Величайшие загадки и тайны магии - Инна Смирнова

Бари — личность антиобщественная. Благодаря личной связи с одним или несколькими духами он получает привилегии: сверхъестественную помощь, когда в одиночку отправляется на охоту, способность превращаться в зверя, дар пророчества; он знает секреты болезней. Убитую на охоте дичь, первый собранный урожай не полагается есть, пока бари не получит свою долю…

Однако бари тоже подвластны одному или нескольким духам–хранителям. Они используют его для перевоплощения, и тогда бари, оседланный духом, впадает в транс и конвульсии. В обмен на свое покровительство дух ни на минуту не упускает бари из поля зрения; именно он является истинным владельцем не только имущества, но и самого тела колдуна. А тот отдает духу отчет за поломанные им стрелы, испорченную посуду, за обрезки своих ногтей и волос. Их нельзя уничтожать или выбрасывать, и бари тащат за собой эти обломки своей прошедшей жизни… Связь между колдуном и духом такая тесная, что в конечном счете никогда неизвестно, кто же из двух партнеров по договору является хозяином, а кто слугой…

Итак, бари посредничает между человеческим обществом и душами злокозненными, индивидуальными и космическими» (Леви-Строс К. Печальные тропики. М., 1994, с. 175—177).

У юта и пайюта шаманизм соединял толкование снов с исполнением песен–молитв, ритуалов и лечением болезней. Чтобы позвать шамана, ему нужно было принести подарок, после чего шаман посещал пострадавшую семью и показывал в песнях и ритуалах, движением рук и «удалением» злой силы способность его внутреннего духа проглатывать болезнь. Когда кто–то был смертельно болен, юта говорили, что его сердце покидает тело. Они верили, что дыхание также покидает организм и может быть возвращено шаманом. Чтобы возродить ослабевшее сердце, шаман исполнял специальные песни. Движениями рук он как бы посылал вдогонку за сердцем пушинку или мог использовать свою силу, чтобы поймать его в кустарнике или у скал.

Функция шаманов не ограничивается врачеванием, а распространяется на все другие сферы жизни коренного населения Америки. Так, у меномини старики, пользующиеся репутацией колдунов, играют немаловажную роль в контролировании общественного порядка: считается, что они могут обратить гнев духов против нарушителей установившихся норм поведения. Шаман Дэн Дождевая Туча, например, освящал новую пожарную станцию и здание племенного офиса в резервации чиппева в Ред–Лейк, Миннесота.

У ряда индейских народов продолжают существовать так называемые «медицинские дома», или «медицинские общества», представляющие собой нечто среднее между шаманскими корпорациями и мужскими союзами. Особенно большую роль они играют у пуэбло, осуществляя важные функции в регулировании общественной жизни. Однако главное их назначение — борьба с телесными и душевными недугами и противоборство с вредоносной магией. Обычно обряды сводятся к распеванию магических гимнов и заговоров.

У многих народов существует календарный обрядовый цикл. Так, система общинных праздников у ирокезов штата Нью–Йорк включает 16 главных комплексов коллективных обрядов, отражающих религиозно–мифологические представления о круговороте важнейших событий общественной жизни и об участии в них сверхъестественных сил. Помимо «четырех священных ритуалов», завещанных реформатором религиозной практики ирокезов Прекрасным Озером, современные ирокезы празднуют наступление нового года, главные хозяйственные работы (посев кукурузы, сбор урожая и так далее), устраивают торжества в честь Солнца и других божественных патронов, в память умерших.

Примечательно, что современное конфессиональное состояние коренного населения Америки определяется взаимодействием языческих и христианских верований.

НАРКОТИКИ И МАГИЯ

Важную роль в религиозных культах играли наркотические вещества, их применяли не только шаманы, но и рядовые члены племени.

Особенно большое значение индейцы придавали курению табака. Курение — это не только удовольствие, но и средство для призывания божества. Так, у хопи клубы дыма, разгоняемые жрецом по направлению четырех стран света, символизируют дождевые тучи, которые, согласно его желанию, боги должны ниспослать им. Пима, живущие в Аризоне, перед отправлением на войну делают церемониальные сигареты в красной обертке, обвязанные лентой из волокон агавы, которую называют накидкой. Каждый воин курит такую сигарету, направляя дым на все четыре части света, к фетишам, к своему оружию; окурки складываются среди священных предметов. Табак употребляется также в качестве защиты от болезней, от опасности, для обеспечения себе счастья. Племя кро перед посевом организуют торжественную процессию и состязание в беге; после посева кро огораживают поле и устраивают торжественное курение и пиршество.

