Черные начала. Том 4 - Кирико Кири

Войдя в пещеру-зал, где находилось гнездо, я постарался сразу забиться в угол, чтобы во время схватки меня случайно здесь не затоптали нахрен.

Зашкерился, вжался и затаился, присев и наблюдая за этой огромную тушей, прекрасно понимая, что моя бравая уверенность неожиданно испарилась, когда я оказался с этим монстром один на один. В принципе, ещё было не поздно отступить, но…

Клиник над моей головой поднялись и закружились, как пираньи, а пальцы уже нервно нащупали нужные дощечки.

— Погнали… — шепнул я и клинки над головой полетели к орлу.

Прижавшись к стене, я наблюдал за лезвиями, которые подлетели к голове орла, после чего осторожно оплыли её с двух сторон, замерев наворотив глаз. Два с одной, три с другой. Зависли, как хищники перед атакой.

Вдох. Выдох. И…

Я подал команду, и клинки тут же ринулись вперёд, войдя монстру прямо в глаза.

План был прост: нет глаз — нет проблем, да и опасности будет меньше.

Реакция была мгновенной.

Орёл тут же вспорхнул с диким криком вверх и ударился всей тушей потолок. Рухнул обратно в гнездо, раскидав брёвна и ветки, полностью дезориентированный, и тут же ринулся влево. Врезался в стену так, что вся земля ходила ходуном и тут же бросился в право — эффект был таким же.

От таких ударов по сводам пещеры побежали трещины, послышался скрежет камня, который правда терялся в криках орла. Он визжал от боли так, что у меня вибрировали глазные яблоки, и я даже зажал уши, чтобы не оглохнуть.

Но даже так я не терял контакт с клинками, которые вырезали ему глаза, ослепляя. Бедный орёл метался по пещере, после чего, казалось бы, уже нашёл выход, чтобы вырваться на свободу, но здесь был мой выход.

Я тут же бросил дощечку, и птаха со всей дури ударилась клювом о купол, который собой полностью перегородил выход, словно валун. Да так, что я услышал хруст то ли костей, то ли самого клюва. От удара сам купол пошёл трещинами, но тем не менее выдержал.

Теперь она была заперта здесь со мной, и уже не слиняет, пытаясь спастись бегством. Мне же оставалось просто планомерно забивать её, пока добыча не сдохнет.

Следующей пошла дощечка с тысячей клинков. Едва она ударилась об пол и раскололась, как сотни лучей счастья сорвались по направлению монстра. Когда они врезались, в воздух поднялись перья и пух, на стены и пол пещеры брызнула кровь и орёл заголосил ещё сильнее.

Но не умер.

Ну что ж…

Не теряя инициативы, следом пошла рогатка-рука Дянь-му. Я ещё ни разу не пользовался ей и поэтому для меня эффект оказался зубодробительным. Между рогатинами тут же произошло как замыкание, и молния, самая настоящая молния, которая вспышкой ослепила меня настолько, что я пару секунд ничего не видел, ударила прямо в птицу. Вновь полетели перья и пух, плюс запахло жаренным.

Для любого человека, по крайней мере нормального это стало бы смертельно, но на орла этого банально не хватило. От удара он, конечно, упал, забился, однако практически сразу встал и начал как заведённые метаться по пещере, визжа на своём орлином и биться, словно птица в клетке. Он явно пытался и задавить попутно обидчика, однако я слишком глубоко забился, чтобы он смог найти меня, ослеплённый болью.

Здесь уже я взялся за меч, вернув клинки обратно в веер. Хотел был ударить по нему ураганом, но подумал, что такое вряд ли убьёт орла, а вот пещеру мне на голову обрушить вполне себе сможет, чего бы мне хотелось избежать всей душой.

Поэтому я просто начал наносить удары лучами счастья, высекая из орла перья. Тот совсем уже не понимал, что происходит, горлопаня так, что глаза болели. Ещё одна дощечка с тысячей клинков и…

Он ещё жив.

Здесь я смог прочувствовать практически на своей шкуре, что такое высокоуровневое животное и почему его так сложно убить. Мои удары один за других обрушивались на эту птицу-хреницу, кромсали её, были током, подпаливали, а она до сих пор жива, будто не хватало силы. Словно я оса, а это человек — ему больно, но мои одиночные укусы его не убивают.

Правда длилось это не так уж и долго, как мне бы хотелось. Уже разнеся в дребезги своё гнездо и мечась по пещере, орёл в очередной раз влетел всей тушей в барьер, видимо пытаясь пробиться наугад, но на этот раз у него это получилось. Купол не выдержал удара, раздался треск как будто пластмассы, и тот осыпался сотней голубоватых кусочков, похожих на стекло.

Огромная птаха вывалилась кубарем в проход. Видимо почувствовав свободу, она тут же оттолкнулась лапами, дёрнулась вперёд из последних сил и просто перевалилась через край мешком, сорвавшись вниз.

Но теперь я не мог позволить твари просто уйти, не после того, как на неё было потрачено так много ресурсов.

Я стремглав бросился к обрыву и немедля ни секунды сразу сиганул следом за птицей вниз.

В лицо ударил ветер.

Весь мир был прямо передо мной, я вновь чувствовал это странное чувство свободы.

Однако мои мысли были заняты совершенно другим. Всё моё сознание сконцентрировалось на птице, что падала прямо подо мной. Я видел, как она кувыркнулась в воздухе, как расправила сильно потрёпанные крылья, истошно крича.

И поймав момент, я приземлился ей на спину, воткнув в тушу меч, чтобы не скатиться.

Израненный орёл закричал, судорожно забил крыльями, пытаясь влететь. Теперь полёт ему давался с однозначным трудом, я чувствовал, как напрягаются мышцы подо мной, как он хрипит и борется за свою жизнь, видимо не привыкнув быть добычей.

Однако… теперь не она была главной проблемой.

Весь уступ ожил.

Я бросил взгляд назад и увидел, как в небо поднялось не меньше десятка орлов. У меня бы сейчас сердце остановилось от такого зрелища, но блин, я не чувствовал ничего, кроме адреналина, который стучал в висках.

Могу поспорить, что твари прилетели на крики своего собрата. А это значит, надо было его поскорее успокоить.

Втыкая меч и кинжал, как ледорубы, я карабкался по спине орла к его голове, чтобы покончить с этим, пока тот слепо кружил в воздухе в воздухе, пытаясь меня сбросить. Местами его перья были все обуглены, местами вырваны или срезаны. Моё лицо постоянно орошало кровавой пылью из ран. Всё его тело было истерзано, но птица до сих пор показывала чудеса живучести.

И когда я уже практически добрался до её головы, на нас налетели его товарищи.

Их крики расходились, словно раскаты грома на всю округу. Разъярённые, стая орлов летала вокруг нас, словно ласточки вокруг единственной мухи, заслонив собой как небо, так и землю. Порой они налетали, маша крыльями, пытаясь