Сова Аскира (ЛП) - Швартц Ричард

— Я бы скорее сказал, что она превратит его в кролика. Или червяка. Или во что-то ещё, — заметил Ансин. — Она выглядит очень элегантно в мантии, верно?

— Будь осторожен с подобными мыслями, когда увидишь её, — промолвил его друг, хотя в тайне сам думал о чём-то похожем. — Думаю, она умеет читать мысли.

— И что с того? Она красивая и умная, и она мне нравится. Я ничего против не имею, если она об этом узнает, — возразил тот, что помладше. Затем он посмотрел вперёд, где вдали виднелись Ярморочные ворота. — Мосриль, я ошибаюсь, или ворота открыты? — спросил он.

— Ты прав, — ответил Мосриль, снимая с плеча тяжёлый двуручный меч. Для верного использования традиционного оружия тяжёлой пехоты требовалась некоторая практика… которой у молодого человека ещё не было. Шесть месяцев обучения, на которые он опережал своего друга, заставили Мосриля почувствовать себя ветераном.

Четверо солдат, которые обычно дежурили у внутренних ворот, всегда сменялись по двое. Сейчас Мосриль и его друг должны были занять место двух других. Только теперь, похоже, там что-то случилось.

— Держись позади меня, — приказал он своему другу. — Прикрывай мне спину.

Оба друга осторожно приближались к воротам. Поимого того, что ворота были открыты и погас фонарь, сначала не было видно ничего необычного. А когда они подошли ближе, то увидели солдата из легиона Быков, неподвижно стоящего в тени.

— Привет воротам! — крикнул Мосриль. Но солдат не двинулся с места.

— Как-то жутковато, — заметил Ансин.

Мосриль лишь кивнул, он осторожно приблизился.

— Думаю, это рекрут Копья, Сэрта, — тихо сказал он, спустя несколько вдохов и выдохов.

— Откуда ты знаешь?

— Я знаком с ней с подготовки, у неё определенная манера стоять, даже в доспехах. К тому же у неё длинные светлые волосы и… — голос Мосриля замер, когда они подошли достаточно близко, чтобы увидеть лицо молодой женщины.

Она стояла, опираясь на свой меч, словно на страже, но если и была на страже, то только в чертогах Сольтара. Мосриль был уверен, что это Сэрта, но её лицо было тёмным и потрескавшимся, высохшим, как у иссохшего трупа, а глазницы под жёсткими веками тёмными и пустыми. От лёгкого ветерка её волосы шевельнулись, и на мгновение она снова стала такой, какой была вчера вечером, когда ещё дружелюбно ему улыбнулась.

Они не смогли установить, что её убило. В первый момент всё выглядело так, будто смерть настигла её внезапно, пока она стояла. Но теперь Мосриль заметил на её высохшем лице чистый ужас, который она, должно быть, почувствовала в свои последние секунды. Но почему она всё ещё так стояла, для этого у него не было объяснения.

Тихий скрип заставил его вздрогнуть, но это была всего лишь приоткрытая дверь караульного помещения, которая двигалась на лёгком ветерке.

С бешено колотящимся сердцем Мосриль использовал остриё своего меча, чтобы распахнуть дверь, в то время как Ансин схватил топор со стойки с оружием. «Хороший выбор», — подумал Мосриль. Фонарь здесь, в караульном помещении, ещё горел, излучая достаточно света, однако даже свет не разрешил загадку произошедшего.

Три других солдата ночного дозора выглядели так, будто дрались друг с другом. На их доспехах были глубокие вмятины, а мебель в караульном помещении была почти полностью уничтожена. Как у и Сэрты, на высохших и почерневших лицах её товарищей по страже отпечатались недоверие и ужас.

Кто или что было их противником Мосриль так и не смог установить. Он осторожно протянул руку и коснулся лица одного из павших солдат. Кожа была на ощупь твёрдой и ломкой, он надавил немного сильнее, и под его пальцами раздался хруст, щека его товарища раскрошилась и рассыпалась в пыль, обнажив зубы и белую челюстную кость.

— Боги! — выдохнул Ансин, Мосриль только кивнул. Оба солдата, широко распахнув глаза, медленно попятились назад.

— Один из нас должен остаться здесь, в то время как другой отправиться в цитадель! — нерешительно произнёс Ансин. Новобранец Меча Мосриль принял своё первое важное решение на службе у имперского города.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нет, — сказал он. — Мы возвращаемся вместе.

