Завещание великого шамана - Колупаев Александр Алексеевич

– Мой король с удовольствием примет ваши заверения, монсеньор Жедал! А также с благосклонностью примет приглашение вашего короля Ундерланда IV!

– Что я слышу! Ваш король собирается почтить своим присутствием дворец нашего короля?! – застыл в изумлении посланник ордена.

– Да! Библиотека метрополии, древние свитки – вот что интересует короля Ксанда!

– Если будет угодно королю Ксанду, все свитки библиотеки будут к его услугам! – легат Жедал изогнулся в угодливом поклоне, не веря в то, что его миссия получила такой неожиданный и, безусловно, приятный оборот.

– Я в неоплатном долгу перед вами, господин Алекс! Позвольте предложить вам провести остаток вечера в приватной компании. Масса приятных ощущений и чувственных наслаждений ждут вас! – Жедал наклонился к уху Алексея.

«А монашек то не лишен плотских наслаждений!» – мысленно усмехнулся Алексей.

– Отчего же, монсеньер Жедал, не изведать плотских наслаждений? А вот это вино, что потчевал меня губернатор, там отыщется?

– С вашим богатством это желание решается парой десятков сентамов. Понимаю, это может показаться дороговато рачительному хозяину, но я готов возместить вам часть трат.

– Что вы, сеньор легат! Пара тысяч сентамов, растраченная мной за сегодняшний вечер, никак меня не разорят! Нужно привести в порядок нервы после сегодняшней дуэли! Если вы составите мне компанию, то я думаю, что наш вечер закончится более удачно!

– Я к вашим услугам, господин учитель! Думаю, что несравненная мадам Тиасса и её восхитительные жрицы просто растают от визита столь высокого и щедрого гостя!

– Едем! Где ваша карета, легат Жедал? И захватим с собой посла Михатя, пусть он знает о наших взаимоотношениях, да и сенату торговой республики они тоже, ох, как будут не по нраву! – Алексей вошел в роль гуляки и мота, как и предполагалось на совещании в правительстве Независимой Республики Афеция.

Посланник ордена святителей, правая рука самого Фарана, легат Жедал, будто простой служка, угодливо согнувшись, засеменил к дверям. Алексей, небрежно помахав всем рукой, вальяжно направился следом. Словно простому монаху, кивнул легату, бережно поддерживающему дверь, и остановился на нижней ступеньке крыльца резиденции губернатора.

– Эй – там! Карету монсеньёра Жедала! – подсуетился кто-то из прислуги.

Запряженная парой лошадей немыслимо красно-рыжей масти карета посланника ордена подкатила к крыльцу. Не успел ещё прислуживающий кучером монашек соскочить с облучка кареты, как Жедал сам раскинул ступеньки лесенки кареты и помог учителю Алексу взобраться вовнутрь. Пропустил посла торговой республики и, погрозив кулаком монаху-кучеру, сел сам.

– Трогай, давай к храму любви, что у пруда Белых Лотосов! – крикнул он кучеру в переднее окошечко.

Карета, нелепо изукрашенная позолоченными завитушками, погромыхала по узким улочкам портового города.

– Сеньор Алекс, вы позволите себя так называть? – монсеньор Жедал был сама учтивость.

– Не только позволю, но и попрошу впредь называть меня на «ты». Мы же друзья?

– О да! Это великая честь для меня! Быть вашим, твоим другом, – просто счастье для меня!

Карета дернулась и остановилась, послышались грубые мужские голоса, требующие немедленно освободить дорогу. Кучер в ответ писклявым голосом просил уступить дорогу ему, ссылаясь на высокое положение своих пассажиров. – Что там, случилось? Почему стоим? – Алексей открыл дверь кареты и легко выпрыгнул на брусчатку узкой улочки. – Сидите, монсеньор Жедал, я сам разберусь, – Алексей шагнул вперёд.

Тотчас в грудь ему уперлось острие копья.

– Эй ты! Цирковой шут! А ну осади назад! – здоровяк в форме королевской гвардии преградил дорогу.

– Ты, дубина стоеросовая! В кого копьём тычешь?! – неожиданно для себя заорал Алексей и молниеносным движением выдернул у него из рук копьё.

