Через неделю после того, как Ройс вернулся в Англию, когда уже его собственные слуги начали о нем беспокоиться, Болкум, его кузнец из Хоукфорта, принес ему почту. Будучи верным другом Ройса, Болкум предпочел остаться в Лондоне вместе с Малридж. У него были густые брови, роскошная борода, вел он себя всегда по-простому, и в его присутствии Ройсу казалось, что он находится в своем любимом Хоукфорте.

– Вам тут явно кое-что не понравится, – сказал он, протянув Ройсу стопку писем.

Лорд Хоукфорт взглянул на них, оторвавшись от кипы документов, в изучение которых был погружен.

– Если там опять приглашения, брось их в огонь, как и все остальные.

Болкум твердо стоял на своем:

– Хорошо, но тут есть и от Паучихи. Она уже третье посылает. Его принес лакей. Мне жалко беднягу. Он говорит, что останется здесь, пока не получит ответа.

– Черт ее возьми. – Ройс вздохнул, еще раз посмотрел на едва теплившийся огонь в камине и взял конверт. Леди Мельбурн было свойственно писать в высоком штиле. Но она не стала бы преследовать кого-либо, кто был настолько глуп, чтобы отказаться от ее приглашения.

Он прочитал короткое послание дважды, прежде чем скомкать его.

– Кажется, сегодня вечером меня ожидает прием.

Болкум пробубнил что-то в знак одобрения и отправился предупредить Малридж. Обернувшись, приятель, который сам не мог продрать расческой свои волосы, сказал:

– Вам не мешало бы голову помыть, прежде чем отправитесь.

Резкий ответ Ройса заглушил стук двери, которую поспешно закрыл за собой Болкум.

Мельбурн-Хаус сиял огнями, когда Ройс подъехал к нему вскоре после заката. В центральном зале уже толпились гости, постепенно расходившиеся по близлежащим апартаментам. Как и всегда, здесь царили невообразимый гомон, жара и ароматы. Ничто не могло избавить от последних двух, но шум заметно поутих, как только вошел Ройс.

Вскоре он оказался в центре всеобщего внимания, чему сопутствовала полная тишина. В то время как его появление в Карлтон-Хаусе вызывало настороженность, присутствие в логове Паучихи повергло всех в изумление, заставив многих задуматься: по какой причине здесь находился человек, который упорно отказывался от всех приглашений? Лорд, потомок благородной семьи, которому так доверял принц-регент. Защитник Англии. О битвах, в которых он участвовал и в которых ему еще предстояло сразиться, шла молва.

С какой целью он пришел?

«Если бы они только знали!» – думал Ройс, но они даже не догадывались. Он хотел лишь отплатить леди Мельбурн своим визитом за тонкий намек в ее письме, а отнюдь не проявить хорошие светские манеры. Она писала:

«Не желает ли граф Хоукфорт узнать, кто встречался с джентльменом с Акоры в прошлом году в Брайтоне?»

Он нашел хозяйку в главной гостиной, как и задолго до этого, когда сопровождал Джоанну, Алекса и Кассандру. И, как и прежде, с ней был Байрон. Поэт разговаривал с племянницей хозяйки, Аннабеллой Милбэнк, но сразу же прервал беседу, увидев Ройса.

– Милорд, какая приятная неожиданность! Я слышал, вы возвратились из Акоры, более того, вся Англия наслышана об этом. Как быстро распространилась слава о вас! Но вы ни от кого не приняли ни одного приглашения, даже лично от меня. – Байрон слабо махнул рукой, что было, думал Ройс, выражением удивления по поводу такой оплошности.