Правда зеркала - Майкл Р. Флетчер

class="p1">– Твоя рука, – сказала Лебендих. – Кровь так и идет.

– Со мной все в порядке.

Боль ощущалась как наказание.

– Надо посмотреть.

– Надо найти Вихтиха.

– Штелен.

Штелен поняла, что Лебендих остановилась, и повернулась к ней.

«Боги, она ужасно выглядит».

– Мне нужна остановка, – Лебендих, скалясь, осмотрела землю у себя под ногами. – Я устала.

– Мы можем передохнуть здесь немного, – ответила Штелен, глядя куда угодно, только не на подругу.

– Когда мы найдем Вихтиха…

– Я с ним разберусь.

Грудь Штелен сдавило – от страха и еще каких-то чувств, к встрече с которыми она не была готова.

– Я все еще могу…

– Я знаю. Потом разберемся.

«В таком состоянии, как сейчас, Вихтих ее разделает в два счета».

Лебендих на мгновение замолчала. Затем спросила:

– В этом же не весь мир?

Смена темы обрадовала Штелен, но она была не уверена, что правильно поняла вопрос. О чем Лебендих спрашивает ее? Имеет ли она в виду этот быстротечный момент реальности, в котором они вдвоем преследуют идиота-мечника, мужчину, которого Штелен любила, но никогда не смогла бы рассчитывать на взаимность?

– А почему бы и нет?

Лебендих нахмурилась, ее брови сошлись на переносице. Она пыталась подобрать слова, чтобы выразить свою мысль.

– Он слишком маленький.

– Ты когда-нибудь путешествовала из одного края мира в другой? – спросила Штелен. – Это должно быть больше тысячи миль. То есть месяца два суровой дороги.

– Я слышала истории о странных людях, которые выходят из гор Гезакт, или их выносит на берега Зальцвассера, – сказала Лебендих. – Они не понимают наших слов, говорят как-то по-своему. И безумие у них совсем другое, не похожее ни на что из того, что мы видели.

– Для того, чтобы столкнуться с извращенным безумием, нет нужды приплетать к нему байки о далеких странах, – заметила Штелен.

– Я знала одну мореплавательницу, так она клялась, что видела дракона. Ее корабль тогда бурей унесло далеко в океан, прочь от привычных торговых путей.

Мореплавательницу. Штелен сглотнула – в горле от охватившей ее злобы и ревности встал твердый комок.

– Какой-то галлюцин резвился, – сказала она. – Нет монстров, кроме тех, что рождаются в головах людей.

– Я готова, – сказала Лебендих и выпрямилась.

Выглядела ужасно, но взгляд ее снова был острым.

Они двинулись дальше в тишине.

Глава тридцать первая

Мне нравится этот момент, когда в их глазах проступает понимание, что ты полностью и бесповоротно разрушил их жизнь. Это самое вкусное блюдо, которое вам когда-либо удастся попробовать. И чем сокрушительнее предательство, тем слаще его вкус.

Гешихтс Ведреер, гефаргайст

Вихтих, лежа на полу в холодных лужах собственной рвоты, рассматривал отражение Моргена. Мальчишка не казался грязным из-за заляпанного стекла – на его лице отчетливо были видны полосы собственной грязи.

– Ты не Морген?

– Нет.

Он закрыл глаза, чувствуя, как что-то острое колет ему спину.

«Я, наверное, выблевал один из своих проглоченных зубов».

– Тогда отвали.

– Его Отражения Вознеслись вместе с ним, – сообщило Отражение. – Он сломлен. Мы все сломлены. Даже ты. Особенно ты.

– И я повторяю – отвали, Морген.

– Зови меня Нахт.

– Ты еще один проклятый альбтраум, вот ты кто, да? – сказал Вихтих, открывая глаза и мрачно глядя на мальчика. – Пришел, чтобы закончить начатое?

– Я отогнал его. Я спас тебя.

– Не Морген?

Мальчик рассмеялся и поднял руку, чтобы полюбоваться покрытыми грязью ногтями:

– Он хочет, чтобы ты погиб. Иначе зачем бы он послал Штелен по твоим следам?

«Штелен? О чем он говорит?»

Башня. Зарезанные стражники. Вся одежда и оружие в выгребной яме. И почему ему так чертовски сложно дается память об этом?

– Я знал, что это она, – сказал Вихтих. «Почему она не убила меня?» – Это она была там, на заставе.

– Конечно, – грустно ответил Нахт. – Она идет за тобой.

– Почему она тогда не…

– Она хочет, чтобы ты привел ее к Бедекту.

– Да я сначала прирежу ее, – сказал Вихтих.

Нахт рассмеялся – жестоким, издевательским смехом, которым маленький мальчик смеяться просто не должен.

– Не говори глупостей. Это Штелен. Ты никогда не заметишь ее. Или увидишь, но в тот момент, когда она уже убьет тебя и ей будет все равно, что ты ее видишь.

– Дерьмо, – выругался Вихтих.

Он хотел было похвастаться, как предвосхищал каждый ее шаг, но почувствовал себя слишком раздавленным и избитым для этого. Он так устал, что и с пола сейчас не смог бы встать, не говоря уже о том, чтобы сразиться с самым пугающе опасным человеком, которого он когда-либо встречал. Так и лежа в собственной рвоте, Вихтих внимательно осмотрел Отражение. Оно было всем, чем Морген никогда не мог бы быть. Но для него, Вихтиха, хорошо это или плохо?

«Этот маленький ублюдок чего-то хочет».

Мечник решил подождать. Во всяком случае, у него не было особых планов на ближайшее время, кроме как лежать на полу.

«Апатия, – решил он, – прекрасный способ торговаться».

– Сегодня ночью ты убил человек пять, все – лучшие мечники Унбраухбара, – сказал Нахт.

– По-моему, двадцать.

– Ты очень пьян.

– Я не чувствую себя пьяным.

Кстати и боль прошла. Неужели этот маленький паршивец – бог – исцелил его так же, как Морген однажды исцелил Бедекта?

Вихтих облизнул губы и ощутил кровь и грубую нить швов. Он поднял левую руку и увидел повязку, всю в свежей крови. Его или кого-то другого, Вихтих понятия не имел. Двух пальцев на ней по-прежнему не было.

– Я сплю? – спросил Вихтих.

– Нет, – ответил Нахт. – Я здесь, чтобы предложить тебе сделку.

– Если ты действительно бог, как Морген, то как ты оказался здесь? Я слышал, что боги связаны представлениями тех, кто верит в них, – и границами своих государств. Мы сейчас не в Зельбстхасе.

– Морген только что пересек мост в Готлос, – сказал Нахт с плохо скрываемым нетерпением. – И я еще не настоящий бог. До тех пор, пока…

– До тех пор, пока Морген жив, тебе не стать богом.

– Конечно.

– И в чем же разница между тобой и альбтраумом?

Мальчик уставился на него сверху вниз, словно не в силах поверить в безрассудную дерзость вопроса.

– Могущество. Я – Отражение бога.

Вихтих пошлепал распухшими губами, издав непристойные звуки.

– Безумного бога.

– Все боги безумны.

Вихтих отмахнулся, словно отгоняя мерзкую вонь:

– Без разницы.

– Ты должен спасти Бедекта от Штелен, – сказал Нахт.

– Ты только что сказал, что она мне не по зубам.

– Вместе с Бедектом… У вас может получиться.

Может. Озвучивать свои сомнения Вихтих не стал.

– И все? Это все, что ты хочешь?

– Нет, конечно, – Нахт оценивающе посмотрел на Вихтиха. –