Табак и другие наркотические вещества широко применяются в различных ритуалах. Южнокалифорнийские племена индейцев используют траву дурман, или тотлаче, в качестве рвотного и одурманивающего средства при обряде посвящения юношей и при других религиозных обрядах.

Яноама с помощью наркотических веществ вызывают у себя галлюцинации, чтобы пророчить будущее, общаться с мифическими духами — хозяевами животных и растений, лечить болезни, обнаруживать скрывающихся врагов и так далее. Специалистам–фармакологам удалось узнать, из каких растений и как приготовляют яноама свои снадобья:

«На плантации возле кустов табака тайком выращивают растения, которые на охоте и на войне имеют магическую силу. Чаще всего это луковичные растения, растущие под землей. Индейцы обрывают листья и прикрывают растение от любопытных глаз корой деревьев. Когда мужчины охотятся, например на тапиров, то непременно берут с собой луковицу пири–пириоки, по форме напоминающей глаз тапира. Луковицу сначала высушивают на огне, потом очищают, смешивая с уруку, а затем натирают ею тело, стрелы, морду и лапы собаки. Для каждого животного есть своя волшебная трава. На диких свиней охотятся лишь после того, как потрут себя, стрелы и собак размельченным корнем, по очертаниям напоминающим свиную морду. Туканов, попугаев, броненосцев, обезьян — всех их якобы можно убить с помощью волшебной травы» (Биокка Э. Яноама. М., 1972, с. 50—51).

М. Стингл в книге «В горы к индейцам Кубы» (М., 1974, с. 13) пишет об одном интересном обряде, связанном с наркотиками:

«Епископ Балтоломе де лас Кас, живший на Кубе после открытия ее Колумбом, рассказывает, каким образом представители родовой знати, нитаино и бакиа, собирались для особого религиозного обряда здешних индейцев, называемого кохоба. Для этого странного обряда индейский колдун — бейке — приготавливал специальный порошок, смесь какого–то сушеного размолотого растения, которое обладало чрезвычайно одурманивающим действием, и растертого табака. Приготовленную таким путем смесь цветка корицы бейке предлагал господам на деревянном блюде и каждому из участников этого богослужения потом давал специальную трубочку — некую маленькую флейту, заканчивающуюся двумя выводами для обоих ноздрей. Участники церемонии вставляли трубочку в нос, другой конец «флейты» опускали в дурманную смесь и начинали вдыхать. Блюдо с порошком кохоба стояло посреди круга участников церемонии. Те, которые имели право участвовать в церемонии, сидели, как говорит испанский епископ, «на деревянных скамейках…»

Табак, смешанный с наркотическим растением, приятно одурманивал участников…

А потом, когда участники обряда уже были совершенно опьянены, они начинали разговаривать со своими индейскими богами. Те «давали» им советы, предсказывали будущее.

Тайну производства кохоба знали только колдуны — бейке».

ТРУБКА МИРА

Подлинная история возникновения этого обряда, вошедшего в поговорку, почти неизвестна. Однако он отражал древнюю мечту индейцев о создании и поддержании мира. Основной идеей, которая лежала в основе обряда Трубки мира, было отождествление индейского мира с торговлей. При этом торговля означала передачу одному народу уникальной продукции другого. Эта уникальность ценилась больше, чем реальное получение дохода.

Сами индейцы считали священным мундштук трубки, а не ее чашечку, поскольку он ассоциируется с дыханием, горлом, голосом и принципом жизни. Церемония раскуривания Трубки мира была наиболее детализирована у пауни, у которых священный мундштук трубки символизировал орла; он был украшен подвесками из перьев орла. Один мундштук символизировал мужчину, другой — женщину; женская трубка олицетворяла домашние дела, мужская — дела за пределами дома. Этот образ был распространен среди многих племен, а у ирокезов Пляска орла стала аналогией церемонии раскуривания Трубки мира.

«В варианте пауни церемония Трубки мира начиналась по инициативе выдающегося человека. Это обычно начиналось со сверхъестественного откровения, идущего от космических сил, после чего он обращался к жрецам с просьбой устроить обряд. Со своей стороны он мобилизовал помощь своих влиятельных родственников и друзей, чтобы обеспечить себе материальную поддержку. Затем он посылал посланца к человеку, занимающему равное с ним положение, и ставил его в известность о своем намерении. Этот человек предпринимал усилия, чтобы собрать соответствующие встречные подношения к моменту появления гостей. На это уходит год или более.