– К оружию! – тонким фальцетом заблажил здоровяк и, путаясь в перевязях, попытался выхватить шпагу. Алексей недобро рассмеялся и коротким ударом в солнечное сплетение согнул гвардейца пополам. Почему он так повёл себя в этот вечер? Позднее психолог фирмы объяснила ему, что это был так называемый «синдром барина». Всеобщее восхищение его богатством и вседозволенность вкупе со стрессом, да ещё вино, сорвали какой-то «стоп-кран» в его мозгу, и превратился культурно-вежливый программист в забияку и драчуна. Понесло Лёшку.

Он просто шагнул навстречу трем остальным гвардейцам, ощетинившимся остриями шпаг.

Его изменённое сознание не оставляло никаких шансов нападающим. Молниеносный нырок влево и остриё шпаги пронзило воздух. Удар кулаком в челюсть крайнему гвардейцу просто отбросил его в сторону. Нокаут! Второй гвардеец, так ничего не успев понять, отлетел назад, сбив своего товарища. Алексей подошел к волу, устало застывшему посреди дороги, и коротко и резко ударил его рукой в лоб. Бедное животное никогда в своей жизни не сталкивалось с грузовым автомобилем! А с чем ещё можно сравнить многократно усиленный защитным полем удар? Вол закатил глаза и медленно завалился на бок, ломая упряжь. Маленький серенький человечек, сопровождающий повозку, резво встал на четвереньки и проворно нырнул под колеса повозки, на которой стояла деревянная клетка, сделанная из бамбука.

Алексей, взъерошив волосы, подошел к двери этой деревянной тюрьмы и опешил: на него взглянули глаза такой глубокой синевы, что у него перехватило дыхание.

– Ты кто? – ляпнул он первое, что пришло ему на ум.

– Я – Инона, дочь кузнеца, – мелодичным, хотя и слабым голосом ответила узница.

– За что тебя посадили в эту клетку? – Алексей осторожно коснулся тонких пальчиков узницы, она все ещё продолжала судорожно держаться за жерди своей клетки.

– А вы, господин, наверное, великий человек, что можете вот так бесстрашно остановить солдат самого короля?

– Да что мне ваш король и его солдаты! – Алексей подергал двери клетки. – Эй, человек, где ты там? – он нагнулся и бесцеремонно вытащил за ногу отчаянно упирающегося чиновника.

– А ну-ка, серая крыса, открывай двери! – он встряхнул слабо пискнувшего чинушу за ворот.

– Господин, господин! Нельзя открывать клетку! На ней печать наместника короля, да славится его имя, – чиновник замер, увидев у себя под носом серебряный треугольник с перечеркнувшим его золотым зигзагом.

– Именем ордена святителей! – Жедал ещё раз тряхнул знаком отличия ордена.

– Открывай двери, служитель, – почти смиренно промолвил он.

– Слушаюсь, мой господин! – чиновник засеменил к карете, вынимая откуда-то из складок одежды ключ. Открыл двери и согнулся в почтительном поклоне.

Алексей протянул руку узнице и вздрогнул, словно от неожиданно проскочившей между ними искры. Девушка смело взглянула на него.

– Бесстрашный рыцарь может так просто разговаривать с верховным служителем ордена?

– Ах, это такой пустяк! Монсеньор Жедал мой друг! Могу я предложить такой красавице продолжить путь вместе с нами? Или у вас есть другие дела?

– Храбрый рыцарь, могу ли я попросить вас о маленькой услуге? – девушка смиренно потупила глаза и теребила рукой ворот своего старенького платья.

– Инона, зови меня Алексей, или как все – Алекс! Ты можешь просить все, что пожелаешь! Не только я, но и монсеньёр Жедал с удовольствием выполним любой твой каприз!

– Сеньора может рассчитывать на меня, – Жедал изогнулся в учтивом поклоне.

Девушка отпрянула в сторону, и в её глазах появился страх.

– Мужественный рыцарь Алекс! Спаси моего отца и маму! Пусть великий святитель заменит мучительную смерть моего отца, пусть пожалеют мою маму!

– За что хотят предать смерти твоего отца?! – Алексей шагнул к дрожащей от страха девушке.

– За меня… – Инона спряталась за его спину.

– Великий учитель Алекс! Позвольте сказать вам несколько слов наедине, – легат был сама учтивость.

– Хорошо! Только давайте поручим Инону послу Михатю, – Алексей подал руку девушке и, когда она бесстрашно опёрлась на неё, проводил к карете. Посол торговой республике со всей галантностью помог юной оборванке взобраться внутрь кареты.