Бюро-13 - Ник Полотта

Мы поднялись на этаж (здесь склад), потом еще на один; миновали арсенал – никого, вот черт! Взорвать бы этот корабль, взрывчатки хватило бы… Но я подавил в себе это страстное желание. Идем дальше… Вот спальный отсек… Внезапно Кен и Джордж замерли; их поднятые руки заставили и нас остановиться, а стиснутые кулаки – теснее прижаться друг к другу. Пробравшись на цыпочках вперед, я заглянул за угол и увидел то же, что они: сверкая серебром и прижав, на манер птицы, треугольные крылья к фюзеляжу, по коридору шествовал "харриер" – шасси то поджималось, то вытягивалось, имитируя ходьбу. Этот реактивный самолет английского производства заполнил собой почти весь проход. За ним следовали курносый "корсар" и полосатая, как тигр, "ведьма".

– Плохо дело! – шепнул Джордж, прицеливаясь из "мастерсона".

Я проверил свой "Магнум-66" – ни пули "стопари" из М-16, ни деревянные пули не оставят на блестящей поверхности "харриера" даже царапины – и объявил:

– Вообще-то уничтожить такую машину, особенно реактивную, – проще простого: зафинтилить порцию взрывчатки в главный двигатель – и готово, буквально рассыплется.

Кен с сомнением приподнял бровь.

– Приятно слышать.

– Здесь повсюду сталь, – возразил Рауль, простукивая стену костяшками пальцев. – Подорвем самолет – осколки разлетятся во все стороны.

– Да-а, получится небольшое извержение вулкана, – задумчиво молвил Донахью.

Тина добавила:

– А мы в жерле.

– Вот именно! – подхватил я. – Необходимо защищаться! У кого какие предложения?

– Произвести залп – и попробовать увернуться! – горячился Джордж.

– Надо подумать… Да нет, вряд ли это получится. Впрочем, возможно, наша защитная броня выдержит… Выбор у нас не такой уж большой.

И тут меня осенило. Я повернулся на сто восемьдесят градусов и, сорвав крышку вентилятора, сквозь щиток, оборудованный прибором сверхвидения, различил во тьме узкий коридор с торчащими во все стороны острыми как бритва лезвиями. Черт бы побрал флотских с их основательностью! Должно быть, понатыкали шипов в днище, гвоздей в канализационные трубы, лезвий в раковины, решеток в дымоходы.

– Тяга в другую сторону, – сообщил Рауль.

Обрадованные, мы устремились туда. Предусмотрительность и отвага! Плохое освещение работало на нас, не давая самолетам, особенно старым, впотьмах различить противника. Зато "харриеры" и "ашанти" оснащены химическими и термосканерами плюс инфракрасные окуляры – совершенное тех, что у нас в "РВ". А сообрази самолеты воспользоваться системой акустического обнаружения цели – через минуту нас уже не было бы в живых. В этот момент в конце коридора, изрыгая огонь и дым, появилась маленькая красная ракета; за ней – вторая. "Святая Ханна", самонаводящийся снаряд с теплоголовкой!

Я выстрелил из "сорокамиллиметровки" прямо с пояса; Донахью выпустил залп из огнемета. Рауль с силой метнул горсть монет – между нами и ракетами выросла стальная стена. Майкл сбил пламя. В следующую секунду стена взорвалась; всех нас швырнуло на пол… Ощущение такое, будто воздух в легких – и тот спекся. Вдобавок нас щедро поливали шрапнелью.

Беспомощно лежа на полу, я каждой клеточкой своего существа ощущал боль. И все-таки я жив, только одежда почернела от крови. Одна мысль меня встревожила, я схватился за шею… ох, нет, мой специальный, от вампиров, воротник отразил-таки маленькие стальные стрелки.

Тина, передвигаясь на четвереньках, стала действовать: оторвала от куртки кусок материи, собрала на него капли крови каждого из нас, разорвала лоскут на восемь частей, энергично подышала на них и, вперив напряженный взгляд, произнесла "Повелительным голосом":

– Встать! Шагом марш вперед, иначе – смерть!

Капли послушно увеличились в размерах, превращаясь в наши точные копии. Потом вся компания дублеров бросилась бежать по коридору. Их встретили пулеметные очереди, пушечные залпы, взрывы… Постепенно звуки боя замерли вдали.

– Умница… Вставай… – простонал Рауль, пользуясь жезлом словно тростью, чтобы встать самому и помочь Тине.

– Спасибо! – прохрипела она. – Ты тоже…

Увлекаемые магическим потоком, мы двинулись дальше, ухитряясь на ходу производить мелкий ремонт. Джессика сбросила часть наружной брони – так легче бежать. Гибкая и прекрасная, моя жена не так вынослива, как натренированная в занятиях самурайской борьбой Минди.

