Записки следователя - Геннадий Скубилин

Прошло время. Однажды у дверей своего кабинета я увидел супругов Ворониных. Они смущенно поздоровались со мной, попросили разрешения зайти в кабинет.

— Сделайте одолжение, — открыв дверь, я пропустил их вперед, отметив про себя: прежней недоступности в Ларе Львовне и Романе Николаевиче нет и в помине. Они выступали в роли посетителей.

— Дело вот в чем, — начала Воронина. — Дочь попала в беду. Нужна помощь. — Она замялась, не зная, видно, как приступить к главному, тому, что привело их сюда. Сам Воронин молчал, теребил в руках ключи от «Жигулей». Я их видел у входа.

— Несчастье! Тонечка во всем призналась. Ужасно, — сжала кулачки Лара Львовна.

— Дочь знает, кто он. То есть, называет его, — вставил Воронин.

— Вызовите его. Строго предупредите. Заставьте жениться. Боже, она еще ребенок, едва минуло восемнадцать, и уже беременна. Он не должен отвертеться, — запричитала Лара Львовна.

Я напомнил им об их «системе воспитания». Им не понравились мои нравоучения…

— Ну и не надо, — зло поджала губы женщина. — Не утруждайте себя. Сами разберемся. Жалеем, что пришли.

Да, болезнь зашла слишком далеко.

1977—1978

ЗАДЕРЖАТЬ В ПОЕЗДЕ

Зеленый «уазик» медленно подкатил к подъезду пятиэтажного дома. Водитель, грузный мужчина в зеленом берете, прилег грудью на руль и замер. Когда начали сгущаться ранние осенние сумерки, мужчина отпрянул от руля, вылез из машины, вошел в подъезд, позвонил в одну из квартир.

Пожилая женщина, очень осторожная, не раз предупрежденная ушедшими на работу домочадцами: «Никому дверь не открывать», посмотрела в дверной «глазок». В коридорчике она увидела мужчину, белолицего, низкорослого, плечистого, лет тридцати пяти — сорока. Рыжеволосого.

Тот понял, что его видят через «глазок», и заговорил:

— Я из электросети…

Хозяйка открыла дверь.

Незнакомец решительно ступил через порог, спиной закрыл выход из квартиры, щелкнул дверным замком, наставил пистолет:

— Молчать. Пристрелю.

Грабитель запер женщину в ванной и заметался по чужой квартире. Ценные вещи засунул к себе в сумку. Затем вышел из квартиры и направился к машине.

Сорвав дверь в ванной, Мария Васильевна Скворцова подбежала к окну, затем — на балкон. Рычавший автомобиль выезжал со двора. Женщина могла потом назвать лишь марку и цифру «15» в номере. Из телефона-автомата она обо всем рассказала дочери.

Милиция о происшествии узнала через сорок минут. Именно в это время поступило в дежурную часть еще одно сообщение: при выезде из города автомашина марки «УАЗ» сбила восьмиклассницу Зою Фирсову.

Ее подруга Лена Сопкина ехала почти рядом, тоже на велосипеде. Она рассказывала:

— Помню, что Зоя крикнула: «Машина, сворачивай!» В следующее мгновение мимо меня проскочил «козел». У машины горели фары. Я обернулась. Зоя лежала на дороге с разбитой головой. Нашли и других ребят, которые катались на асфальтированной, только что открытой для движения дороге.

Девятиклассник Виктор Коростылев дал такие показания:

— Я поехал за Зоей и Леной по большаку, пытался их догнать. Когда до девочек оставалось метров двести пятьдесят, они вдруг развернулись и поехали мне навстречу. Я тоже повернул домой. Теперь девочки ехали за мной. Навстречу промчалась автомашина «УАЗ-469», в марках я разбираюсь, темно-зеленого цвета. О гибели Зои я узнал только утром. Со слов Лены я понял, что тот «уазик» сбил Зою.

— Витя, ты случайно не запомнил номер?

— Помню первые и последние — не могу сказать — 15 и букву «Б».

Большак опустел. Родители запретили кататься детям по шоссе.

Автомашины «УАЗ-469», как правило, почти все темно-зеленого цвета, и среди них большинство в области с буквой «Б», но ни одна не имеет в номере цифру 15. Проверив все «уазики» области, оперативная группа сделала запрос в госавтоинспекции соседних областей с просьбой выслать сведения на автомашины «УАЗ-469», имеющие в номере цифру 15. Данных на такие автомашины у меня оказалось больше сотни. Поехал осматривать их. Одни за другим «уазики» исключались из круга моих подозрений. Многие из них вообще не заезжали на территорию области. Это было видно по путевым листам. В конце концов осталось только четыре автомобиля.

Шофер госплемстанции Макеев дал показания, что он в день ограбления квартиры и убийства девочки поставил автомашину «УАЗ-469» под номером 15—79 в гараж в шесть часов вечера. Осмотр его автомобиля следствию ничего нового не дал. Достоверность показаний не вызывала сомнений.

