За дверью в лето - Николай Грязнов

— Если наши редкие встречи можно назвать знакомством. Ксюша была само совершенство, умница и красавица. Я не имел права говорить ей о том, где служу, а она не могла понять, куда мне так часто приходится отлучаться.

— Ты мог взять отпуск.

— На стол шефу легли три рапорта с просьбой об отдыхе, но мне было отказано. У нас начались ссоры, она думала, что я ей изменяю, потом решила, что у меня есть семья, после чего предположила, что мои дела связаны с криминалом.

— Хочешь сказать, что она вышла замуж за другого?

— Если бы так. Вернувшись с очередного задания, я узнал, что она погибла. Пришлось провести собственное расследование. Хотя мне не удалось ничего доказать документально, но получилось выяснить очень многое. Ее заказали соронги, которые посчитали Ксюшу неподходящей подругой для легендарного барса.

— Такие обвинения без доказательств ничего не стоят, — опять вмешался Роджер.

— Ты прав, мальчик, только доказательства были, и свидетель был, но власть дает богатые возможности избавиться и от того, и от другого. Мне не удалось уберечь их до суда верховных сканеров. Но это не означает, что я не имел права на свой собственный суд.

— Хочешь сказать, что таинственная смерть Графа — твоих рук дело? — догадалась Алиса.

— А ты — девочка сообразительная, даже жалко будет убивать тебя. Да, он лично заказал Ксюшу тому самому исполнителю, которого я по счастливой случайности нашел раньше его слуг.

— Может, он умышленно оговорил соронга?

— Я не настолько глуп и отволок его к знакомому привратнику. — Рыжий покачал головой.

— Ты уже тогда имел связи с вольными?

— Да, мне тоже приходилось иногда работать под прикрытием. Довелось сравнить лицемерие одних с двуличием других. Хрен редьки не слаще. Но бранды не убивали моей возлюбленной. И кто же из нас тогда предатель, я или соронги?

— Нельзя из-за одного подлеца делать вывод обо всех остальных.

— Когда исполнителя убрали, я попытался обратиться за помощью к Маркизу. Ушлый старик всячески заверял меня, что он обязательно расследует это дело, а сам все спустил на тормозах. Кто знает, быть может, он тоже был причастен к убийству?

— Так можно обвинить весь мир, — возмутился юный воин.

— Увы, мальчик, это не единственная история, свидетельствующая о том, что соронги грубо и цинично вмешиваются в личную жизнь своего спецназа. С практической точки зрения их понять можно: боец, обремененный семьей, не так самоотвержен в бою.

— Мне кажется, что ты подтасовываешь факты под выдуманную на голом месте гипотезу.

— Малыш, в тебе говорит потенциальный соронг. А вот твоя подруга барса почему-то молчит. Может, она нам сейчас расскажет хотя бы одну счастливую историю любви из своей собственной жизни? Поверь, в этом случае я тут же признаю, что соронги не проводят политику вынужденного одиночества барсов.

Этьен с Роджером уставились на Алису. Даже в позах колдунов Рыжего появилось что-то, говорящее об их небезразличном отношении к происходящему, но девушка по-прежнему молчала. Она так глубоко погрузилась в свои воспоминания, что юноша откровенно забеспокоился, ибо лучшего момента для нападения и представить себе было трудно. Но бывший барс, хладнокровно убивший своих товарищей со спины, даже и не собирался нападать. Он столь же терпеливо и заинтересованно ожидал ответа соратницы по цеху. В конце концов, они дождались реакции, глаза красавицы заметно увлажнились, и, хотя магистр находился далеко, усмешка на его лице показала, что он все видел.

— Смотри-ка, а этим подонкам так и не удалось превратить девчонку в бездушный и безголовый автомат исполнения их грязных замыслов, — обрадовался Рыжий. — Послушай, красавица, зачем тебе все эти громкие и пустые слова о долге и чести? Бросай своего недоросля, идем с нами.

— И куда же ты меня зовешь, к своему похотливому Кроту?

— А, ты об этом? Не бери в голову, это уже пройденный этап. Место магистра весьма удобная позиция для переговоров с отцами-попечителями о реформе школ боевых монахов.

— И что, удалось договориться? — Алисе было трудно спрятать собственную заинтересованность.

— Конечно, они же не дураки. Мне поставлено лишь одно условие, притом совсем несложное.

— Интересно, что же это за условие такое? — полюбопытствовал юноша.

— Да мелочь. Даже обсуждать не стоит. Всего лишь твоя жизнь, малыш.

— Что? А Роджер-то им зачем понадобился? — изумилась барса.

— Ну, это надо у них спросить. Я считаю, что старшины брандов имеют право на маленькую прихоть. Нет смысла перечить старшим.

— По-твоему получается, что соронги, заказавшие наемному убийце Ксюшу, — негодяи и подонки, а верховные вольные, заказавшие тебе Роджера, — борцы за светлое будущее леомуров?

— К сожалению, в этом мире все дороги пропитаны кровью, — подытожил Рыжий.

— Хорошее оправдание собственным гнусным замыслам.

— И что же в них такого гнусного? Закон написан для холопов, а то, что творят господа, называется не преступлением, а историей.

— Время от времени некоторые холопы начинают мнить себя господами, — съязвил Роджер.

— Ну да, удачный бунт называется революцией, малыш. Если я тебя правильно понял, красавица, ты идти со мной не хочешь.

— Ты сам-то подумал, куда зовешь меня?

— Конечно. Вырвись из мира громких слов и глупых шаблонов. Вдвоем мы намного быстрее превратим боевых монахов в грозную силу истории и заставим соронгов жить по нашим правилам.

— Ты рвешься к власти и мировому господству, но что ты можешь дать этому миру? Только войну и страдание. Тебя учили убивать, а не править.

— Ничего, справлюсь и с управлением. Не глупее других.

— Может, и не глупее, но бессердечнее и прямолинейнее. Ты легко готов переступить через жизнь этого мальчика, и точно так же будешь ломать другие судьбы. Ненависть к соронгам пробудила в тебе монстра, по сравнению с котором шорги — просто белые и пушистые груффи.

— Конечно, я — чудовище, а твои хозяева — ангелы во плоти, — зло усмехнулся Этьен.

— Нет, они далеко не ангелы, но соронги делают все, чтобы предотвратить катастрофу типа третьей мировой, а ты активно раскачиваешь лодку.

— Конечно, ведь они хотят сохранить власть в своих руках. Все дрожат от мысли о новой войне, а ведь именно в таких потрясениях формируются характеры, выявляются лидеры, отсекается все лишнее и пустое.

— Иногда мне кажется, что ты вынырнул из далекого прошлого или начитался детских романов. Мы живем не в эпоху рыцарских турниров, техника шагнула так далеко вперед, что ристалище может просто не выдержать поединка.