Арт-Джаз - Антон Шаффер

Звучало все довольно правдоподобно и реализуемо. Хотя оставался еще один вопрос, который не давал Арту покоя: кого еще им брать с собой в бункер?

— Я хотел бы уточнить, — обратился он к Краснову. — Сколько человек и кого конкретно мы можем взять с собой?

Но ответила Катя, которая, похоже, ожидала подобного поворота разговора:

— Суть в том, Артем, что это должна быть случайная выборка. Никакого нарушения естественного хода событий. Мы и так будем там с тобой двумя инородными телами, которые ни при каких других обстоятельствах не могли бы оказаться ни то что в этом бомбоубежище, но и в Иркутске вообще… То есть..

Но продолжать ей было уже не обязательно, так как Арт и так уже понял к чему она клонит. По всем раскладам в убежище должен оказаться тот, кто волей истории или элементарного случая должен был бы стать диктатором того мира, повторив путь Краснова. Должен там оказаться и свой Краев. Их задачей будет вычислить этих персонажей и убрать с пути, чтобы занять их место.

Окно должно было открыться около десяти вечера. Местом был выбран небольшой дворик на территории Старой крепости, скрытый от посторонних глаз. Как пояснила Катя далеко не все «ядерщики» в курсе того, что в распоряжении их Вождя имеется чудо-прибор.

— Как ты понимаешь, в этом отчасти его сила, его могущество. Кстати, помнишь старуху, которая перебросила нас из Очаково с помощью локального «эвакуатора»? Сегодня утром она своего приборчика лишилась — военные его конфисковали. Таким образом, последний прибор, которым они располагают, находится у нас, на берегу Сенежа. Будем надеяться, что твой друг Петр никуда его не унесет из тайника и «эвакуатор» спокойно перележит все катаклизмы, которые обрушатся на Землю вслед за Ударом. Он, кстати, я имею в виду Строкова, сослужил нам неплохую службу. У Вождя даже были планы на его счет, но все сразу стало ясно, как только мы, в первый и единственный раз, перебросили его сюда. Ты бы видел… Он вел себя хуже бабы, чуть л не по земле катался в истерике. Одним словом, эта кандидатура оказалась не самой подходящей. Через него мы пытались выйти на друзей, однокурсников… И здесь появился ты. Причем появился совершенно случайно. Для нас было открытием, что Строков твой бывший однокурсник. Вождь посчитал это чуть ли не провидением.

Это она сказала ему еще днем, когда он после недолгих раздумий и отдыха в специально отведенной для него комнаты, принял окончательное решение. Краснов, казалось, был ни сколько не удивлен.

— Молодец. Все правильно. Мы поможем вам, чем сможем. А потом ты сам увидишь, как два наших мира станут одним целым. Это невероятно, но так будет. Поверь мне Артем.

Поверить в это было практически невозможно. Да Арт и не пытался — сейчас его волновали куда более насущные вопросы, нежели построение некоей трансреальной империи на пару с Крановым, который со своими безумными планами напоминал Арту, если честно, сошедшего с ума чудака. Арт впервые за все время этой безумной гонки задумался о том, что возможно уже сегодня вечером миллионы его сограждан погибнут, в том числе и очень близкие ему люди. Он вспомнил об Оле, которая каким-то таинственным образом на долгие месяцы вообще испарилась из его сознания. Он подумало матери…

— Если у нс будет в запасе хотя бы день, я смогу забрать с собой мать и еще несколько человек? — Вопрос этот в контексте предыдущего ответа Кати звучал глупо и безысходно, но не задать его Арт не мог.

— Артем… — лицо Краснова помрачнело. — Ты же знаешь ответ. Нет. Ты должен отречься от прошлой жизни. Полностью отречься. Родители, друзья, все былые привязанности — все это должно стать всего лишь прошлым, которое надо как можно скорее забыть. Чувство ностальгии одно из самых опасных. Оно порабощает человека, делает его слабым, заставляет совершать ошибки, которые потом очень трудно исправить.

И все же Арт не мог принять эти слова. Знать, что в самое ближайшее время разразится катастрофа и не помочь хотя бы самым близким?.. А после жить и делать вид, что ничего не произошло? Возможно ли это?…

Они дошли до небольшого сада, разбитого практически в самом центре Старой крепости, но так удачно, что со всех сторон он был защищен массивными старинными постройками, что делало все происходящее в его пределах невидимым для окружающих, которых, впрочем, здесь не было, за исключением офицеров СБГ, находившихся на месте переброски по долгу службы.

