Ад, как он есть - Элтенно Звездой

Лея взяла бокал, сделала глоток мягкого спиртного напитка, и снова вернулась в полулежащее положение на угловом диванчике. Рука Ал'Берита, сидящего рядом, чуть прошлась по её волосам и шее, лаская, словно прильнувшего котёнка, и вернулась к фигурам на доске. Игра с герцогом продолжалась. Вердельит, задумчиво смотрел, как танцуют Хдархет с Ахриссой, прижимая к себе очень красивую светловолосую девушку со странными татуировками. Кажется, та и правда была человеком. Лея вспомнила, как отреагировал первый заместитель, заходя в комнату. Он прибыл самым последним.

— Кажется, появилась новая мода, — усмехнулся он.

— Почти всё новое, это вполне хорошо подзабытое старое, — равнодушно прокомментировала баронесса.

Самой Лее же и девушка, и диалог были безразличны. Она приподняла голову и посмотрела на тонкий профиль Ал'Берита. Узкие губы упрямо сжаты. Светло зелёные глаза хитро и очень внимательно смотрят на игровое поле. Почувствовав взгляд девушки, Ал'Берит на краткий миг посмотрел на неё… Он был красив. И умел получать то, что хочет.

«Будь, что будет. Но сейчас… Сейчас это мой мужчина», — неожиданно твёрдо решила для себя Лея, попадая в самую распространённую ошибку всех женщин.

Новый вечер в узком кругу продолжался. А ей не так уж и хотелось уезжать завтра утром.

Глава 3

Карета плавно скользила по грубой дороге. Один из дэзултов снаружи утробно зарычал, привлекая к себе внимание. Лея выглянула за шторку, но ничего серьёзного не произошло. Видимо, ящер решил посвоевольничать, за что и получил удар хлыстом от наездницы по чешуйчатому боку. Он ещё раз что-то проревел, но на этот раз тихо, словно ворча, и вернулся к остальным.

— С ним иногда бывают проблемы, — прокомментировала Дайна. — Всё время хочет чувствовать себя вожаком.

— Будь он волен, возможно, так бы и было, — ответила Лея.

Она снова облокотилась на поручень диванчика, позволяя себе со скучающим видом наблюдать за мелькающим пейзажем. На этот раз ветра и пепла не было. И это радовало. Не слишком приятно, когда он липнет к коже. Они уже давно проехали за границу запретной зоны. Стражи, охраняющие шахты, незамедлительно пропустили госпожу. Подобная значимость льстила, но до сих пор и смущала Лею. А до посёлка оставалось совсем немного.

— Ты ещё волнуешься? — спросила демонесса.

— Конечно, — не задумываясь, произнесла очнувшаяся от раздумий Лея. — Я абсолютно потерялась в происходящем. Знаю одно, хочу совершенно другое… И главное почему он? Я же всегда недолюбливала его.

— Вообще-то я имела в виду шахты и жителей посёлка, — открыто усмехаясь, заметила подруга. — Тебе давно следовало оставить свои сомнения. Вся проблема связана исключительно с биохимией твоего организма. Ныне ты радуешься собственному самообману… Лучше вспомни, насколько смешно выглядит прыгающий вокруг хозяина щенок. А ещё лучше активируй другие отделы мозга. Всё-таки даже для такого существа, каким ты являешься, выживание должно являться приоритетом. А если не включишь логическое мышление, то эта функция будет провалена.

— Я знаю, — вздохнула Лея. — Понимаю, что это только игра, и что она кончится… Но ничего поделать с собой не могу. Может, есть какое-нибудь средство, чтобы подавить эмоции?… Да, и откуда ты про щенков знаешь?

— Если моё пребывание на Земле и было столь кратким, это ещё не значит, что я о ней ничего не знаю, — хмыкнула демонесса. — А помочь тебе отрешиться от себя поможет разве что то, что ты пила перед балом у герцога. Но постоянное использование разрушит организм… Да и ты знаешь, что эффект не так долог.

— Ясно, — сразу мрачнея, коротко ответила Лея. — Кстати об отварах, микстурах и тому подобному… Мне бы хотелось хоть проблем, связанных с возможными детьми избежать. Может, у вас в клане что-либо практикуется?

— Нет, — засмеялась Дайна. — У Дагна таких проблем точно нет. Да и тебе беспокоиться не о чем. Дети между демонами и людьми и так редчайшее явление. А уж от Высших. У них и между собой это редкость. Тот же Хдархет. Ему не одно столетие, но вряд ли во всём Аду ты найдёшь кого-то моложе из знати.

— С моим-то везением, — возразила Лея, но успокоилась. В этом вопросе она вполне могла положиться на демонессу. — И повезло же ему родиться! Не мог обождать парочку тысячелетий?

— Видимо не мог, — только и сказала Дайна.

Карета остановилась возле уже знакомого двухэтажного каменного строения. За разговором Лея совсем забыла понаблюдать из окна за окружающими домами и жителями, хотя и планировала.

— Госпожа Пелагея. Мы так вам рады! — выпалил Эйтон и, как и его жена Инесса, отвесил земной поклон. Стоящий около управляющего хмурый человек тоже неловко поклонился, но его лицо при этом перекосило словно от боли.

Госпожа слегка махнула рукой, давая понять, что те могут разогнуть спины. Встречающие выпрямились, и Лея поразилась переменам. Исчезла худоба. Вместо жалких, сломленных судьбой и обращением вышестоящих, созданий, которых то и людьми, будучи человеком, было стыдно назвать, стояли, пусть и подневольные, но вполне уже необделённые жизнью создания. Во всяком случае, так можно было сказать об Эйтоне и Инессе. Их кожа приобрела чуть розоватый оттенок, всё ещё очень бледный (хотя Лея и сама благодаря местному климату не претендовала на золотистый загар), но пепельная трупная серость ушла. Или может это из-за того, что на этот раз не было ветра, несущего с собой золу? Нет, изменения были, и внимания они стоили. Округлились очертания лиц, перестали выпирать рёбра, в глазах появился какой-то огонёк. Но самое главное, от них перестало исходить полное отчаяние.

Третий человек отличался. Да, его физический вид вполне соответствовал управляющему и его жене, но в остальном было много отличий. Самым бросающимся в глаза фактом стала одежда. Не просто тканевая, а современная. Джинсы и футболку с нелепой надписью, пусть местами и рваные, и грязноватые, было ни с чем иным не спутать. Кроссовки тоже как-то не приветствовались жителями Ада. А потому Лея сделала единственное возможное умозаключение — этот мужчина оказался здесь не так уж и давно. И значит по её указанию. Теперь стало понятным и выражение его лица. Любопытство, смешанное с гневом, ненавистью и раздражением.

— Это Ролан. Он горный мастер на «Утилемее», госпожа Пелагея, — заметив заинтересованный взгляд Леи, прокомментировал Эйтон.

— Ролан Морель, — поправил мужчина.

Он был долговяз, держался подчёркнуто отстранённо, с вынужденным уважением. По овальному лицу, украшенному тонким ястребиным носом, большими глазами под дугообразными бровями и высоким лбом с неглубокими поперечными морщинками, было просто невозможно не прочитать это. Вполне пухлые губы упрямо сжаты в чёрточку, волевой подбородок гордо приподнят. Нечего было и гадать, предположение Леи, что новые рабочие будут её недолюбливать, оправдывалось. И, похоже, в самую худшую сторону.