Ансин с облегчением кивнул и внезапно замер.

— Что случилось?

— Мне кажется, я увидел какое-то движение!

Мосрил мгновение помедлил, затем снова распахнул дверь и заглянув в караульное помещение, с облегчением вздохнул. Ансин был прав, там действительно что-то шевельнулось. Но это была всего лишь кожаная занавеска перед окном караульного помещения.

Он осторожно покинул караульное помещение. Обменявшись взглядами, двое солдат начали медленно отступать, проходя мимо Сэрты, чьи пустые глаза обвиняюще смотрели на них. Сначала они пятились задом, устремив взор на Ярморочные ворота. И только когда между ними и воротами было добрых тридцать шагов, они развернулись и побежали, всё время оглядываясь через плечо. Пока они ещё смотрели, там потух второй фонарь, оставив ворота в темноте.

Двумя солдатами овладел чистый страх, и они бежали по дороге в цитадель так быстро, как могли в своих тяжёлых доспехах, пока Ансин не остановился из-за усталости. Он задыхался и больше был не в состоянии бежать.

— Проклятье, — выдохнул он. — Я уже давно так не бегал, да ещё в этих долбанных тяжёлых… — Он услышал грохот. — Мосриль?

Здесь улицу освещал только одинокий фонарь на одном из домов и лунный свет, тем не менее, он должен был видеть своего друга, ведь только что он ещё слышал его шаги рядом со своими. Но Мосриля больше нигде не было видно, там лежал только ещё его двуручный меч.

Ансин перестал размышлять, сможет бежать ещё или нет, он просто побежал. И лопнут ли при этом его лёгкие ему было всё равно. Он бежал и не останавливался, пока не достиг ворот цитадели, где полдюжины его товарищей с удивлением на него уставились.

Лейтенант поймал его, когда Ансин перед ним споткнулся.

— Скажи, Ансин, что случилось? — Но рекрут просто смотрел на него с бесконечной паникой, затем его глаза закатились, и он потерял сознания на руках лейтенанта. Тот осмотрел улицу, но Мосриля нигде не было.

— Вы двое, отнесите его к Перьям, — приказал лейтенант хриплым голосом. — Остальные присутсвющие закройте и заприте ворота. Вытащите арбалеты и приведите их в готовность!

— Да, сэр, — раздался ответ. Лейтенант почти не обратил на него внимание. Он подошёл к колоколу, висящему в воротах справа. Помедлив одно мгновение, он взял тяжёлый молоток, стоявший рядом с колоколом, поднял и ударил три раза.

52. Проклятый плащ

Сантер и маэстра услышали тревогу на полпути к Зерновым воротам. Они переглянулись.

— Прошло много лет с тех пор, как в последний раз били тревогу! — заметил Сантер.

Маэстра кивнула и посмотрела сначала в сторону порта, затем в сторону цитадели.

— Не знаю, что этой ночью происходит, — промовлила она, всё ещё не решив, куда идти.

— Корабль лежит на дне канала и пролежит там ещё дольше. Он от нас не убежит, — сказал Сантер.

Маэстра кивнула, должно быть, приняв решение. Вместе они снова поспешили к цитадели.

«Мало того, что временами она была похожа на кошку, она ещё и бегала, как кошка, легко и быстро», — подумал Сантер. Чего нельзя было сказать о нём. В то время как её шаги были едва слышны на вымощенной дорожке, его эхом громко отдавались от стен. Он сосредоточился на дыхании, как учили его инструкторы.

Когда маэстра и Снтер добрались до ворот цитадели, площадь перед ней была освящена факелами, сами ворота лежали в темноте, тяжёлая решётка была опущена, но она уже снова поднималась наверх с громким лязгом тяжёлых цепей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Они стали ждать, затем лейтенант охраны нырнул под решётку и подошёл к ним, чтобы отдать честь маэстре.

— Что случилось, лейтенант? — спросила маэстра.

— Я послал двух своих людей к Ярморочным воротам для смены, рекрута Меча Мосриля и рекрута Копья Ансина. Но только Ансин вернулся, и был так напуган и истощён, что потерял сознания на моих руках. У него даже не было с собой меча, и он всё ещё не пришёл в себя. Я забил тревогу и запер ворота. Первый горн сейчас тоже будет готов!