— Что же, настало время прощаться, — в глазах Краснова мелькнула грусть, которую он тут же умело скрыл. — В вашем распоряжении будет «эвакуатор», который вы заберете у людей Алмазяна. Как я уже объяснял, пользоваться им вы не сможете довольно долгое время. Во-первых, вы будете находиться в замкнутом пространстве на протяжении нескольких лет, что сделает невозможным исчезновение хотя бы одного из вас на долгое время. Во-вторых, мы не знаем, не повлияет ли радиация в вашей реальности на возможности переходов. По нашему мнению не должна. Но в любом случае, главное, что вы должны будете быть всегда на виду. Ваша задача стать лидерами, а дневник Краева подскажет, как действовать дальше.

Сказав это, Краснов передал Арту тетрадь, которая была точной копией той, что он читал в лагере Сопротивления, только намного новее.

— Это копия, — пояснил Вождь. — Оригинал в Лесу.

— Да, — вспомнил Арт. — Я все хотел узнать: что случилось с Красновым?

— Ничего, — пожал плечами Краснов. — В один прекрасный день он счел, что в Лесу ему будет лучше и сбежал. Долго он там не протянул. Умер от какой-то заразы. Грустная история. Он был хорошим человеком, но так и не смог изжить ностальгию, которая его и погубила. Вы не должны повторять его ошибок.

Арт покрутил тетрадь в руках и убрал ее в сумку.

— Пора, — подытожил Краснов, и, повернувшись к одному из офицеров, отдал команду активировать «эвакуатор». Тот тут же согнулся над прибором и принялся нажимать кнопки, которые светились разными цветами, напоминая праздничную гирлянду. Краснов на секунду залюбовался этим зрелищем, а затем добавил: — Екатерина прекрасно умеет управляться с прибором, так что здесь все в порядке.

Он подошел к Арту и по-отечески обнял его за плечи. Когда Арт уже собирался отстраниться от Краснова, тот приблизил свои губы к его уху и шепнул, обжигая мембрану горячим дыханием:

— Все получится. Верь в это.

Подошло два офицера, которые передали молодым людям по пистолету-автомату, из которых следовало лишить жизни обладателей «эвакуатора». Арт сжал оружие в руках, почувствовав холод металла — всепроникающий, пробирающий до костей. Снова стало страшно.

— Приготовиться! — скомандовал второй «ядерщик». — Готовность десять секунд.

Девять.

Восемь.

Семь.

Шесть.

Пять.

Четыре.

Три.

Два.

Один!

И снова Арт стал свидетелем чуда, которое было невозможно постигнуть, и которое было настолько очевидным, что постижение его становилось еще более сложной задачей. Пространство вокруг поплыло, растворяясь в мареве и превращаясь в иллюзию реальности, которую, как не старайся, не получалось полностью соотнести с окружающим миром.

— Два шага назад! — Офицер не дожидаясь действия со стороны присутствующих, сам, лично, подошел к каждому и уперев руку в грудь сначала Арту, а потом и Кате, заставил их отойти от эпицентра. Эта участь миновала лишь Краснова, который и без того уже стоял на почтенном расстоянии от раскрывающегося перехода между двумя мирами.

Арт обернулся и встретился с ним взглядом. Глаза Вождя мира сего сияли неописуемым восторгом. Он был похож на ребенка, который получал в этот самый момент долгожданный подарок. И снова Арт почувствовал себя игрушкой, куклой, квазичеловеком. Но чувство это захлестнув всю его сущность тут же смешалось с другими эмоциями — куда более сильными. То был восторг и священный ужас перед неизвестностью, которая черной спиралью раскрывала свои объятия, приглашая его в новые пределы бытия, в которых ему суждено было стать повелителем.

Голова кружилась. Арт не понимал, чем вызвано это опьяняющее головокружение. То ли масштабами происходящего, то ли сугубо физическими факторами. Но он не мог отрицать в этот момент, что испытывает наивысшее наслаждение, которое сравнимо лишь… Впрочем, он отказался от этого сравнения. Оно показалось ему слишком вульгарным и неуместным.

— Я жду вас через пять-шесть лет!

Краснов поднял руку в прощальном жесте и сделал еще несколько шагов назад. Арт понял, что обратного пути больше нет. Понял он в это мгновение, что обратного пути не было с самого начала. С того дня, когда он встретил ее и сумасшедшая любовь — сначала неосознанная, а потом больная и уничтожающая — не захлестнула его полностью, превратив в пещинку в вихре времени.

— Окно открыто! — Офицер, чей облик был едва различим, указал размытой рукой в сторону разверзнутой бездны.