Поднялись по темной лестнице, стараясь производить как можно меньше шума; прошли по узкому коридору и свернули в другой – в северном направлении. Поток эфира стал густым, почти зримым; мимо нас плыли по воздуху светящиеся струйки и спирали. На одном перекрестке пришлось юркнуть в штурманскую каюту, чтобы спастись от "френч сабера", – он пролетел так близко, что мы отчетливо разглядели трафаретную надпись под треугольным крылом и музейную табличку на фюзеляже в белую полоску. На медной табличке – подробная история доблестных боевых машин этого типа, их эволюция и достоинства. К несчастью, нет сведений, как их уничтожить, – наверное, по недосмотру. В кабине пусто – ни первого, ни второго пилота. Где же охранники?

Ренолт молча показал на свой "мастерсон". Я горячо помотал годовой. Что бы тут ни сработало – алхимия или Книга мертвых, – но эта самолеты заправлены горючим, имеют на борту всю необходимую боевую технику. "Самолет – необъезженный дьявол во плоти". Стоит уничтожить один – и это аукнется во всем мире. К тому же ответный удар на расстоянии двух футов навсегда сделает нас глухими.

Магическая река влекла нас дальше, в глубь корабля-гиганта. Пришлось ремнями привязать к себе Тину и Рауля, чтобы их не унесло. Увлекаемые двумя живыми бумажными змеями, мы завернули за угол – там нас поджидало с полдюжины боевых машин. Мы успели отпрянуть назад, но они все-таки открыли огонь из пулеметов и пушек; свирепо вращались пропеллеры…

– Наверно, Ларю уже близко, – заметил Донахью, направляя в ту сторону огненную струю.

В этот момент заработали оба "мастерсона" – какие уж тут комментарии! Я выхватил из заплечного рюкзака микроволновый излучатель и нажал на кнопку. Сунувшись между "корсаром" и "харриером", загорелся "кертис дьявол" – и загремел в гости к тезке. Черт, целился-то я в "харриер"! Но нам еще тут дел хватит… Вот, пожалуйста: из-за горящих обломков старого "граммана" появилась новинка той же фирмы – "грамман кот", элегантнейшая из существующих моделей. Этот подонок Ларю использует чудо в качестве мишени! Какого черта красавцу "коту" понадобилось в музее? Что им здесь – выставка новейших достижений?

– Неприятность с большой буквы, – прокомментировал Джордж: пуля пятидесятого калибра сбила с него шлем и едва не свалила с ног.

Его "мастерсон" словно обезумел: тысячи разрывных пуль проделывали дорожки в переборках – без всякого смысла.

– У вас какой-нибудь хитрый план, мистер Ренолт? – вежливо осведомился Кен, выпуская хорошо рассчитанную очередь из своего "мастерсона".

Ответил я:

– План один: победить и выжить!

– Замечательный девиз!

– Спасибо. Вычитал на обертке от жвачки.

Вести заградительный огонь приходилось беспрерывно. Уничтожать самолеты не так уж трудно: все равно что стрелять уток в бочке, с той лишь разницей, что утки отстреливались, и довольно умело.

Держась обеими руками за пиллерс. Тина выкрикнула что-то по-русски и добавила целую тираду на языке магов. Только Джессика, полиглот и наш переводчик, все поняла и усомнилась:

– Думаешь, поможет?

Упираясь руками в люк, Рауль прилагал бешеные усилия, чтобы подняться на ноги.

– Как знать? Еще ни один дурак не пробовал.

– Так попробуем! – настаивала Бланко.

Оба мага крепко сцепили руки… Сверхъестественная сила влекла их дальше… Они стали в унисон читать заклинание – и о чудо: магические потоки дрогнули, ослабели и вдруг завихрились вокруг этой пары… Я взглянул и едва не пустился в пляс от радости: Пресвятая Богородица, маги понемногу заряжаются плывущей мимо энергией! Этого недостаточно, чтобы сразиться с Ларю, но поможет нам еще сколько-то продержаться.

– Смерть злобным самолетам! – светясь изнутри, воскликнула Бланко.

Джордж с Сандерсом вздрогнули, но смолчали и храбро ринулись в атаку против скопища истребителей. Штурмовые "мастерсоны" выпускали более четырех тысяч разрывных пуль в минуту; бомбы и шрапнель отскакивали от брони, разя самолеты, пустившие в ход все свои резервы: реактивные снаряды, ракеты, пули простые и урановые, слепящие вспышки магния… На палубу полетели термитные и напалмовые бомбы огромной разрушительной силы – непоправимый ущерб нанесен бывшему боевому кораблю.

Наши отважные бойцы выстояли и вернули полученные дары сторицей, упорно наступая на эти мощнейшие, дорогостоящие (не менее миллиона долларов каждый) реактивные истребители. Как только самолет исчерпывал боеприпасы, его уничтожали. "Сабер" буквально разорвало на куски: под горизонтальным дождем двадцатимиллиметровых пуль у него раскололся фюзеляж и взорвались топливные баки. "Ведьма" с "корсаром" оказались размазанными по стене; лишившись оболочки, могучие двигатели – сердца как безумные носились по коридору, разбивая палубу и стальные переборки. Бесславная смерть без малейшего смысла!