Неизвестный с «Драккара» - Константин Муравьёв

Девушки умчались на свои кораблики. За них я был вполне спокоен, я действительно знал, что они неплохие пилоты, а кроме того, я им не сказал, но с повреждением контура управления будет нарушен и контур наведения, а без него не будут работать все оборонные системы кораблей пиратов. Поэтому нагрузка на щит нужна не дольше десяти секунд, видимо, на этот мой вопрос искину они не обратили внимания.

«Кстати, надо мой кораблик проверить на подобную уязвимость, не хотелось бы, чтобы и нас потом так зажали», – решил я.

Тут я вспомнил ещё кое о чём.

«Девочки, на вас также связь с кораблём торговцев, пока я буду на захвате, – передал я им через нейросеть. – Постарайтесь успокоить людей на корабле. Объясните, что мы такие же торговцы и нас нечего опасаться. Также выясните точные повреждения их судна и договоритесь о встрече. Но главное, не пользуйтесь видеосвязью и подключите модулятор голоса. Они не должны вас видеть. Однако помочь им нужно попытаться».

«Хорошо», – уже менее обиженно ответила мне Леита.

А Рахута добавила, вернее, спросила:

«А модулятор-то зачем?»

«Не хочу, чтобы ваши прекрасные голоски звучали ещё для кого-то. А если серьёзно, то голоса у вас очень запоминающиеся, необычные и какие-то певучие, что ли, вас по ним легко опознают».

«Понятно», – ответила она.

«Тогда приступить к выполнению приказа», – полушутливо скомандовал я, но девушки восприняли его вполне серьёзно, и по индикации панелей их корабликов я понял, что они запустили ускоренный вариант тестирования состояния истребителей.

«С этим разобрались, – подумал я, – не хотелось бы подвергать девочек опасности. А так они и при деле, и в относительной безопасности. Кто знает, как обернётся затеянный мной абордаж?»

Дальше по плану у меня – выяснение численности нападающих.

Посмотрев в сторону ближайшего корабля как на объект, окружённый ментоинформационным полем, я выделил девять малых образований, представляющих собой целостную структуру.

– Ника, сколько, по-твоему, людей может поместить один такой корабль? – спросил я.

– От шести до двенадцати.

– Понятно, я вижу девятерых.

Дальний корабль просматривался очень плохо, однако именно там достаточно чётко прослеживалась всего одна структура. Слишком яркая для обычного человека.

«Маг», – понял я.

«Уровень не ниже С5», – подсказал мне Магик.

«Средний по силе маг, но тут таких большинство. Главное, он есть у пиратов. Интересно, откуда? Насколько я понимаю, их учёт и регистрация ведётся очень строго. При встрече нужно будет уточнить, как он попал к ним. А пока понятно, что штурм нужно начать с того корабля, где есть маг, чтобы ему как можно меньше времени дать на подготовку».

«Вероятность успеха пятьдесят пять процентов», – доложила Сеть.

«Знаю, что невысокая, но что поделать», – решил я и начал доставать из сумки помещённых туда боевых дроидов.

Это были восемь дроидов серии «Унисол-7».

Быстренько просмотрев их стандартные настройки, я перевёл всех в режим штурма, наиболее близко подходящий для функции абордажа, с использованием максимальной точности выстрелов и минимальной мощностью оружия. Это всё-таки наземная техника, а в условиях корабельного боя присутствовала своя специфика. Но я постарался учесть и её, ещё более тонко проведя настройку своих новых бойцов.

После этого я приступил к их активации. Проверив зарядные элементы и наличное снаряжение, я перевёл их командные и управляющие контуры на мой тактический модуль, который, оказывается, имел возможность повзводного командования и управления бойцами.

Теперь всё было готово для начала нашей маленькой операции. Осталось просто ждать.

Для Ниина Мака это был последний рейс. И теперь он это прекрасно понимал. Сожалел только, что в этот полёт взял свою жену, старшую дочь и сына.

Зря он поддался на уговоры своего делового партнёра о временной безопасности этих секторов. Но очень уж выгодным было предложение. Он даже команду отпустил, заменив своих сотрудников членами семьи, которых взял с собой в этот рейс. И всё это делалось для того, чтобы не делить с ними полагающиеся проценты от прибыли. А она обещала быть огромной. И так и оказалось.

Шахтёры, к которым они прилетели, торговали концентратом иллидинита. Когда это услышал Ниин, то подумал, что первый раз в жизни ему всё-таки крупно повезло. Такая удача свалилась на него потому, что у колонии ещё не было своих личных каботажников и они были вынуждены нанимать грузовозы со стороны. Но, как сказал глава посёлка, эта лафа для торговцев должна в скором времени прекратиться, так как они готовятся организовать свою транспортировку товара до станции Реса.

Но сейчас удача была на стороне Ниина. За перевозку нескольких тонн концентрата ему предложили один миллион кредитов. Такую баснословную сумму он не скопил бы ещё очень долгое время. Как сопровождающие, с ними должны были отправиться ещё два человека, но Ниин понимал, что такую ценность не доверят никому просто так, и без возражений согласился на это условие.

И вот теперь наступила расплата: уже на следующей промежуточной точке маршрута их поджидала засада из двух кораблей пиратов. Шансов спастись у них практически не было, пираты в первые же мгновения боя вывели из строя электромагнитные контуры маршевого и гипердвигателей их корабля. И хоть все они работали нормально, судно не могло разогнаться и нарастить нужную силу толчковой тяги, чтобы уйти в гиперпространство. Поэтому сейчас им приходилось маневрировать и ловить на броню частые попадания рейдеров пиратов.

– Отец, никто не отвечает. – На узле связи в этом рейсе сидел его сын Парк, дополнительно он, как лучший компьютерщик, пытался руководить противоракетной сетью и одновременно боролся с тем градом помех, что пытались создать пираты.

– Пробуй ещё, жилые системы близко, может, кто-то и появится здесь, – ответил ему отец.

Но сам он не верил в чудо: даже если кто-то и будет проходить сквозь сектор, то не станет им помогать, чтобы не привлечь к себе внимание пиратов.

Его мысли озвучила дочка Прау.

– Никто не поможет, – сказала она. – Как только кто-то услышит, что здесь пираты, сразу удерёт из сектора.

Ниин даже удивился, когда она, отстранив мать от консоли управления их единственной оружейной башней, с ожесточением пыталась огрызаться наступающим пиратам. Правда, безрезультатно. Но они ещё держались.

Ниин знал, что ни жену, ни дочь нельзя отдавать в руки пиратов, так как часто видел на станции отбитых или спасённых женщин и девушек. Это были избитые, потухшие куклы, являющиеся только пустой оболочкой. И он не хотел подобной судьбы для них. Поэтому с молчаливого согласия сына, который как будто чувствовал, о чём думает Ниин, уже отдал приказ подготовить самоуничтожение корабля, как только пираты начнут абордаж.