Полностью исключалась причастность к преступлениям и водителей двух других автомашин. Оставалась машина торфпредприятия соседней области, в номере которой нет буквы «Б», но есть буква «В» с цифровым добавлением 43—15.

В путевом листе значилось, что водитель Дафонин Евгений Васильевич в день ограбления квартиры Скворцовой и несчастья на большаке выезжал по поручению директора за яблоками в Подмосковье и проезжал он через место происшествия. Согласно отметке в гараже, Дафонин вернулся обратно в двадцать три часа этого дня. Место происшествия от гаража в 7 часах непрерывной езды. Значит, он был там еще засветло.

Допросить Дафонина было невозможно. Он выехал якобы по телеграмме хоронить мать в Черкасскую область. Я отправился туда, но оставленный шофером адрес оказался ложным. Приметы, названные Скворцовой, сходились с обликом Дафонина.

При осмотре его автомобиля установили, что на левой задней дверце на высоте семидесяти пяти сантиметров от земли — тонкая горизонтальная царапина длиной тринадцать с половиной сантиметров, чуть пониже — еще одна полоска.

Судя по показаниям диспетчера и по отметке в журнале о времени прибытия транспорта, у Дафонина полное алиби. И все-таки мы сделали обыск в комнате, где он жил после возвращения из мест лишения свободы. Обыск ничего нам не дал.

Среди тех, кто катался вместе с погибшей Зоей, разыскал Катю Погорелец. Она мне сказала:

— Машину «уазик» видела. По поселку ехала, потом свернула на большак. Смеркалось. Шофер был в берете, в кабине играла музыка.

Берет темно-зеленого цвета нашел в багажнике Дафонина. Радиоприемник в автомобиле на диво громкий, исправный.

В котором часу все-таки было происшествие? Это мне удалось точно установить во время допроса матери Виктора Коростылева. Мальчик приехал домой вечером без десяти или без пятнадцати девять. Я посадил Витю на велосипед в том месте, где он увидел автомашину с цифрой 15. Он поехал домой и через двадцать минут был у своей калитки. Значит, происшествие случилось ровно в половине девятого вечера. Выходит, Дафонин, вернувшись из поездки, уговорил диспетчера поставить другое время, а может быть, он и не причастен к преступлениям?

Как раз в это время в наш город приехали несколько человек — возмущенное начальство Дафонина. Послали на меня жалобу в горком партии. Кто позволил следователю третьи сутки держать «арестованной» автомашину? Трудно с ними спорить. У меня в руках находились хотя и веские, но только подозрения в отношении их шофера.

— Объясните происхождение царапин? — спрашиваю у начальства.

— Это скажет Дафонин, когда вернется из Черкасс.

— Его там нет.

— Плохо искали.

— Да какая там царапина? — продолжают возмущаться руководители. — На каждой машине таких полно. Придирки…

Снова еду к месту автодорожного происшествия, вызываю ребят на беседу:

— Расскажите подробнее о той машине…

— Шофер меня пугал, в мою сторону вилял, — говорит Витя Коростылев.

— Да, да, — вторит ему Лена, — он бы Зою не сбил, если бы не повернул свою машину. Чуть-чуть меня не задел, я соскочила с велосипеда, а Зоя — вот видите.

Шофер «шутил», развлекался.

Одна мысль не давала мне покоя: в результате чего, какого столкновения, могли быть оставлены на машине Дафонина царапины? Велосипеды не задеты. В воображении рисовал картину автомобильного наезда на Зою. Увидев рядом с собой машину, Зоя наверняка инстинктивно левой ногой должна была ударить по кузову машины, оттолкнуться. Что если царапины оставлены левой туфлей девочки? В морге допросили санитарок. Оказалось, Зоя была доставлена туда без туфли. Снова еду на место происшествия. Конечно, именно от удара о кузов туфля соскочила с ноги! Стоит приставить туфлю к царапинам, и все станет на свои места.

Однако на том месте, где сбили Зою, в эти дни проведены дорожные работы. Обочина расширена на полтора метра, сотни кубометров грунта уложены заново. И хотя три бульдозера подогнали к месту происшествия, чтобы весь новый грунт перевернуть, найти туфлю не удалось.

Снова допрашиваю ребят:

— Кого вы по дороге встречали?

— Я видел мотоциклиста. Он долго стоял с девушкой на обочине, — вспомнил Коростылев.

Мы решили попытаться найти этих людей через газету. В заметке писали:

«Около половины девятого вечера в двух километрах от поселка шофер-лихач сбил восьмиклассницу Зою Фирсову. В это время, в километре от места происшествия на обочине стоял мотоцикл. Хозяин его может дать ценные показания следствию об убийстве девочки».