Дневник (1918-1919) - Евгений Харлампиевич Чикаленко

долю Украины выпала, если сравнивать, более счастливая судьба. С дружеской помощью Центральных держав она сохранила покой вплоть до сегодняшнего дня. Относясь с большим сочувствием ко всем страданиям, которые переживала родная ей Великороссия, Украина всеми силами старалась помочь своим братьям, оказывая им широкое гостеприимство и поддерживая их всеми возможными средствами в борьбе за восстановление в России твердого государственного порядка.

Сейчас перед нами новое государственное задание. Державы Согласия издавна были друзьями бывшей единой Российской державы. Теперь, после пережитой Россией великой смуты, условия ее будущего существования должны, безусловно, измениться. На других принципах, принципах федеративных должно быть восстановлено былое могущество и сила всероссийской державы. В этой федерации Украине предстоит занять одно из первых мест, ибо от нее пошел порядок и законность в крае, и в ее границах впервые свободно ожили все униженные и угнетенные большевистским деспотизмом граждане бывшей России. От нее же пошла дружба и единение со славным Всевеликим Доном и славным Кубанским и Терским казачествами. На этих принципах, которые, я верю, разделяют и все союзники России, Державы Согласия, а также которым не могут не сочувствовать все без исключения другие народы не только Европы, но и всего мира, должна быть построена будущая политика нашей Украины. Ей первой предстоит выступить в деле образования всероссийской федерации, конечной целью которой будет восстановление великой России.

В достижении этой цели лежит залог благополучия как всей России, так и обеспечения экономически-культурного развития всего украинского народа на прочных основаниях национально-государственной самобытности. Глубоко убежденный, что другие пути были бы гибелью для самой Украины, я призываю всех, кому дорого ее будущее, тесно связанное с будущим и счастьем всей России, объединиться вокруг меня и стать грудью на защиту Украины и России. Я верю, что в этом святом патриотическом деле вы, граждане и казаки Украины, а также и остальной народ, окажете сердечную и мощную поддержку.

Новосформированному нами кабинету я поручаю скорейшее выполнения этой великой исторической задачи.

                                                                                                                                                                Павел Скоропадский».

Правда, фактически она закончила свое существование еще 29/IV, так как с этого числа она существовала только формально, а по сути протофисное гетманское правительство, под защитой немецкой силы, вело систематическую борьбу с украинством, но все же я до сих пор думаю, что гетман был искренним самостийником, а только неосознанно служил куклой в руках «Протофиса», которую они выставили вместе с Гренером и Ко, чтобы обмануть берлинское правительство, которое следовало Брестскому соглашению, о чем я не раз писал в этих записках. Но я думаю, что если бы украинцы были мудрее, то можно было бы за это время многое сделать для украинизации нашей жизни; по моему мнению, не надо было и вчера подавать нашим министрам в отставку, лучше было бы оставаться, пока их не выбросили бы из кабинета, на что, видимо, протофисяне и не решились бы; тогда Антанта застала бы у нас хоть наполовину кабинет украинским, а теперь украинцы сами сдали позиции.

Гетман, очевидно, увидел уже, наконец, что его обманули, что разные русские офицерские организации захватят власть, и думал спасти свое положение организацией казачества, аграрной реформой и буквально ежедневно подгонял Леонтовича скорее опубликовать как можно более демократичную реформу, но уже все это было «zu spät», как говорили немцы украинцам. Я думаю, что положение гетмана теперь совсем неуверенное. До сих пор он держался только на немецкой силе, его не поддерживали ни землевладельцы, которые его посадили на гетманство, ни даже «Протофис», считая его «украинским шовинистом», как я это собственными ушами слышал от одного помещика; и русские его только терпели пока что и использовали для себя; об украинских кругах и говорить нечего — почти все партии были против гетмана главным образом за его невнятную или двойственную политику. Если Антанта теперь намекнет только, что она не признает этого «немецкого ставленника», то его моментально свергнут, а с ним исчезнет из политического лексикона и слово «Украина».

Теперь еще говорят, что Украина должна войти в федеративную связь с другими частями бывшей России и помогать составить «великую Россию, но на федеративных началах», а если свергнут гетмана, то не будет и этой формальной Украины, а будет «Юго-Западный край», «Новороссия», «малороссийские губернии» (Полтавская, Черниговская и Харьковская), которые просто составляют части «Великой России». Хоть бы не свергли гетмана до Мирной конференции, чтобы там все-таки фигурировала «Украина». чтобы она осталась, как однородная территория, хоть с русским правительством; а потом, со временем, украинский народ таки вольет в эту форму украинское содержание. А если не будет и этой формальной Украины, то долго, долго придется бороться, работать, чтобы ее обрести. Вспомним Польшу во времена последнего раздела. Массы тогда были такие же равнодушные к своей державе, как и наши теперь, а господствующие классы точно так же, как и у нас теперь, за редким исключением, не имели никакого патриотизма и продавали свое государство соседям за кусок гнилой колбасы. И сколько надо было полякам потратить труда и пролить крови, чтобы приобрести общую свидомость и наконец дождаться своей державы. Если у нас останется Украина хоть в форме территориальной автономии, то не через 125 лет, как поляки, а может через 25, из территориальной Украины мы сделаем национальную, надо только все силы направить на народное просвещение, чтобы из неграмотной массы сделать свидомых, зрячих людей.

Только что приходил один товарищ Льва и рассказал, что президиум Национального союза выехал в Белую Церковь, где еще есть галицкие стрельцы, и оттуда должен поднять восстание по всей Украине, и наверняка на днях Киев будет отрезан отовсюду, потому что начнется железнодорожная забастовка.

Если это правда, то в Украине снова разгорится пожар большевизма, возможно, что сюда хлынут и из Московии большевики, ибо немецкая армия, видимо, будет соблюдать нейтралитет, тогда Украину превратят в полную руину… Снова придется переживать те ужасы, что мы уже переживали в январе, потому что на скорый приход войск Антанты что-то мало надежды; говорят, что и у них уже начинается большевистское движение. А если и придут войска Антанты, то все укр. движение они сочтут большевистским, и это, очевидно, будет не в пользу украинской государственности, в интересах которой Н. союз поднимает восстание.

16 ноября

Чтобы узнать о том, что происходит, ходил вечером в Укр. клуб, но никаких определенных сведений не добыл. Говорят, что молодежь уезжает в Белую Церковь, где организуется военная сила, которая должна выступить против правительства; говорят, что железнодорожники готовятся к забастовке и вооруженному выступлению, но это все «говорят»,