Ученик своего учителя. Том II - Виталий Валерьевич Зыков

же, что всплыло в рассказе экскурсовода, было название Дома Тигра. Совершенно неизвестного сейчас, но весьма влиятельного ещё более четырёхсот лет назад. Могучего, обладающего полноценной Родословной, опирающегося на мощь многочисленных магов и… благополучно павшего в ходе одной из междоусобных «малых» войн. И вряд ли о нём бы сейчас кто вспомнил, если бы не тот факт, что Семейство Феми некогда было частью этого Дома — пусть весьма далёкой от главного Семейства — и лишь чудом пережило его падение.

Хотя быть может дело не в чуде, а в том, что в крови «законников» не было ни капли Родословной Дома Тигра? И враги просто не захотели лишний раз мараться о никчёмных бумагомарак?

Разумеется экскурсовод называла совершенно иные причины, главной из которой была общая потребность Домов и Семейств в талантливых управляющих. И определённая доля правды в её словах тоже была. Потому как все последние столетия, какую войну не возьми — и не важно, император её вёл, Триумвират или вообще кто-то третий — в группе сторонников очередного владыки где-нибудь в задних рядах обязательно мелькала фигура того или иного члена рода Феми. Они будут считать добычу, составлять акт о капитуляции — своей или чужой, — отстаивать в суде право нанимателя на трофеи — в общем заниматься не важно чем, главное именно что заниматься. Этакие серые ремесленники, которые вроде незаметны, но без которых не обойтись.

Впрочем были среди «законников» и свои уникумы, достигшие на выбранном поприще весьма значительных вершин. Одному из таких даже посвятили отдельный зал, где центральную часть экспозиции занял ростовой портрет Ирци Феми — первого заместителя премьер-министра последнего императора Борея.

Вот уж действительно пик карьеры! Тем более что теперь, и дамочка не побоялась даже сказать об этом открыто, при власти Триумвирата права Феми всячески ущемлялись, и они прозябали в позорной безвестности…

— Но чего это мы всё о мирском и мирском? Давайте приобщимся к высокому и пройдём к жемчужине нашего музея — к полотну работы великого Жаалуня, на котором запечатлён фрагмент императорской охоты на демонов, — Дамочка неожиданно прервалась и как-то удивительно живо усмехнулась. — Вы ведь все ради неё сюда прибыли?

О чём речь Малк по-началу не понял — в отличие от остальных, которые моментально загудели — тем не менее он так же изобразил на лице восторг и заторопился в очередной выставочный зал… чтобы уже оказавшись там и увидев огромное полотно во всю стену, восхищённо присвистнуть.

Уж насколько Малк был далёк от живописи, но даже ему увиденное весьма понравилось. Картина поистине впечатляла.

И вроде бы не было на ней изображено ничего необычного. В центре Император, что-то втолковывает жарящему окорок пацану. Вокруг на заранее подготовленных брёвнах сидят его сподвижники — сплошь Архимаги и Старшие Магистры, — а на заднем плане в толпе слуг прохлаждается кто-то из Феми. И разумеется именно ему-то экскурсовод и уделила больше всего внимания…

Однако при всей примитивности сюжета картина странным образом приковывала к себе внимание и будоражила чувства, хотелось просто сесть перед ней и изучать, изучать, изучать. Не потому что она проклята или иным образом заколдована, а просто потому что так талантливо нарисована. Действительно чудесная работа!

Разумеется, экскурсовод приложила все силы, чтобы нарушить порождённое чужим талантом волшебство, и затянула волынку про своих ненаглядных Феми. Словно нет на картине фигур поинтересней! И хотя в другое время Малк вероятно не удержался бы от язвительных комментариев на тему «неверной расстановки акцентов», сейчас он промолчал. Причём не из-за соображений конспирации, нет, просто он внезапно заметил парочку персон в ближайшем окружении ныне покойного императора и те полностью поглотили его внимание. Вроде бы малоотличимые от остальных — на картине все были в латах, демонстрировали героические позы и высокомерные взгляды, — но в то же время нарисованные со столь примечательными деталями, что Малк разом забыл обо всём прочем.

Так на груди первого красовался герб Дома Сунет, а его лицо было похоже один в один на лицо того деда, что в каком-то из снов Малка дрался с Бонифацием. Ну или он с некоторых пор думал, что с Бонифацием — всё-таки до попадания в Яванский пояс больше никто другой ему снов не насылал. Второй же хоть и не щеголял знакомой внешностью, тем не менее так же имел одну примечательную черту. В разлитой рядом с ним луже серебристой крови он отражался не так, как было положено природой вещей, а в виде уже упомянутого злобного карлика «этого деда» Бонифация. Что вовсе выходило за какие бы то ни было рамки возможного!

— А кто это?! — не выдержал Малк и задал, наверное, свой первый за всю экскурсию вопрос.

При этом пальцем он осторожно обвёл сразу обоих загадочных персонажей.

— О, это два ближайших соратника Императора. Патриарх Дома Шести звуков Архимаг Рихард Соната Смерти и генерал Бонифаций Лучезарный. Лучшие друзья… ставшие врагами! — с неожиданной готовностью ответила экскурсовод.

— Ого! Это почему так? — вскинул брови Малк.

— А видите отражение со злобным уродцем? Считается, что художник таким образом желал показать истинную сущность генерала Бонифация. Человека, который в критический момент гражданской войны провёл к императору хеймдаркских убийц и сделал возможным падение династии, — презрительно наморщила дамочка. — И это был настолько мерзкий поступок, что от Бонифация мгновенно отвернулись абсолютно все. Друзья, враги… все!

Экскурсовод говорила очень уверенно и очень убедительно — кое-кто из девиц ей даже похлопал — однако по крайней мере в том, что касалось шляющегося по снам карлика, Малк точно знал значительно больше. И поэтому на словах про «истинное отражение» он лишь дёрнул в усмешке уголок рта и мысленно похвалил художника. Этот мастер определённо был близок если не ко всем представленным на полотне персоналиям, то хотя бы к «этому деду» точно.

— А что с ним случилось, с этим вашим Бонифацием? — сделал непонимающее лицо Малк. — Ну после того как все от него отвернулись?

И тем самым видимо вновь нажал у дамочки на некую незримую кнопку, что включала на максимум её пафос и восторг. Иначе не объяснить, почему экскурсовод опять расплылась в улыбке и объявила:

— Генерала Бонифация убил Архимаг Соната Смерти. Сам, правда, получил тяжелейшие ранения… по слухам он с той поры так от ран и не оправился… но предателя убил! И навек вписал себя золотом в скрижали героических деяний борейцев! Понимаете? На век!

— Архимага убить непросто… — пробормотал Малк, не сдержавшись.

И заслужил презрительное фырканье как поклонницы Семейства Феми, так и девушек Адептов.

— Если только этим не